Почему мы так любим острое? (10 фото + 1 гиф)

Эти данные были предоставлены компанией IndexBox. Из них следует, что за год каждый из нас, если усреднять, съел пять килограмм перца чили. Средний перец весит 20 грамм, то есть пять кило — это 250 жгучих стручков. В некоторых странах острое любят гораздо больше чем в других.

Например, в Турции люди в среднем съедают по 86,5 грамм перца в день. Это самый высокий показатель в мире. На втором месте Мексика, кухня которой известна своей остротой. Там ежедневно съедают по 50,95 грамм острого перца.
Почему же мы так любим острое?
Это сложная история о психологии наслаждения и преодолении эволюционных инстинктов.

Исследователи до сих пор спорят о том, зачем с эволюционной точки зрения в перцах чили появился капсаицин — вещество, которое делает их острыми.

Ученые установили, что острый вкус появлялся в перцах постепенно, и был нужен для того, чтобы их не ели животные и насекомые.

Но почему тогда их спокойно едят птицы?

Исследователи из Университета Аризоны в США выяснили, что в такой эволюционной избирательности есть смысл.

Пищеварительные системы млекопитающих переваривают семена перцев. Однако в случае с птицами все иначе — семена проскакивают их пищеварительный тракт и распространяются вместе с экскрементами.

Итак, мы знаем, что перцы стали острыми, чтобы отвадить нас, млекопитающих. Но почему люди все равно их едят, и даже любят?

Особенно это удивительно, если помнить, что люди, как правило, ассоциируют горький вкус с ядовитыми веществами — это механизм, который мы выработали благодаря эволюции.
Почему люди — единственные млекопитающие (кроме обитающей в Азии Тупайи), предки которых начали есть перцы чили? Природа дала нам несколько подсказок.

Согласно одной из теорий, люди начали есть чили благодаря их антибактериальным и противогрибковым свойствам. Полагают, что люди в какой-то момент поняли, что если еда острая на вкус, то она с меньшей вероятностью будет гнилой. Острота, таким образом, означала, что еду можно съесть и не отравиться. Эту гипотезу выдвинули в 1998 году биологи из Университета Корнелла Дженнифер Биллинг и Пол Шерман.

Они проанализировали несколько тысяч традиционных рецептов из кухонь 36 стран, где едят мясо, и выяснили, что больше специй в еду добавляют в странах с более жарким климатом, где продукты портятся быстрее.

«В жарких странах почти для каждого мясного рецепта требуется по меньшей мере один вид специй, а в большинстве из них используется много видов мощных приправ. В более прохладных странах часто блюда готовятся всего с одной приправой или без специй вообще», — пишут они.

Действительно, Таиланд, Филиппины, Индия и Малайзия — рекордсмены по употреблению специй, а в Швеции, Финляндии и Норвегии по сравнению с ними острого почти не употребляют.

«Я думаю, что рецепты это по сути хроники эволюционной борьбы между людьми и паразитами. Мы соревнуемся с микробами за одну и ту же еду», — говорит Шерман.

«Все, что мы делаем с едой, — готовка, сушение, копчение, засаливание или добавление специй, — это по сути попытка спастись от отравления нашими микроскопическими конкурентами».

Каори О’Коннор — антрополог, который специализируется на еде. У нее есть еще одна версия.
Чили, так же как, например, сахарный тростник и картошка, относятся к продуктам, о которых веками не знали в Европе. Они распространились по миру, когда европейские первооткрыватели достигли Америки и открыли новые торговые пути.

«Их (перцы чили) перевозили американские путешественники», — говорит О’Коннор.

Необыкновенный вкус перцев позволил им быстро стать частью национальных кухонь, включая индийскую, китайскую и тайскую.

«Можно предположить, что в то время еда в Европе имела слабо выраженный вкус. Но вскоре на помощь пришли чили. Когда в Европе впервые появился сахар, все происходило похожим образом».

Есть, впрочем, и другая теория: наша любовь к острому это результат пристрастия человека к ограниченному риску.
В соответствии с этой теорией, наши предки начали есть перцы по тем же причинам, по которым мы любим кататься на американских горках или прыгать с парашютом.

Автор концепции ограниченного риска — Пол Розин, профессор психологии в Пенсильванском университете. Он тоже заинтересовался тем, почему абсолютное большинство млекопитающих не едят чили. Nогда он провел эксперимент. Розин начал кормить волонтеров все более острыми перцами, пока они не начинали говорить, что больше не могут. После этого у них спрашивали, какой уровень остроты им больше всего понравился. Большинство людей говорили, что больше всего им понравился последний перец, самый острый.

«Люди — единственные животные, способные получать удовольствие от негативных по своей природе стимулов», — говорит Розин.

«Наш разум научился понимать, что на самом деле опасности нет, даже если чувства говорят нам другое».

По его теории, природа удовольствия от употребления острого перца та же, что у удовольствия, которое мы испытываем от фильмов ужасов.

Ученым также интересно, почему одним людям острое нравится больше, чем другим. Исследователь Надя Бернс пытается выяснить, зависит ли любовь к острому от пола. Бернс обнаружила. что мужчины в целом мотивируются скорее внешними факторами, например, впечатлением людей, при которых они выбирают самый острый перец. Женщин, с другой стороны, больше интересует уровень остроты и боли.

«В Мексике, например, употребление перцев чили связывают с силой, смелостью и маскулинными чертами характера», — рассказывает Бернс.