Боевые самолеты. Еще одна упавшая «Комета» (20 фото)

В общем, наш герой – палубный бомбардировщик-разведчик «Йокосука» D4Y, известный в Японии под именем «Суисей» («Комета») и названный союзниками «Джуди».
Хотя справедливости ради замечу, что янки не особенно утруждали себя разбором японской техники, поэтому ВСЕ одномоторные бомбардировщики у них были «Джуди».
Но давайте не будем уподобляться американцам и разберем самолет и его историю по винтикам, тем более что аналогий и параллелей здесь будет не просто много. Ни с одним самолетом не было их столько, сколько с этим красавцем. Но – на взлет…

Да, D4Y стал вторым после Ki-61 самолетом, изначально спроектированным под двигатель жидкостного охлаждения. Но в процессе модификаций оба самолета получили привычные для Японии двигатели воздушного охлаждения. Так появились в конце войны Ki-100 и D4Y3.
Подобно смертельно очаровательному «Москито», «Комета» проектировался как бомбардировщик, в бой (хорошо, в боевое применение) отправился как дальний разведчик, а под конец войны попробовал себя в качестве ночного истребителя.
Очень схоже, не так ли? За исключением того, что многоцелевой «Москито» до сих пор уважаем как один из интереснейших самолетов в стане победителей, а вот «Комета»… Увы, такова судьба всех проигравших.

Флотские бомбардировщики Японии – это вообще отдельная тема, потому что как я уже не раз говорил, авиация флота и сухопутной армии развивались совершенно разными путями. Вплоть до бортового вооружения флот и армия сами выбирали себе поставщиков лицензий/технологий, и не приведи Будда, чтобы их пути пересеклись. Но это повторюсь, вообще отдельная тема исследования.
Основной ударной силой японской морской авиации были не торпедоносцы, а бомбардировщики. За развитие бомбардировщиков в японской морской авиации фактически отвечали немцы.

Сотрудничество было весьма долгим, с 1931 года, когда японский флот заказал у «Хейнкеля» самолет, который стал первым японским пикирующим бомбардировщиком. Это «Айчи» D1А1, который по сути «Хейнкель» Не.50.

Правда, не просто отличить, если бы не знаки различия?
Дальше все тоже пошло по накатанной, немцы лихорадочно конструировали самолеты, компенсируя потери Версальского договора, а японцы тихонько клепали лицензионные (и не очень) копии. D3A1, следующее творение от «Айчи» был сделан под влиянием Не.70.

Чтобы флотской авиации быть на голову выше сухопутной (без такого соцсоревнования в японской армии жить было нельзя), надо было вовремя менять модели на вооружении. И в 1936 году, только-только приняв на вооружение D3A1, японские флотские специалисты озадачились заменой бомбардировщику.
И – естественно – поехали в Германию! И опять же ожидаемо оказались не у Мессершмитта, а у Хейнкеля. Где господин Гуго Хейнкель, только что проигравший конкурс на поставку в Люфтваффе пикирующего бомбардировщика (выиграл, понятно, «Юнкерс» Ju-87), мучился проблемой, куда ему пристроить Не.118.
Небольшой такой самолет, с большим количеством новшеств, но с подмоченной репутацией в плане надежности. Но японцы вряд ли знали об этом, потому императорский флот в феврале 1937 г. приобрел у «Хейнкеля» один из опытных экземпляров и лицензию на его производство.

Кстати, армия тоже купила такой самолет для своих целей, но тоже ничего толкового из него не получилось.
Японские флотские конструкторы и инженеры устроили «Хейнкелю» ряд испытаний, в ходе которых разбили купленный экземпляр вдребезги. После чего Не.118 был признан негодным для авианосного базирования как очень тяжелый (на самом деле нет, всего 4 тонны) и японцы отказали «Хейнкелю» в заказе этих самолетов.
Передумав копировать, японцы решили доработать под свои нужды. Это они уже умели, так что на без конкурсной основе было дано задание Первому морскому авиатехническому арсеналу в Йокосуке сделать «Как Не.118, но лучше».
Самолет должен был стать легче, меньше размером, быстрее. Дальность полета с бомбовой нагрузкой и вооружение можно было оставить от «Хейнкеля».

