Мурманск. Часть 5: Зелёный мыс и Роста (57 фото)

Теперь отправимся на север - за Зелёный мыс, до появления здесь "Ленина" служивший в Мурманске главной достопримечательностью, в холодный промышленный район посёлка Роста, с сопок над которым видно очень много интересного.

Зелёный мыс стоит над Старым Мурманском высокой зелёной стеной, и думаю, был не последней причиной выбора в 1915-16 годах места для нового порта - по ту сторону этих сопок даже летом ощутимо холоднее. На мысу стоит Алёша - каменный хранитель Мурманска, сурово глядящий на запад.

Ближе к основанию мыса начинаются микрорайоны, прямо перед которыми в 2002 году появился другой памятник. Если Алёша напоминает о погибших на войне, то храм Спаса-на-Водах и символический маяк - о тех, кого море забрало в мирное время:

Лестница к мемориалу поднимается от улицы Челюскинцев, в нижней части примечательной весьма морскими домами и памятниками. Хорошо виден контраст цветастого старого города с серыми микрорайонами, построенными в 1970-х буквально за одну пятилетку. Но всю эту панораму как-то особенно оживляет огромный якорь, под которым скрыта капсула с водой из Баренцева моря:

Выше по склону - маяк высотой 17,5 метров. Сугубо символический - даже огонька на нём я не припомню, и никаких фарватеров он не отмечает. Зато внутри маяка - похожий на часовню 5-гранный зал памяти с постоянным шумом моря и рыжей, чрезвычайно экзальтированной хранительницей:

На каждой грани - ниши наподобие алтаря и книги памяти: военных моряков-надводников, военных моряков-подводников, лётчиков морской авиации, промысловых моряков и торговых моряков. И попробуйте догадаться, чья нига памяти толще, всех остальных вместе взятых? Нет, вовсе не у подводников - гибель подлодки, подобно падению самолёта, страшна тем, что не оставляет как правило ни малейшего шанса на спасение. Но как под колёсами автомобилей гибнет куда больше людей, чем в авиакатастрофах, так и тут самый длинный скорбный список - у моряков промыслового флота. И меньшая часть его - жертвы больших катастроф вроде невельских траулеров, потопленных морозом и штормом у побережья Аляски. Нет, просто каждый год, как горняки в угольных шахтах, моряки траулеров, сейнеров или плавбаз буднично гибнут в работе.

В книге памяти подводников же списками погибших отмечен далеко не каждый год - но сами эти списки тянутся на несколько страниц. Самый важный и страшный элемент мемориала появился здесь лишь в 2008 году - это подлинная рубка атомной подводной лодки "Курск". Построенный в 1990-94 годах, то есть в период большого замора среди подводных лодок, подводный ракетный крейсер К-141 проекта "Антей" вполе мог быть в строю и сейчас, но 10 августа 2000 года погиб во время учений. Носовая часть субмарины была разрушена взрывом топерды - по официальной версии, своей торпеды в результате неисправности, слухи же ходят разные вплоть до американской атаки. Затонувший на 108-метровой глубине "Курск" обнаружил пол-дня спустя флагман "Пётр Великий", и я в свои тогдашние 13 лет помню тревожные дни и надежду, что 118 моряков на борту ещё живы. На самом деле большинство из них погибли сразу, но всё же в кормовом отсеке несколько дней ждали спасения 23 человека во главе с капитан-лейтенантом Дмитрием Колесниковым, о котором позже пел Юрий Шевчук. Их было возможно спасти: когда к операции допустили норвежцев, те проникли в уцелевший отсек за сутки, однако было слишком поздно - с момента катастрофы прошло 10 дней, и у выживших попросту кончился воздух. И случись трагедия "Курска" на считанные месяцы раньше, сейчас её бы вспоминали как лишь одну из бед 1990-х. Но случилась трагедия уже при Путине, а потому "Она утонула" до сих пор остаётся медийным "скелетом в шкафу", который периодически вытаскивают на свет громко греметь костями. Оставлять повреждённую атомную подлодку лежать на шельфе было чревато экологической катастрофой, и год спустя после трагедии, в августе-октябре 2001 года, мёртвый "Курск" был поднят со дна. В уникальной операции участвовало 120 судов 20 государств, в первую очередь - России и Нидерландов. Осколки "Курска" для причастных к Северному флоту - примерно как осколки "Бурана" у причастрых к космонавтике: на мемориале стоит рубка, на тоне Тетрина в небольшом частном музее я видел заламинированную карту, да и в Сайде, по неподтверждённым слухам, при нас готовили к утилизации именно "курский" реактор.
Ну а обилие цветов не случайно - мы были здесь в середине июля, через несколько дней после недавней катастрофы "Лошарика" - уникального атомного батискафа. Снаружи он не отличим от обычной подлодки, но внутри у него второй корпус из цепочки титановых сфер, за которые он и получил своё прозвище. Такое устройство позволяет "Лошарику" уходить под воду на километры и даже ездить (!) по дну неуловимым для гидролокации. Машина тогда спаслась, но в борьбе за её спасение погибли 14 человек, запершихся в проблемном отсеке. Все они были по званию не ниже капитана, а если учесть, что гидронавты - кадры не менее редкие, чем космонавты, пожар "Лошарика" по тяжести потери можно сравнить с катастрофами "Челенджера" и "Колубмии".

