Сардарапат. Музей спасённого мира (61 фото)

Западная Армения к тому времени была уничтожена геноцидом, и Восточной Армении явно готовилась та же судьба - по обломкам царской России турки рвались в Туркестан. Но как под Москвой в 1941-м, под Сардарапатом люди смогли дать отпор тем, кто шёл убивать их в своём доме. Полвека спустя на поле боя возвели мемориал, важнейшей частью которого стал музей - но не военный, не исторический, а этнографический. Тут этнография армян обретает особый смысл: музей всего того, что здесь спасли от гибели.

В прошлой части: https://fishki.net/3237143-sumgait.html же я рассказывал про другое знаковое место армяно-тюркской вражды - Сумгаит в Азербайджане.

Пейзаж Араратской долины по прошлым постам из ереванского пристоличья уже хорошо знаком. Слева - Арарат (5165м), потерянный в той же войне, но по-прежнему царственный и близкий:

Справа - Арагац (4090м), в Армении оставшийся за главного, и у подножья его Армянская АЭС (1969-77) - третья доминанта долины за Великой топью Мецамора:

Кадры сняты из окна старенькой электрички, курсирующей несколько раз в день между Ереваном и Гюмри по проложенной в 1902 году железной дороге:

Вдоль которой сохранилось немало старых путейских домов, водонапорных башен, брошенных депо - но почему-то ни единого дореволюционного вокзала.

К 1908 году линию продлили на Нахичевань, а Эривань оказалась в тупике. Теперь тупик - это бывшая магистраль, обрывающаяся на станции Ерасх у азербайджанской границы. У развилки, однако, осталась крупнейшая в Армении грузовая станция Масис (армянское название Арарата) в одноимённом городке (21 тыс. жителей), до 1950 года носившем тюркское название Улуханлы:

А вот через станцию Эчмиадзин к одноимённой святыне пытаться доехать не стоит - от Вагаршапата она дальше, чем центр Еревана. Зато с одним из самых необычных вокзалов, что я видел, хоть и не влезающим в кадр целиком:

За Эчмиадзином по правую руку встречает ещё и такое вот странное место. Прежде я замечал, что в армянских деревнях неимоверно много аистиных гнёзд, но почти не видать в самих аистов в полях или в небе. Кажется, со всей Араратской долины они собираются здесь - такого количества этих птиц в одном месте я ещё не видел! К октябрю аисты благополучно улетели на юг, а их место заняли коршуны, ну а что здесь такое и чем птицы здесь занимаются - я как-то даже вникать не хочу:

Дальше с поезда виден длинный многоэтажный атомград Мецамор, градирни АЭС и белый островерхий храм езидов в Акналиче. Да гнёзда аистов гроздьями висят на столбах:

Чуть меньше часа езды от столицы - и вот он, Армавир. Его вокзал и пару видов города я уже показывал раньше, а за подробной прогулкой могу отослать к nordprod. Армавир - это столица основанного в 331 году до нашей эры древнейшего армянского царства Ервандидов, и как ни странно, даже спустя два тысячелетия армяне помнили о ней. В 1841 году они принесли это название на Кубань, а в 1992 году нарекли им городок, ближайший к Армавирскому городищу. Прежде он назывался Октемберян, а до 1932 года - Сардарапат, и в этом переименовании есть перекличка идентичностей: после Сарадарапата была провозглашена Первая Армянская республика, вскоре покорённая тем государством, что было провозглашено после Октября.

Станция Армавир велика и пустынна, и заезжем туристу последнее в общем-то на руку - искать такси или ловить попутку к нашей цели сподручнее за железной дорогой, на базарчике, куда приезжают торговать люди из приграничных сёл.

К бывшему городу Сардарапату с этой стороны вплотную примыкает село Сардарапат, но нам чуть дальше - Сардарапатской битва называлась по станции, которую турки успели занять, наступая по железной дороге из Гюмри, а "поле боя" в годы Первой Мировой уже могло быть с пол-страны размером. Мемориал стоит в 9 километрах от Армавира, у едва заметной деревни Аракс.

