Рак против ботов: берлинский нагиб (6 фото)

Заваленные битым кирпичом и строительным мусором улицы Берлина весны 1945 довольно сильно ограничивали манёвр лёгких артиллерийских самоходок. Но для СУ-76 хватало.

Убрать пулемёт из нехорошей квартиры на верхнем этаже жилого дома. Дать пехоте зачистить подвалы и чердаки от фаустников. Продвинуться на сто-двести метров. Повторить. Работа давно привычная и понятная. Но тут пришло оно…

Именно так озаглавлен рабочий документ за подписью героя нашей истории, лейтенанта Рака. Экипажи СУ-76 c номерами 29 и 30 попросту не распознали вовремя, что же такое движется к ним из облака пыли и дыма. Между тем, бьющийся в агонии рейх в очередной раз отправил в бой сумеречный шизомилитаристский гений — самоходные гусеничные торпеды.

Узнать заранее о подходе противника такого рода экипажи не могли при всём желании. При необходимости «голиафы» получалось дотащить куда нужно чуть ли не вручную, а берлинский «туман войны» из пыли и дыма сильно ограничивал видимость.

Взрывоопасные гусеничные тележки выскакивали на цель неизвестно откуда и сразу почти в упор. Это единственный вариант, когда настолько простые машины специального назначения всё же могли показать себя в бою против нормальной подвижной бронетехники.

Внутренний мир «Голиафа» какой-то сложностью не блистал. Дорогое малосерийное развитие идеи французской «гусеничной противотанковой торпеды» Кегресса имело ровно необходимый минимум оборудования: ходовую, трёхжильный провод управления, немного электрооборудования и большой отсек под несколько десятков килограммов взрывчатки.

Последние техно-романтики межвоенного периода — французы — видели такое оружие средством защиты пехоты от вражеских пехотных танков: медлительных и сравнительно хорошо защищённых целей, которые всё же реально достать накоротке ма-а-аленькой гусеничной торпедой с огро-о-омным таким зарядом.

Рейх пользовался телеуправляемыми машинами в основном как инженерно-сапёрными — подорвать дот, прорвать многослойное заграждение, обвалить стену в плотной городской застройке… До применения в открытом противотанковом бою доходило только совсем уж в острой ситуации, когда все средства хороши и даже высокая цена изделия потеряла значение.

Но даже так «голиафов» не стоило недооценивать.

Советские самоходки не предназначались для боя накоротке. Больших отрицательных углов склонения их пушки не имели. Два безрезультатных выстрела с превышением над целью экипаж головной машины сделать успел, но за эти секунды танкетка-торпеда расторопно подъехала к цели и взорвалась. У СУ-76 с бортовым номером 29 попросту сдуло всё, что торчало из корпуса, включая гусеницы и катки, а сама она превратилась в яркий погребальный костёр.

(По фото нельзя сказать, та ли машина стоит на кладбище битой техники в Берлине, но досталось ей, мягко говоря, сопоставимо)

«Голиафы» на рывке могли ехать достаточно быстро, километров десять в час. Судьба второй машины — лейтенанта Рака — с огромной грудой строительного мусора в тылу казалась немного предсказуемой. Но — только казалась!

Даже на войне есть место для хобби. Экипаж Су-76 с бортовым номером 30 таким хобби выбрал занятие довольно простое и понятное — сбор и ремонт трофейного оружия. Восстановленный из двух сломанных пулемётов почти как новый MG-34 с бронебойно-трассирующими боеприпасами в ленте оказался очень кстати в этой непростой жизненной ситуации.

На дальности в двадцать метров тонкое железо сухопутной торпеды не имело никаких шансов. Лейтенант Рак буквально изрешетил первую цель в десятке метров от своей боевой машины, как в крутом голливудском боевике. За этой танкеткой последовала ещё парочка. Они просто не доехали на то расстояние, где подрыв имел бы смысл, — и тут же получили свою порцию свинца.

Так первый в истории человечества бой Рака с ботами закончился ударным нагибом — примерно за полвека до того, как бои раков и ботов в популярных компьютерных играх стали мэйнстримом.

МИХАИЛ ЛАПИКОВ

Комментарии эксперта к статье читайте в первоисточнике