В общем, у рубки "Курска" становится не по себе. Выше - храм памяти моряков с красноречивым посвящением Спаса-на-Водах. По архитектуре, откровенно говоря, очень некрасивый, и того хуже - очень обычный. Что простительно, впрочем, в 2002 году, когда новые церкви ещё были в диковинку, а тем более - на краю Земли. К Спасу-на-Водах уже много лет планируют пристроить кафедральный Преображенский собор, причём старый проект в столь уместном на Северах соловецком стиле я бы назвал интересным. Так что если уж собору быть, то лучше таким, как слева:

Выше церкви - Тот Самый детский городок "Сказка", который в своё время разгромил (лишь на словах, среди которых были его любимые "бабло" и "г...но") Варламов:

И вроде хотел я написать тут что-нибудь в защиту "Сказки"... да оказалось, что толком и нечего: горки тут правда упираются в бордюры, в понедельник и вторник "Сказка" действительно закрыта, и разве что металлические лавочки тут только в одном месте (в остальных - вполне обычные дощатые), запрещающих табличек у скульптур нет, ну и сами скульптуры я бы не назвал "уродцами".

Это всё смотрелось бы неплохо в качестве парка, если бы деревья росли по эту сторону ограды:

Тем более нормальная (хотя и не выдающаяся) детская площадка с мягким покрытием тут таки есть, хотя и занимает процентов 10 городка от силы:

Главная, впрочем, ошибка проектировщиков тут - само местоположение площадки на открытой всем ветрам вершине мыса.

Хотя и рядом с главной мурманской зоной отдыха, центром которой служит висящее высоко на мысу Семёновское озеро. Ещё Семёновской была бухта и посёлок, основанный примерно за год до превращения в Романов-на-Мурмане - этакой спорой будущей столицы Заполярья оказалась стоявшая в 16 веке здесь тоня Семёна Коржнёва. Позже каким-то образом он превратился в мурманского первопоселенца, встретившего тут изыскателей железной дороги. И скорее всего таковой тут правда был, только звали его как-то иначе. В похожей избе мы жили на острове Вайгач, и я могу себе представить, как молчаливый, бородатый, жилистый, пропахший ворванью помор хаживал на это озеро в компании своих собак набирать питьевую воду. Теперь в погожие дни на озере случается пляж, зимой тут проходят некоторые соревнования Праздника Севера (см. прошлую часть - основная его площадка в Долине Уюта), а на том берегу видны Дворец детского творчества "Лапландия" (1985), одинокий фонтан и колесо обозрения.

На этом же берегу с моего прошлого приезда (скорее всего, в 2015 году) успели соорудить Мемориал мужеству и стойкости защитникам Мурманска с инсталляцией в виде трубы. Такие трубы в сгоревшем под ударами "Люфтваффе" городе стояли лесами и вереницами - чаще всего оставались они от длинных бараков, где в климате Заполярья в ряд стояло несколько печей. Инсталляция, впрочем, тут играет роль КДПВ, а куда пронзительнее галерея чёрно-белых фотографий Мурманска военных лет.