...Армяне отбились тогда от Османской империи, да и сама она полгода спустя перестал существовать. Но именно в Анатолии, на опустошённых геноцидом землях, консолидировалась Турецкая республика, у руля в которой вместо идейных романтиков (самые страшные люди у власти!) младотурок стояли пусть и тоже замазанные кровью, но куда как более прагматичные кемалисты. Новая армяно-турецкая война складывалась уже совсем не пользу Армянской республики, как и многие подобные квазигосударства возникшей в героических боях, но быстро начавшей себя пожирать изнутри. Большевики в той войне поддерживали кемалистов, и Карс стал платой Турции за то, чтобы Восточная Армения сама упала в красные руки. Но и самой справиться с турками дашнакская Армения тогда бы не смогла, и вот поди пойми теперь, спасли мы её или предали? Советы не теряли надежды сделать из Турции союзника, но Ататюрк повернулся на запад решительно, а к середине века Турция и вовсе вступила в НАТО. Те, кто дрались за Сардарапат превратились в советской интерпретации из мелкобуржуазных националистов в защитников отечественных рубежей, а тут как раз подошла годовщина... На холме у Аракса лучшие армянские зодчие в 1965-68 годах изваяли свой Мамаев Курган - огромный памятник-эпос, в цепочке образов поэтапно рассказывающий героическую историю. Он же стал и квинтэссенцией неповторимой архитектуры Советской Армении, и я бы сказал, как зрелище заслуживает посещения даже если вам не интересны ни этнография как таковая, ни история чужой войны.

Вид, открывающийся на монумент с дороги, я показывал на заглавном кадре - но только учтите, что застать его таким нужно поторопиться: ещё до полудня камни чернеют в контровом свете. Урартские быки олицетворяют мощь, непреклонность и верность, а их перекрёстные взгляды очищают тех, кто прошёл между них. За быками - Колокольная площадь с 35-метровой звонницей на братской могиле героев. Башню изначально хотели построить в виде обоюдоострого меча, но в итоге предпочли стилизовать под древние обелиски, уцелевшие в Одзуне и Агиту. На башне - 12 колоколов по числу исторических армянских столиц, а их звон напоминает о том, что накануне сражения все церкви Араратской долины били набат, созывая добровольцев. В 1990-х рядом появилась ещё одна могила - конечно же, тех, кто с армянской стороны погиб за Арцах. Она - на кадре выше, в тупике правее площади. А на кадре ниже стела повёрнута к нам ребром, а от неё, от ворот влево, уходит Аллея Орлов. "Орлы летят!" - на самом деле вполне армянский образ: так ещё на колоннах Зварнтоца изображались Бдящие Ангелы, хранители христианской страны на переднем краю языческого и исламского мира. Первоначально орлы должны были глядеть в сторону Турции, но после официального протеста турецких властей Советы решили чуть сбавить градус троллинга, и архитекторам пришлось развернуть птиц к аллее: теперь они следят за армянским народом, готовые примчаться на помощь.

Аллея Орлов упирается в огромную (55 на 7-9 метров) Стену Победы, с внутренней стороны которой история Армении изображена как непрерывная борьба добра со злом:

Под взгляды огненного бога Вагана и плодородной Анаиты:

А с внешней стороны Родина-мать зовёт, и народ идёт на битву:

За Стеной Победы - просто тихий солнечный парк. На краю его нашлось место даже для ресторана "Вардавар" (1978) - официально трапезной, где можно поднять бокал за героев. Ритуальные трапезы в армянской культуре не менее важны, чем в мусульманской, а ключевой элемент их - матах, освящённая соль. Ресторан я застал закрытым и в 10, и в 12 утра, так что не знаю, как тут с бокалом за воинов ныне:

Ну а в конце парка собственно музей стоит незыблемой красной крепостью. У входа - конечно же, лапидарий, в Закавказье без лапидария никуда. Слева (он чуть в стороне) - пожалуй, самый красивый из сохранившихся вишап с Гегамских гор (это над Гарни и Гегардом), справа хачкары из Джрвержа (1171) и Норатуса (1515, сделали мастера Мкртич и Вардик для Пекеша в память о Григоре), и несколько обелисков 5-6 веков - тот, что в кадре, привезён из села Гернаовит у подножья Арагаца:

Орёл над воротами... но в ворота пройдём чуть позже:

Ещё на фасаде есть бюст, видимо архитектора Рафаэла Исраэляна, а вот картины перед ним понаставили, пока я по залам ходил, и судя по обилию журналистов с большими камерами, такое тут бывает не всегда.

С обратной стороны музей (размером 65 на 63 метра) ещё больше напоминает крепость:

А настоящий шедевр - его задние ворота:

Внутри музей устроен довольно просто - центральный зал под тремя куполами, вокруг него 4 атриума, а по краям на двух этажах галереи, образующие по три тематических зала от угла до угла. Фотографировать внутри по идее нельзя, но сотрудницы не обращают на это внимания, да и вообще находятся большую часть времени вне поле зрения.

Нижний этаж смотрят против часовой стрелки, от входа направо, и открывает его археология, уже в принципе нам знакомая по моим историко-географическому и архитектурному постам. Чёрная керамика и алтари-очаги с крестовидной нишей - наследие куро-араксинской (в местной традиции - шенгавитской) культуры, жившей тут 4-6 тысяч лет назад. Несовпадение многих черт от региона к региону говорит о том, что слагало её несколько народов, потомками которых по различным гипотезам выходят то ли грузины, то ли урартийцы и хурриты (к нам они ближе, чем к тем временам!), то ли древние арии, а то и вовсе тюрки.