И получилось!
Опираясь на общие конструкторские решения Не.118, японцы спроектировали очень компактный цельнометаллический среднеплан. Размах его крыла был даже меньше, чем у истребителя А6М2 «Зеро», что позволяло обойтись без механизма складывания консолей, тем самым сэкономив вес.
Несмотря на более компактные размеры, чем у предшественника D3A1, конструкторам удалось разместить в самолете такой же запас топлива, да еще и выделить отсек для внутренней подвески 500-кг бомбы.
От «Хейнкеля» же «Комета» унаследовал развитую механизацию крыла. В частности, на каждой консоли имелось по три аэродинамических тормоза с электроприводом.
Бомбовое вооружение, кроме бомбы в 500 кг внутри фюзеляжа, могло включать еще и пару 30-кг либо 60-кг бомб снаружи на подкрыльевых подвесках.
Существенный шаг вперед, поскольку D3A1 мог нести только 250-кг бомбу, да еще и на внешней подвеске. Мог, конечно, поднять и 500-кг, но за счет меньшего количества топлива.
Стрелковое вооружение осталось неизменно слабым, два синхронных пулемета калибром 7,7 мм и один пулемет 7,92 мм на турели в задней части кабины.

А про мотор мы уже писали. Это был все тот же роскошный 12-цилиндровый «Даймлер-Бенц» DB601A. Да, нетрадиционного для Японии жидкостного охлаждения. Для флота его выпускала фирма «Айчи» под маркой «Ацута 21». Причем японцы немного сэкономили, не купив у фирмы «Бош» лицензию на систему впрыска топлива. Потому очень долго пытались изобрести что-то свое, но инженеры «Айчи» не справились, а потому (о, ужас!!!) пришлось использовать систему от фирмы «Мицубиси», разработанную для армейской версии мотора.
Да, DB601A производился и для нужд сухопутной авиации под обозначением На-40 фирмой «Кавасаки». Которая тоже зажала денег для системы от «Бош» и выкручивалась сама, но в отличие от флотских, выкрутилась с помощью «Мицубиси».
Вообще, на «Комету» ставили все, что было под рукой. Пока инженеры возились с системой впрыска, на первые экземпляры ставили моторы «Ацута 11», который был DB600G мощностью 960 л.с. Партию таких моторов закупили в Германии, но не производили. Потом по бедности ставили и двигатели «Ацута 12». Это были импортные DB601A.
А как ни странно, именно мотор стал причиной срыва поставок самолета, поскольку за весь 1941 год «Айчи» смогла осилить только 22 мотора. А полноценный серийный выпуск наладился только в середине 1942 года. Тогда «Комета» полноценно пошел в серию, и уже можно было всерьез говорить о замене устаревающих D3A1.
Однако вместе с серией начались и проблемы. Неизбежные при испытании новой техники, но тем не менее, когда при пикировании возникает флаттер крыла – это реально проблема, поскольку бомбардировщик-то пикирующий…

И пока конструкторы воевали с внезапно возникшим флаттером, военные решили использовать самолет в качестве палубного разведчика. Пикировать разведчику не надо, а там, глядишь, и докопаются до сути проблемы.
Так пикирующий бомбардировщик стал разведчиком. Переделки были минимальны, в бомбоотсек установили еще один бак для топлива, плюс внешние замки для мелких бомб усилили настолько, что вместо 60-кг бомбы можно было подвесить бак на 330 литров.
Штатное стрелковое вооружение было сохранено, фотоаппаратура – камера «Коника» К-8 с 250-мм либо 500-мм объективом. Разведчик продемонстрировал отличные летные данные — максимальная скорость достигала 546 км/ч, то есть больше, чем у новейшего истребителя А6МЗ. А дальность превысила 4 500 км.
Именно разведчик-прототип обнаружил американские авианосцы в битве у Мидуэя. В целом D4Y1 (так значился разведчик) показал выдающиеся характеристики. Его радиус действия существенно превышал аналогичный показатель самолета "Накадзима" B5N2, ранее применявшегося в качестве палубного разведчика. Поэтому 6 июля 1942 г. было принято решение о принятии на вооружение «палубного самолета-разведчика морской тип 2 модель 11», или же D4Y1-C.
В общем было выпущено около 700 (данные разнятся от 665 до 705) самолетов-разведчиков, провоевавших до последних дней войны. Пилоты любили самолет за легкость в управлении и высокие летно-технические характеристики. Среди недостатков отмечались отсутствие брони и протектирования бензобаков, но это было больным местом практически всех японских самолетов того периода.
Техники жаловались на проблемы с обслуживанием моторов «Ацута 21», но это скорее было следствием недостаточной обученности в обращении с двигателем жидкостного охлаждения, нежели недостатками самого мотора.
Тем временем конструкторы снова научили пикировать бомбардировочную версию. Была значительно усилена конструкция крыла и усовершенствованы воздушные тормоза. В таком виде в марте 1943 г. самолет был принят на вооружение под обозначением «морской бомбардировщик «Суисей» модель 11»

