Не сообразить ли нам на троих? (5 фото)

Писатель Эдуард Хруцкий (1933–2010), прозванный «современным Гиляровским», в своей книге очерков «Тени в переулке» пишет о лейтенанте Георгии Тер-Ованесове: «Он еще не знал, что его первый бой нарекут Курской битвой и что он и его солдаты внесут свой вклад в перелом войны.

Тер-Ованесов пропускал танки, переваливающиеся через окоп, где он сидел, их жгли истребительные противотанковые батареи, а его люди кинжальным огнем уничтожали пехоту, идущую позади танков.

Меняли раскаленные стволы пулеметов Горюнова, закипала вода в кожухах „максимов“, стлался по земле тяжелый смрад горящих танков.

Рота лейтенанта Тер-Ованесова выполнила боевую задачу. За это он получил первый орден Красной Звезды».

За годы войны Георгий Тер-Ованесов был награжден двумя орденами «Красной Звезды» и тремя орденами «Отечественной войны» разных степеней. После демобилизации он поступил в МГИМО.

Искусство фотографии увлекло Тер-Ованесова еще в детстве. В Великую Отечественную в качестве боевой награды он получил свой первый профессиональный фотоаппарат. После войны друзья помогли ему устроиться на фотокомбинат. Как-то заведующий отделом литературы и искусства «Вечерней Москвы» Всеволод Шевцов увидел его работы. Вскоре Тер-Ованесов получил приглашение работать фотокорреспондентом. В 1958 году вместе с журналистом Андреем Эрштремом он делал первый номер журнала «Советский экран». Тер-Ованесов стал кинофотографом.

Хруцкий пишет: «Он не просто ставил свет и щелкал затвором фотоаппарата. Жорж дружил со своими моделями, встречался с ними, спорил. Олег Стриженов, Борис Андреев, Никита Михалков, Георгий Жженов… Невозможно перечислить всех».

Георгий Тер-Ованесов был специальным корреспондентом многих киноизданий: «Советский фильм», «Новости кино», «Союзинформкино», «Совэкспортфильм», «Искусство кино». Был он также и корреспондентом зарубежных журналов: «Фильм а дивадло» (Чехословакия), «Фильм» и «Фрае вельт» (ГДР). Он — участник и лауреат многочисленных международных фотовыставок. В 2005 году ему было присвоено звание «Заслуженный деятель искусств РФ».

Фотохудожник Тер-Ованесов известен не только портретами артистов советского кино. Его авторству принадлежат сценарии двух военно-приключенческих фильмов — «Крепость» (1979) и «Тройной прыжок „Пантеры “» (1986). В двух фильмах он принял участие и в качестве актера. Это эпизодические роли в фильме «Брат героя» (1940, в титрах не указан) и киноальманахе «Времена года» (1968).

Георгий Тер-Ованесов был близким другом Фрунзика Мкртчяна. Их дружба длилась долгие годы. Однажды Фрунзик признался: «Жорж был по жизни моим старшим братом и духовным наставником».

Дружил Тер-Ованесов и с Евгением Евстигнеевым. В своей статье «Мой друг Женя Евстигнеев» он вспоминает один интересный случай.

«Однажды мне позвонил из Еревана режиссер Юрий ЕРЗИНКЯН. Зная, что мы давно дружим с Женей ЕВСТИГНЕЕВЫМ, слезно попросил уговорить известного артиста сняться в его фильме „Мосты через забвение“. Я сначала отказался: Евгений Александрович человек был сверхзанятой, на нем держался чуть ли не весь репертуар театра „Современник“. Но, выслушав от режиссера клятвенные заверения по поводу супергонорара, решил взяться за невозможное».

В итоге Тер-Ованесов и Евстигнеев прилетают в Ереван. Все в предвкушении съемочного дня. Но тут…

«…в павильоне раздается громовой голос: „Стоп, камера!“. Поворачиваем головы и видим сияющее лицо Фрунзика Мкртчяна, стоящего в дверях с бочонком вина. Главный оператор Сережа Исраэлян грустно произносит: „Ну, все, съемок сегодня не будет!“. Дружно набросившись на Фрунзика и бочонок, мы, однако, о деле не забыли и запланированный кусок все-таки отсняли. В таком легко-бодрящем питейном режиме отработали все три дня.

Пора возвращаться в Москву. На прощание, как принято, снова накрыли стол. Но, естественно, никто не хотел отпускать главного виновника торжества. Смотрю, Фрунзик встает из-за стола и с хитрым видом, заговорщицки прикладывая палец к губам, тихо удаляется. Через некоторое время возвращается: „Женя, сегодняшний рейс отменен, придется вам лететь завтра“. Удивленный Евстигнеев, быстро сообразив, в чем дело, наотмашь махнул рукой и расцвел в улыбке: „Эх, гулять так гулять!“».