Впрочем, не буду повторяться - историю, в том числе иллюстрируя её здешними камнями, я уже рассказывал не раз.

Каменные фаллосы, человекоподобные идолы - достояния Древнего мира:

Резные камни - уже из Средних веков. Соседство армянского хачкара и тюркского овна - не случайно: сельджуки принесли их Хорезма традиции резьбы, которые здесь легли на армянские традиции работы с камнем. И вся эта композиция несёт в себе скорее всего неосознанный смысл - судьба свела армян и тюрок, и друг от друга им уже не деться никуда.

И лишь затем на смену археологии приходит этнография. Армяне - земледельческий народ, их плато считаются одной из возможных прародин пшеницы, а потому тут встречают макеты гужевых мельниц и крестьянский инвентарь:

Муляжи еды... но тему кухни лучше рассказывать с настоящей едой, так что её отложу до поста о современной армянской этнографии. На заднем плане видны крынки да подвешенный сосуд для взбивания тана (армянский аналог айрана) - когда кругом степи и горы, конечно же пахарей не могли не дополнить пастухи.

Редкое туристическое место в Армении обходится без развалов мёда - и это тоже давняя традиция, тем более что по краям нагорья да в долинах рек растут прекрасные леса. С уголком пчеловода же соседствует уголок пьяницы - я ехал в Армению с уверенностью, что там наливают хорошее вино и сами умеют пить его как надо. Но на практике оказалось, что вино - для праздников, а в быту армяне пьют водку-тутовку крепостью 70-80 градусов и спиваются ей только так. Создатели музея этого не отрицают, а потому с винными кувшинами соседствует самогонный аппарат:

Обращённая к Арагацу галерея повествует о ремёслах - причём на обоих этажах. Вот старинный поднос (1579) из Капана и кинжалы в узорчатых ножнах:

Инструменты ювелира и пара его изделий:

Верстак столяра и армянская резьба по дереву - в основном довольно простенькая и сквозная. Фантастическую деревянную резьбу Хорезма армяне полностью перенесли на камень - и вот на врезке инструменты каменщика:

Второй этаж смотрят уже по часовой стрелке, и его экспозиция тоже начинается с ремёсел. Вот армянские ковры, с туркменскими коврами удивительным образом схожие более, чем с персидскими. Возможно, эти узоры просто более архаичны - армяне, как и туркмены, претендуют на роль изобретателей ковра и даже древнейший в мире Пазырыкский ковёр из алтайских курганов мог попасть к скифским вождям как из закаспийских песков, так и с закавказских плато. Позже армянские ковры были одной из статей дани Арабскому халифату, особенно ценились в Средние века от Европы да Индии, а с образованием Спюрка (диаспоры) и производство таких ковров распространилось по планете. В наше время, уж не знаю почему, армянская школа осталась для Запада в тени персидской (на которую претендует также Азербайджан), а для бывшего СССР - в тени туркменской (которую оспаривает Бухара). Центром ковроделия в Закавказье вплоть до войны считался Карабах, где хитро сплелись армянская и азербайджанская традиции, и оба народа претендуют считать это наследие "своим". Словом, вид армянских ковров вроде и знакомый, но не привычный, а едва ли не самой характерной особенностью считаются христианские образы типа крестов. На википедии про них есть грандиозных размеров статья.

Инструменты ковроделов:

Ворсовые ковры в армянской традиции называют горг, безворсовые - карпет, а самые простые карпеты типа паласов - джеджимы. Кроме того, были у армян и войлочные ковры, но в отличие от Киргизии и Казахстана, здесь они так и не сделались искусством, оставшись дешёвым и сугубо практичным расходником:

Ковры и кружева:

Напротив ниш с коврами - ниши с мебелью, порой неожиданного стильного и современного вида:

И целый интерьер старинного армянского дома:

В углу галереи - таразы, то есть национальные костюмы. Заметно разные на Западе и Востоке, и там, и там они отличались двуслойностью нательной и внешней одежды. На ногах это были подштанники вартик и просторные шальвары (шаровары, то есть), а "визитной карточкой" тараза восточных армян, как у русских косоворотка, а у ненцев малица, был чуха-арахалух - комплекс внешней (с распашными рукавами) и нательной рубашек. Поверх них в Восточной Армении носили чоху (накидка ниже колен, со стоячим воротником), шубу муштак (но это было дорого) и вполне себе кавказские бурки и папахи. Здесь их заменяет западно-армянский казахик - шерстяная жилетка:

Женская одежда включала те же нательные штаны вартик и длинную, как правило красную рубашку халав. Армянки тоже носили аракалух - только в женском варианте это была уже не нательная рубашка, а верхнее распашное платье. Обязательным женским атрибутом был пояс-оберег с орнаментами и надписями, и, конечно, украшения. У шапки-башенки (баспинд или полти на разных диалектах) с кадра выше распущены полы - но на самом деле их повязывали спереди, прикрывая рот и подбородок. В музеях я ни раз не видел их в таком положении. У меня сложилось впечатление, что из-за своей вражды с мусульманскими соседями, традиции скрывать женщине лицо армяне теперь стыдятся.