К началу 1944 года темпы выпуска «Комет» достигли 90 машин в месяц. Это позволило в феврале-марте начать перевооружение на D4Y1 сразу семи авиачастей для начала берегового базирования.
Примерно в то же время «Кометы» появились и на палубах авианосцев. В частности, новые машины получили корабли 1 -й авианосной эскадры («Тайхо», «Секаку», «Дзуйкаку»).
Для 2-й авианосной эскадры («Дзюньо», «Хийо» и «Рюйдзё») «Кометы» тоже появлялись, но в меньших количествах.
В июне 1944 г. обе эскадры вступили в битву за Марианские острова. В этом сражении участвовали практически все боеспособные силы японской палубной авиации. На объединенном авианосном соединении под командованием вице-адмирала Одзавы находилось 436 самолетов, в том числе 73 «Кометы» — 57 бомбардировщиков и 16 разведчиков.
Первый успех «Комет» состоялся через два дня после начала битвы за Марианские острова. Группа пикирующих бомбардировщиков атаковала группу из пяти эскортных авианосцев. Промахнулись все экипажи, кроме одного. Одна бомба 250-кг пробила палубу авианосца «Феншо-Бей» и взорвалась внутри самолетного ангара.
Американцам крупно повезло, они смогли быстро потушить пожар, и торпеды, лежавшие в ангаре, не сдетонировали. «Феншо-Бей» уполз в Перл-Харбор и там встал на ремонт.
18 июня произошел бой, который американцы назвали «великой марианской охотой на индеек». Это был бой авианосцев против авианосцев, и американцы здесь одержали победу, сбив 96 самолетов, из них 51 «Комету». Еще девять пикировщиков пошли на дно вместе с потопленными авианосцами «Тайхо» и «Секаку».

Японцам похвастаться было совершенно нечем.
В ходе боев за Марианские острова выяснился приятный (для некоторых японских летчиков) бонус. Скорость D4Y1, которая позволяла уйти без потерь в те моменты, когда, например, B6N несли большие потери от американских истребителей.

К концу 1943 года в серию пошла модификация двигателя АЕ1Р «Ацута 32», мощностью 1400 л.с. Под этот двигатель спроектировали пикирующий бомбардировщик D4Y2 модель 12. От своего предшественника новая модификация отличалась не только более мощным двигателем, но и увеличенным запасом топлива. Однако японцы, как и прежде, плюнули на живучесть. Бронезащита кабины экипажа, как и раньше, отсутствовала, а топливные баки не были протектированы.
Правда, в серию пошла модель 22А с усиленным вооружением. Вместо 7,92-мм пулемета в кабине наблюдателя установили 13-мм пулемет "Тип 2". Это уже было достижение само по себе, поскольку вооружение японских самолетов очень долгое время вообще не выдерживало никакой критики.
Ну и последней модификацией стал «палубный пикирующий бомбардировщик «Тип 2 Суисей модель 33», или же D4Y3.
Было принято эпохальное решение о замене двигателя жидкостного охлаждения на воздушник. Специалисты фирмы «Айчи» просчитали возможность установки на самолет звездообразного двигателя воздушного охлаждения. Наиболее подходящим сочли мотор МК8Р «Кинсей 62» фирмы «Мицубиси» мощностью 1500 л. с.