Дальше по гребню мыса идёт множество тропок, и на гребне этом - уже не лес, а лесотундра, над которой, подобно гигантским роботам из японских мультфильмов, возвышается Алёша:

И при виде располовиненного валуна косишься на колосса с тревогой:

С Зелёного мыса открываются лучшие, канонические виды на Мурманск, мне, увы, за все мои приезды примелькавшиеся так, что с Каменного плато - отрога вон той сопки впереди, - я фоткал как-то охотнее. Порт с хорошо заметным посредине жёлто-чёрным "Лениным" был на заглавном кадре первой части:

Но особо зрелищны отсюда центр и станция. Все сущности знакомые - Горелая гора с едва заметной слева главкой Старого Никольского собора; проспект Ленина (чуть не написал - проспект "Ленина", так что здесь это название куда уместнее, чем кажется) между гостиниц "Арктика" и "Меридиан", упирающийся в "Мурманск-Молл", а правее, под высокими трубами котельной - зелёный купол вокзала. Здесь, впрочем, обращу внимание на пару мест, более актуальных в следующей части - голубое здание слева занимает Мурманское морское пароходство, а справа в низинке видна жёлтая сталинка Рыбного порта и барачного вида храм Трифона Печенгского. В Рыбном порту в те дни дожидалась выхода в море "Клавдия Еланская", на борту которой мы тогда и жили, и был это её первый рейс под началом Северного пароходства из Архангельска. Мурманское пароходство же сейчас откровенно идёт в разнос и приближается к банкротству, а свой главный актив - атомные ледоколы с судами обслуживания, - потеряло ещё в 2008 году: ныне это отдельное пароходство "Росатомфлот" в структуре "Росатома".

Сухогруз Арктическое пароходства (тоже из Архангельска) и Абрам-мыс на том берегу - с него мы любовались городом во второй части, и музей ПВО с его ракетами и самолётами неплохо виден левее посёлка.

Абрам-мыс был центром обороны Мурманска от авианалётов, а на Зелёном мысу - памятник всем героям битвы за Арктику. На самом деле - довольно обширный мемориал (1969-74) с Вечным огнём, Пирамидой Скорби, закладным камнем под монумент ленд-лизовским конвоям (вместо него теперь два памятника в центре города)... но все они едва заметны у ног Алёши. Это настоящий Колосс - с ростом 35,5 метров (а включая основание - 42 метра) он уступает в России лишь волгоградской Родине-матери (а в бывшем СССР - ещё и её киевской "сестре"), а превосходит, если считать без постаментов, таких гигантов, как Ильич на канале Волго-Дон или Христос над Рио-де-Жанейро. С последним, пожалуй, Алёшу и можно сравнить - Зелёный мыс теперь гора-постамент, этакая Советская Корковадо, и Алёша предстаёт Спасителем рода человеческого в отдельно взятой стране. Виден он буквально со всего города:

Что не мешает ему быть для мурманчан простым северным парнем Алёшей - иначе, чем вот так, по свойски, его здесь и не называют. Гость же на приглашение "к Алёше" вполне рискует оконфузиться.

С краю мемориала - ещё несколько памятников, и в том числе симметричная с Абрам-мысом зенитка. На гранитной плите рядом перечислены сами защитники - 14-я и 19-я армии, Северный флот, 7-я воздушная армия, погранотряды №82 и 100, а также партизанские отряды "Советский Мурман", "Сталинец", "Большевик", "Заполярье" и "Большевик Заполярья". Это их присказка "где олень пройдёт - там и большевик пройдёт, а где олень не пройдёт - там больешвик всё равно пройдёт", сами олени же, в основном с каюрами-ненцами были здесь важным видом прифронтового транспорта. Ну а в уголке серп и молот посвящены труженикам тыла... или скорее труженицам - мужчины ушли на фронт и флот, а Мурманск сделался бабьим городом, где женщины разгружали суда на морозе, тушили пожары и стояли за прицелами зениток.

Асфальтовая дорога к Алёше ведёт не с юга, а с севера, и доходя на мемориал тропками меж валунов, уходил я все приезды по широкой аллее. Мимо символической могилы из цветов:

И озёр, висящих на самом карнизе:

То же место в полярную ночь:

А ещё на севере с Зелёного мыса виден причал с ярко-красными надстройками атомных ледоколов и широкой палубой авианосца. И как тут не захотеть увидеть это всё поближе?

