Невозможная чистюля

Дело в том, что моя младшая сестра ... невозможная чистюля.
У нее твердая безжалостная рука, цепкий взгляд и профессиональное чутье расхламителя.

Итальянская новогодняя традиция - выбрасывать из дома все старое и ненужное - только усугубила ее фанатизм. И каждый раз, когда Рита приезжает в гости, она устраивает в маминой квартире итальянский новый год. Беспощадно и виртуозно.

За первый же визит итальянской дочери наша неопытная мама лишилась четырёх дряхлых, разваливающихся чемоданов с приданным "для внуков", коробки треснувшей посуды и изъеденных молью одеял.

Все произошло быстро. Мама буквально на пару часов отлучилась из дома, вернулась, а "приданного" уже нет. Хлам ушёл на помойку, целые вещи - местной многодетной семье.

Мама растерянно ходила по подругам, сиротливо протягивала пустые руки, хваталась за сердце и сетовала:

- Ну, Ритка, ну, зараза такая. Все выкинула. Такие вещи, такие вещи! Вот, оно ей мешало? Лежало 30 лет и пусть еще лежит. Не ты положила, не трогай. А какая там была одежда! Сейчас так не шьют. Платьица - чистый крепдешин, свитера - чистая шерсть, детские штанишки - хлопок и фланелька. Для внуков берегла. А одеяла атласные, три штуки. Ну, все выкинула.

В тот момент наша мама была похожа на Шпака из "Ивана Васильевича..."

Всё, что нажито непосильным трудом...

В защиту сестры скажу, что и крепдешин, и шерсть, и хлопок-фланелька были уже достаточно потрепаны временем и ноской, с жёлтыми размытыми пятнами от длительного неправильного хранения.





Все эти "платьица - чистый крепдешин" одно время меня сильно нервировали. Особенно, когда мама перетряхивала "приданное" из дермантиновых чемоданов и хвасталась своими изящными, сильно приталенными нарядами: "А талия у меня была, почти как у Эсамбаева, 47 см. Меня стюардессой называли".

Никто из трех дочерей не унаследовал мамины точеные формы.

- Смотри, какая ткань, какой силуэт, какой утонченный фасон. Не то, что нынешние мешки. Очень красиво. Когда я их надевала, никто не верил, что у меня уже трое детей. Я эти платья по наследству передам. Может, и ты когда-нибудь, наверное..... - мама с сомнением смотрела на меня и замолкала.

Я же, крепенькая, гиперстенического телосложения, понимала, что мне мамин подвиг не повторить. Эти платьица меня не дождутся. Никогда. Талия у меня папина. А также большой нос и короткие пальцы. "Калининская порода".




На следующий год к приезду младшей дочери мама подготавливалась заранее: цветастые половики прятала в сарае, подушки-одеяла у соседей.

Ненужных вещей у нас дома достаточно, потому что у мамы очень "добрые руки".

Всё, что могло пострадать от итальянской беспощадной чистки, мама засунула на самые верхние секции стенки.

Подушки уцелели, остальное Рита нашла. А также под раздачу попали наши подростковые, сильно изношенные куртки и пальто. Мама пыталась возражать, мол, это для внуков, но с Ритой не поспоришь.

Мама молча в сторонке пила валокордин и думала, что в следующий раз будет умнее, спрячет получше. Но половички она отстояла, остались жить в сарае.

Каждый год моя итальянская сестра Рита приезжает в гости. Мама называет ее визиты "нашествием", запасается валокордином и прячет подальше от глаз накопленные за год вещи.

Мой муж жалеет маму:

"Это ее вещи. Это ее жизнь" и восхищается сестрой: "Попроси, пускай к нам заедет. Очень надо"

Он до сих пор не может забыть, как Рита приезжала в гости и за неполных три дня капитально расхламила нашу съемную квартиру: отмыла мебель от детского творчества , отдраила полы, отполировала окна, выкинула из прихожей десятки баночек из-под йогурта (моя непонятная коллекция, думала пригодится) и разобрала забитый чужим барахлом балкон. А еще она успевала готовить трижды в день и гулять с двухлетним племянником.

Иногда, спотыкаясь о брошенную как попало сумку или ботинки, перекладывая горы неглаженого белья или выискивая хоть какую-нибудь чистую кружку, муж косится на меня и бурчит:

"Надо было на Ритке жениться. Когда она приедет в Россию, пусть заедет к нам обязательно".