Самолет также получил увеличенное вертикальное оперение по типу D4Y2-S. Запас топлива значительно уменьшили — с 1540 до 1040 л.
Результаты испытаний всем понравились. Да, больший диаметр двигателя несколько ухудшил обзор при заходе на посадку, но, поскольку японский флот уже фактически лишился всех авианосцев, то морская авиация к тому времени почти полностью перешла на береговое базирование, а на сухопутном аэродроме это было не критично.
Зато резко повысилась бомбовая нагрузка — два подкрыльевых узла после усиления допускали подвеску 250-кг бомб. Для обеспечения взлета с коротких ВПП или с легких авианосцев предусмотрели возможность подвески под фюзеляжем трех пороховых ускорителей "Тип 4-1 модель 20" тягой по 270 кг.
Вторая половина 1944 года была ознаменована началом уничтожения японской авиации. Бои за Формозу и на Филиппинах обошлись японскому командованию в огромное количество самолетов. Бои велись с огромнейшим напряжением и сопровождались огромным количеством сбитых самолетов.
24 октября, наверное, «Кометы» достигли своего максимального успеха в войне. Когда объединенные силы обоих флотов (73 ударных самолета и 126 истребителей) стартовали для очередного налета на американские корабли, нескольким самолетам удалось в облаках подойти к американским кораблям и атаковать их.
Бомба одного из D4Y пробила три палубы авианосца «Принстон» и взорвалась на камбузе, вызвав пожар. Пламя достигло ангарной палубы, где находились заправленные и вооруженные "Эвенджеры"…
В общем, в огне сдетонировало и взорвалось все, что могло взорваться и сдетонировать. Был уничтожен не только авианосец, но и очень тяжело поврежден крейсер «Бирмингем», который подошел для участия в спасательной операции.

Так одной бомбой был потоплен боевой корабль, а второй получил тяжелейшие повреждения .
Использовались D4Y всех трех модификаций в качестве самолетов камикадзе. Причем очень активно, чему способствовала неплохая скорость и возможность взять на борт достаточно взрывчатки.
Действуя в обычном стиле, то есть бомбами, «Кометы» 30 октября 1944 года еще раз добрались до «Франклина» и еще раз основательно повредили авианосец. В этот же день камикадзе на D4Y врезался в палубу авианосца "Белью Вуд".
25 и 27 ноября камикадзе повредили авианосцы «Хэнкок», «Кэбот» и «Интрепид», линкор «Колорадо», крейсеры «Сент-Луис» и «Монпелье». D4Y принимали участие во всех атаках, но точно сказать, кто был результативен, пилоты-камикадзе «Комет» или работавшие вместе с ними камикадзе на «Зеро», не представляется возможным.

7 декабря камикадзе на «Кометах» приняли участие в попытке отражения американского десанта в заливе Оромо. Два самолета потопили эсминец «Мэхен», а еще три — быстроходный десантный транспорт «Уорд». Также был потоплен средний десантный корабль LSM-318, а три других получили повреждения.
4 января 1945 года D4Y, пилотируемый лейтенантом Казама, врезался в эскортный авианосец «Оммани Бэй». Бомба с пикировщика сорвалась с держателей и через шахту самолетоподъемника упала на ангарную палубу, вызвав подрыв цистерн с бензином и боеприпасов.
Спустя 18 минут авианосец превратился в огромный пылающий костер. Спасти корабль не удалось, но эвакуация личного состава прошла в образцовом порядке и потери удалось свести к минимуму: всего 23 погибших и 65 раненых. Выгоревший корпус корабля впоследствии был затоплен торпедами с эсминца сопровождения.
Всего в ходе боев за Филиппины камикадзе потопили 28 кораблей и повредили свыше 80. Значительная часть этих успехов была достигнута пилотами «Комет».