Центр Мурманска расположен практически посередине узкого и длинного города. И если на юг ведёт Кольский проспект, то на север... нет, не Североморский, конечно, ибо конспирация, но всё-таки проспект Героев-Североморцев. Вдоль него меньше стильных серых многоэтажек, а больше - мрачных хрущоб без балконов, которые, в отличие от деревянных бараков, в 1970-х годах никто не стал бы сносить. Деревянные тут остановки:

А кольцо на развилке проспекта (переходящего в дорогу на Североморск) и улицы Лобова (ведущей в Росту) - ни что иное, как самая северная в мире остановка общественного электротранспорта. В данном случае - троллейбуса, система которого работает в Мурманске с 1962 года. Самый северный трамвай после безвременного закрытия система в Архангельске действует в Тронхейме, а на самой северной станции метро я даже был - в Хельсинки.

Но дальше троллейбуса ходят маршрутки, в Мурманске представленные в основном бусиками средней вместимости.

Многоэтажки вдоль улицы Лобова (на кадре выше, кстати, магазин местной сети, весьма приличной) в какой-то момент вновь сменяются сталинками, среди которых стоит одинокая церковь:

При всей кирочности (или костёльности) своего облика - вполне православная, посвящённая князю Владимиру. Фундатором, между прочим, была ассоциация рыбопромышленников, так что это тоже храм-памятник.

...Что означает название Роста (и кстати, склоняется ли оно) - местные краеведы спорят до сих пор. То ли дело в речке Росста, названной так ещё саамами, то ли - в Районе Особого Строительства, которое развернулось здесь на заре Северного флота. Хотя первые военные корабли европейского типа Россия построила ещё в 1694 году на Белом море, непрерывная история Северного флота началась лишь в 1930-х годах. Но любой флот теряет смысл без инфраструктуры, которая и стала в 1935-38 годах тем самым "особым строительством". Первым был судозавод №35, ныне "Звёздочка", мурманский аналог СевМорзавода в Севастополе и Дальзавода во Владивостоке. Здесь же планировалось обслуживать и гражданские суда СевМорПути, включая ледоколы

В общем, в 1930-е годы сюда приехало порядка 20 тысяч человек, и если собственно Мурманск жил в "красных деревнях" снятых с путей теплушек, то Роста с её брезентовыми бараками слыла тогда Ситцевым городком. Буквально из окон своих жилищ первопоселенцы могли стрелять в тундре куропаток.

Посреди всего этого, между нынешними церковью и сквером с камнем-памятником, уже тогда возвышался Дом Офицеров СФ (1938), где теперь есть ещё и музей Северного флота:

В основном же облик Росты сложился в 1950-е годы. Ныне это типичная рабочая окраина, где вечером ходишь, оглядываясь, а вечер в полярный день подкрадывается очень незаметно:

По краешку Росты, среди гаражей и складов, вьётся железная дорога, продлённая в 1937 году до станции Ваенга в Североморске. Последнее название не случайно - так называется река, на которой стоит столица Северного флота, ну а певица Елена Ваенга (на самом деле Хрулёва) просто там родилась. Раньше по железной дороге ходил "Мурманский трамвай" до города, и я жалею, что не сходил к вокзалу станции Комсомольск-Мурманский - вдруг бы с тех же 1930-х годов?

Пустынного вида колею мы шумной толпой пересекли уже где-то в промзонах, и понемногу полезли на каменистую сопку. Марина ilance с напарником, Лена и Артём из Кирова, я и как всегда опоздавшая Ольга приехали тогда в Мурманск ради путешествия на "Клавдии Еланской", и в этот вечер узнали, что зря. Месяц спустя строптивый теплоход покорили уже мы вдвоём с Ольгой, а тогда мы всей компанией сошлись на мысли, раз уж не удалось увидеть Кольский залив с борта - полюбоваться им с горы.

Склон безымянной сопки, прикрывающей Росту с севера, смущал очевидными следами жизнедеятельности военных. Собравшись фоткать стратегические объекты в низине, меньше всего мы хотели забрести на военные объекты наверху. Но судя по всему окопы и пунктир кусков колючей проволоки остался от каких-нибудь учений - военных на сопке мы так и не увидели, а на безлесной вершине было далеко видать.

Сопка оказалась довольно высокой, но зато с вершины её Мурманск вдоль похожего на реку Кольского залива просматривается натурально насквозь:

Зелёный мыс нависает и над Роста - только с юга:

А левее наконец открылся вид промзоны, во всех прошлых частях дымившей из-за горы:

Внизу мелькнул траулер "Полярис" весьма необычного для России облика - он был построен в 1994 году в Британии:

А наверху быстро кончилось криволесье и мы оказались в самой что ни на есть тундре - с мхом на кочках, болотцами, чистым озёрами и протяжными криками канюков, неподвижно висящих в десятке метров над землёй. Мы быстро промочили ноги, но я был воодушевлён - по аналогии с "памятью руки" включилась у меня "память ноги" - я словно снова попал на Вайгач!

А блуждания по тундре понемногу привели нас на неприметный и не самый высокий тут склон, с которого видны причалы "Звёздочки" и "Атомфлота". То, что можно здесь увидеть, меняется практически еженедельно, но впечатляющим остаётся всегда. В 2011 году, скажем, я видел здесь собственной персоной "Приразломную", чей факел спустя 6 лет наблюдал у горизонта в Печорском море. В 2019-м же здесь стояла "Арктическая" - на самом деле совсем не новая платформа для прибрежной нефтедобычи, построенная в 1995-2012 годах в Северодвинске. В 2014-18 годах она работала на Балтике близ Усть-Луги, а в июне мы наблюдали её в Мурманске. Более того, и в июле я видел её с Абрам-мыса, но не увидел уже с борта "Еланской" - платформа ушла на буксире буквально за сутки до нас, и теперь обосновалась в Карском море. По сравнению с той же "Приразломной" или гигантскими платформами Сахалина "Арктическая" невелика и даже изящна: всего 101 на 77 метров при высоте опор 132 метра. Работать она может на глубинах от 7 до 100 метров при высоте волн до 15 метров и морозе до -30 градусов.

Рядом, напротив ярко-оранжевой радиолокационной станции в посёлке Мишуково, стоит самый большой (306х72 метра по палубе, 270х33 по ватерлинии) и самый постоянный обитатель этих причалов - тяжёлый авианесущий крейсер "Адмирал Кузнецов", фактически - единственный в нашей континентальной стране авианосец.

Тут, впрочем, надо заметить, что авианосцы - не наше оружие. Сама идея плавучего аэродрома - немногим старше, чем военный самолёт, а на заре воздушных войн в ходу были аэростатоносцы и авиатендеры с крылом гидропланов, садившихся на воду и поднимавшихся на палубу краном. В 1910 году американский пилот Юджин Эли впервые совершил горазонтальный взлёт с корабля - крейсера "Бирмингем" с установленной на носу временной деревянной платформой. Первой отдельным классом авианесущих кораблей обзавелась Англия, в Первую Мировую ещё мнившая себя Владычицей Морей, но на том этапе это были в основном переделанные суда других классов. Первым "урождёным" авианосцем стал американский "Лексингтон" (1925), способный нести более 70 самолётов. Он был больше похож на того же "Кузнецова", но поиск формы тогда шёл непрерывно, и чаще тогдашние авианосцы с отдельным ярусом посадочной палубы выглядели иначе. Я показывал такие на старых фотографиях с Итурупа - во "владычицы морей" нового поколения всё настойчивее метила Япония. Затем Таранто и Пёрл-Харбор показали, что время больших артиллерийских кораблей прошло. Вскоре и крупнейшие в истории линкоры "Ямато" и "Мусаси" погибли под бомбами американских самолётов, и орудия, способный потопить любой корабль на расстоянии 20 километров, их не спасли. СССР же, как и Германия, здесь отставали от океанических держав, и хотя проекты авианосцев Советский Союз разрабатывал уже с 1930-х годов, на наших фронтах актуальнее были танки.
Всерьёз к теме вернулись лишь в 1960-х годах, но тут оказалось, что единственной верфью, способной построить корабль такого размера, является Николаев, зажатый Босфором и конвенцией Монтрё. В вопросах выходов авианосцев из Чёрного моря во внешний мир конвенцию можно было трактовать двояко, но как её интерпретирует НАТОвская Турция, Советы не хотели проверять. Поэтому вместо авианосцев СССР строил авианесущие крейсера, имевшие и вполне серьёзное ракетное вооружение. Масштабы, впрочем, были совершенно не подабающие могучей советской "оборонке": лишь в 1968 году на воду был спущен вертолётоносец "Москва", а следующие ТАКРы типа "Киев" несли штурмовики Як-38 с весьма посредственными характеристиками, но зато вертикальными взлётом и посадкой. "Киев" и его систершипы "Минск", "Новороссийск" и "Баку" (позже "Адмирал Горшков") относились к проекту "Кречет", как и "Адмирал Кузнецов" и "Варяг". Последние в конце 1980-х годов были доработаны под возможность горизонтального взлёта, и фактически "Кузя", спущенный на воду в 1985 году, стал первым полноценным авианесущим кораблём СССР. Построенный на 60 лет позже "Лексингтона", по своим характеристикам он от него ушёл недалеко: у "Кузи" паротурбинный двигатель (густой дым которого над Средиземным морем все видели в новостях), огромное водоизмещение (от 46 до 68 тыс. тонн в разных положениях), и при этом - всего 50 летательных аппаратов, включая вертолёты.