Ну и стоит сказать о последней, четвертой модификации «Кометы». D4Y4 – «пикирующий бомбардировщик тип 2 модель 43».
Японское командование пришло к решению о необходимости увеличить ударную нагрузку и реализовать подвеску под фюзеляжем бомбы весом в 800 кг. Пришлось демонтировать створки бомбоотсека, поскольку бомба выступала за обводы фюзеляжа, и усилить шасси.
Наконец, после того как был уже потерян весь цвет японской морской авиации, задумались о живучести. Это тот случай, когда «лучше поздно, чем никогда» не играет. Было слишком поздно. Но на D4Y4 наконец-то установили броню — 7-мм бронеспинку пилотского сиденья и 75-мм лобовое бронестекло. На этом решили, что хватит.
Емкость топливных баков увеличили до 1345 л, а сами баки сделали протектироваными.
Напомню, дело было в 1945 году. Такие вот новшества…
Но откровенное глупое увлечение тактикой камикадзе привело к тому, что нормальных D4Y4 выпустили около трех сотен, а дальше пошел в серию урод-носитель камикадзе.
Одноместный вариант. Стекла большой кабины в задней части заменили металлическими листами, убрали ненужный уже бомбосбрасыватель, убрали радиостанцию. Перестали устанавливать пулеметы, как задний, так вскоре отказались и от передних. Часть машин комплектовалась тремя твердотопливными ускорителями. Теперь они могли применяться не только для облегчения старта, но и для увеличения скорости самолета в пикировании, чтобы усилить удар.
Несмотря на приближение катастрофы, японское военно-политическое руководство весной 1945 г. продолжало питать иллюзии на возрождение былой мощи флота. В частности, планировалась постройка 19 авианосцев типов «Тайхо» и «Унрю», а для этой армады проектировались новые самолеты.
Так появилась последняя модификация «Кометы» — D4Y5, он же «пикирующий бомбардировщик тип 2 модель 54».
Но война закончилась быстрее, чем был построен прототип самолета, про 19 ударных авианосцев мы просто промолчим, поскольку даже на момент идеи их постройки все выглядело совершенно несерьезно.
Так что серьезно выглядели только атаки камикадзе.

1945 год вообще был годом бенефиса камикадзе.
Авианосцы «Лэнгли» и «Тикондерога», эсминцы «Мэддок» и «Хэлси Пауэлл», крейсер «Индианаполис» были совершенно выведены из строя и встретили конец войны на ремонте после атак камикадзе. Эскортному авианосцу «Бисмарк Си» повезло меньше, и он затонул.
Четыре камикадзе повредили тяжелый авианосец «Саратога». Авианосец выдержал попадания камикадзе, но полностью утратил боеспособность и отправился на ремонт в США.
Стоит отметить, что «Суисей»/»Комета» был вторым по распространенности самолетом-камикадзе после «Зеро». Иногда, когда самолеты «работали» вместе, сложно определить, кто нанес удар, но есть ряд случаем, когда участие D4Y является подтвержденным.
Камикадзе на D4Y повредили линкор «Мэриленд» и авианосец «Хэнкок», потопили эсминец «Мэннерт Л. Абель», два D4Y врезались в палубу авианосца "Энтерпрайз", в очередной раз повредив корабль.

Но даже тактика камикадзе с твердотопливными ускорителями оказалась бессильной против ПВО американских кораблей и истребителями.
Но по факту итог применения D4Y и как обычного бомбардировщика, и камикадзе, можно сказать, что самолет был весьма результативен. Всего было выпущено около 2 000 D4Y всех модификаций, а если прикинуть хотя бы приблизительно нанесенный ими ущерб, можно сказать, что самолет был более чем полезен.
Но забивание гвоздей микроскопом – к сожалению, это оказалось уделом этого весьма многообещающего самолета. Как у любой машины немецкой разработки, модернизационный потенциал у «Кометы» был, и был неплохой. Но вот так вышло, что этот самолет сделали носителем камикадзе. Но таков удел проигравших, одержимых идеей тотальной войны на уничтожение.
А самолет был весьма неплох. Господин Хейнкель мог бы поставить себе плюс. Не за Не.118, а за D4Y.

Размах крыла, м: 11,50
Длина, м: 10,22
Высота, м: 3,175
Площадь крыла, м2: 23,60
Масса, кг
— пустого самолета: 2640
— нормальная взлетная: 4353
Двигатель:1 х Aichi AE1P Atsuta 32 х 1400 л.с.
Максимальная скорость, км/ч: 579
Крейсерская скорость, км/ч: 425
Практическая дальность, км: 3600
Боевая дальность, км:
— нормальная: 1520
— с двумя ПТБ: 2390
Практический потолок, м: 10 700
Экипаж, чел: 2
Вооружение: 2 х 7,7-мм синхронных пулемета Тип 97, 1 х 7,7-мм пулемет Тип 92 на оборонительной установке в задней кабине, в бомбоотсеке 1 x 250 или 1 х 500 кг бомба.