В сущности, "Кречеты" были лишь экспериментами с формой, тем поиском, что геополитические противники прошли десятилетиями ранее, и в самом конце 1980-х на Николаевских вефрях заложили первый "взрослый" атомный авианосец "Ульяновск". Этот мог бы потягаться с американскими аналогами... да только изменились времена, и недостроенный корпус "Ульяновска" на Стапеле "0" Черноморского судозавода в независимой Украине ушёл в металлолом. "Кречеты" же и постсоветской России были игрушкой не по карману, а потому быстро разлетелись по свету. "Киев" и "Варяг" были проданы в Китай, и "Киев" там теперь корабль-музей. "Варяг" же стал первым авианосцем китайского флота "Ляонин", да и следующий, уже полностью китайский авианосец получился на него каким-то подозрительно похожим. "Горшкова" я видел в 2011 году в Северодвинске, где его как раз переделывали для Индии в "Викрамадитью". И в целом в наше время авианосец - в первую очередь американское оружие: у сверхдержавы в строю 11 авианосцев водоизмещением более 100 00 тонн, образующих вместе с мощным эскортом знаменитые АУГ - авианосно-ударные группы, каждой из которых вполне хватит для "наказания" большинства стран мира. Ещё авианосцы есть у Китая, Индии, Британии, Италии (целых 2, внезапно), Франции и Таиланда. В прошлом были также у Бразилии и Аргентины, и вот где-то между Таем и Францией в этом списке Россия. Ещё хуже нехватки кораблей - нехватка опыта, и утопленные в Сирии самолёты тут ни что иное, как шишки, набитые при его наработке. Нет у России и денег на строительство новых авианосцев, и целесообразность их не вполне ясна. Да и плавдок ПД-50, единственный пригодный для ремонта "Кузнецова", прошлой осенью приказал долго жить. Вот и предпочли у нас вложиться в гиперзвуковые ракеты, перед которыми американские гиганты пока что совершенно беззащитны.
Так что посмотрим лучше на соседний, блестящий новизной причал - им владеет "Росатом", и как "заклятые партнёры" господствуют в авианосцах, мы по сей доминируем в гражданских атомных судах:

Вот например "Севморпуть" - самый необычный в "Росатомфлоте". Это не совсем ледокол, а атомный лихтеровоз ледового класса, построенный в 1984-88 годах в далёкой от паковых льдов Керчи. Размером он сравним с "Кузнецовым" - 260 на 32 метра при водоизмещение 62 тысячи тонн (втрое больше, чем у "50 лет Победы" или "Петра Великого"). Не первый и даже не последний из атомных торговых судов, наряду с американской "Саванной", немецким "Отто Ганом" и японским "Муцу", он единственный себя оправдал - потому что безграничный запас хода и тепла по-настоящему актуальным оказался лишь в Арктике. Атомным ледоколам он уступает в собственно "ледокольности", зато превосходит их грузоподъёмностью. Видя "Севморпуть" с сопок, я считал его таким же инвалидом, как "Кузю" - первые 20 лет он оставался невостребованным, был на грани утилизации, и в мой прошлый приезд стоял у причала печально. Но в 2012 году его решили реанимировать для освоения полиметаллического месторождения на Новой Земле, дальше процесс пошёл, и вот в 2015 году "Севморпуть" вновь вышел на морскую трассу своего имени. Но я всего этого не знал, и каково же было моё удивление, когда месяц спустя я его здесь не обнаружил. А позже атомный лихтеровоз нашёлся во френд-ленте - отбыл из Мурманска он не куда-нибудь, а на Камчатку.

Рядом - ещё более необычная штуковина: плавучая атомная электростанция "Академик Ломоносов", абсолютная новинка, построенная в 2010-18 годах в Петербурге. В Мурманске она была доведена до рабочего состояния, покрашена (канонический вид её был - стрёмный ржавый параллелепипед), в июне и июле я видел её здесь с сопок и с борта "Еланской", а покинула полярную гавань ПАТЭС аккурат в день начала НеФорума. Мы, конечно, возмущались - не мог что ли "Росатом" денёк подождать и свозить нас на свою новинку, но в итоге на "Ломоносова" сумел попасть лишь гуру этой темы zavodfoto, который, надеюсь, скоро расскажет о ней. На момент же написания поста ПАТЭС уже успела миновать Таймыр и движется к чукотскому Певеку, где и встанет на замену отработавшей своё Билибинской АЭС. В июне, однако, было видно, что жизнь на станции кипит, и доносился от неё характерный металлически-пульсирующий гул, который испускают реакторы в голливудских фильмах.

Причал "Атомфлота" стоит как раз на сгибе Кольского залива - на при своей длине 57 километров фьорд дважды поворачивает под прямым углом. Мелкое (до 40 метров), тёплое, затянутое топливной плёнкой Южное колено осталось позади, а со Среднего колена уже тянуло арктическим холодом. Я ни с чем не спутают этот холод высоких широт и высоких гор, и он манил за скалы:

Справа прекрасно виден Североморск - главная база Северного флота. Он зародился в 1897 году как деревня Ваенга напротив Александровского порта - северного детища Сергея Витте. В 1926 году к ней добавился посёлок лесорубов, заготовлявших стройматериалы и дома для Мурманска, а в 1933 году его инфраструктура пригодилась базе Северного флота. В 1947 Ваенга (так и тянет написать - Военга) стала уже главной базой всего Северного флота, а в 1951 получила статус города и своё нынешнее, ни к чему не обязывающее название. И в общем-то там много интересного - музеи, памятники, исторические корабли и самолёты, знаковые места и даже домик Гагарина из Луостари... но всё это не так-то просто увидеть: в отличие от Севастополя, Балтийска, Владивостока, Североморск - ЗАТО, центр "параллельной Мурманской области" из десятка секретных городов. Теоретически, туда бывают туры, но даже за однодневную поездку в 25-местному автобусе отдать придётся около 2500 рублей.

С другой стороны залива виднеется Полярный, тот самый Александровский порт, а до Североморска главная база Северного флота. Его я даже немного показывал с другой стороны по дороге к ядерному кладбищу Сайды.

Два городка стоят вдали, где Среднее колено загибается к Северному колену:

Ближе, в основанной когда-то финскими колонистами Белокаменке, строится огромный нефтегазовый порт и верфь газовозов и буровых платформ, как в дальневосточном Большом Камне, а с ними вахтовый посёлок на 15 000 человек. Пока, с 2003 года, терминалами служат танкеры:

Ну, а открытого Баренцева моря даже отсюда не видать:

Поэтому в слеующих частях посмотрим на него с борта "Клавдии Еланской". С Мурманском же на этом всё, причём и в следующий приезд я смогу найти разве что какие-то штрихи к портрету. И хотя в отличие от Севастополя и Владивостока я не делал здесь отдельного поста со списком кораблей, всё же по концентрации легенд моря, будь то хоть "Ленин", хоть "Курск", с Мурманском не сравнится ни один российский город. Мурманск - это Байконур Арктики.

Автор VARANDEJ