Ещё какие-то предметы тараза - платки, шали, накладные косы, висячие рукава, банные туфли (армянский бахник был похож на римские термы) и трехи - кожаная обувь, которую можно видеть и в древних находках из Аренийской пещеры (старейшая сохранившаяся обувь в мире), и на современных пастухах где-нибудь в глуши Карабаха.

Атрибуты свадьбы - венец, украшения, открытки и маленькая шкатулка с родовым древом:

Муляжи обрядовой еды - наверху новогодние тарехац и печенье асил-васил, внизу - солёная лепёшка и похинд (мука из жареной пшеницы) сам по себе и в шариках, относящиеся уже ко Дню Святого Саркиса. В канонической версии жития Святой Сергий был римским полководцем армянского происхождения, и в 360-х годах, когда в Риме случился последний рецидив христианских гонений под властью императора Юлиана Отступника, он с верными людьми ушёл на историческую родину, где, однако, всё равно пал за веру - от руки персидского царя Шапура II, пытавшегося обратить своих закавказских вассалов в зороастризм. В народной же легенде отряд Сергия вернулся с войны в Рим, не зная, что новый император - язычник, и опоив воинов на пиру, Юлиан подослал 40 девушек во сне перерезать им глотки. Одна из девиц, однако, влюбилась в спящего Сергия с первого взгляда, и разбудила его - да слишком поздно, и видя, что все его соратники мертвы, а в Риме снова правят язычники, Сергий вскочил на коня и вместе со своей спасительницей умчался в Армению. Где стал покровителем влюблённых: в самой известной легенде он помогает бедному ашугу успеть вернуться к возлюбленной, которая обязана была выйти за другого, если он опоздает. От западного Дня Святого Валентина армянский День Святого Саркиса отстоит всего на 2-3 недели ближе к Новому году, и с 2007 года празднуется здесь официально.

Сосуды для матаха - освящённой соли ритуальных трапез:

Народное христианство, как видите, в Армении было развито не меньше, чем у нас. Вот целая витрина оберегов, в том числе металлические человечки гравы:

А это вот - уже не обереги, а фигурки для "айроги" - строившегося на импровизации театра теней, весьма популярной забавы на старых армянских базарах. Увы, сценическая культура в музее почти не представлена, но главным символом её были, что в Армении, что в Азербайджане, ашуги - странствующие поэты-музыканты, азиатские коллеги европейских менестрелей и трубодуров. До ашугов же по Армении и Ирану ходили гусаны (говасаны), носившие длинные волосы, зачесанные назад "хвостом кометы", коллеги скорее для наших скоморохов, так как в их искусстве было больше артистизма и пантомимы. Вернее, скоморохами были катакакергаки - гусаны-комедианты, а были ещё трагики вохбергаки ("возвещавшие о смерти") и гарибы (исполнявшие песни бродяг). Гусаны, окончательно уступив место ашугам, ушли со сцены в 17-18 веках, но и у гусан были предшественники языческой эпохи - випасаны, сказители эпоса дицев (богов). Основной песенной поэзией в Армении были таги (светские песни, и последний таговац Наапет Кучак первым и назвал себя ашугом) и шараканы - религиозные гимны.

Надо заметить, музыкальная культура в Армении вообще очень давняя и высокая: например, помимо своего алфавита есть у армян примерно с того же 6 века и свои ноты - хазы. В углу у окошка на Арарат - коллекция музыкальных инструментов. Я бы даже не сказал, что сугубо армянских - набор их в Передней Азии был от народа к народу почти одинаков, да и без слов музыку армянскую от азербайджанской я сходу бы не отличил. Изобретателем всего этого разнообразия каждый народ, считает, конечно, себя, но на самом деле такая музыка звучала, вполне возможно, ещё во дворцах и на пастбищах древней Урарту. Вот скажем сигнальные рожки, пку (которые с рожком на конце), зурны и свирели:

Главным, духовым инструментом у армян остаётся дудук, или циранапох из абрикосового дерева, особым образом резонирующего и потому делающего звучание дудука мягким. Здесь - личные дудуки Левона Мадояна, жившего в первой половине ХХ века, а крупнейший дудукист нашего времени - Дживан Гаспарян, участвовавший даже в создании саундтреков к голливудским "Последнему искушению Христа" и "Гладиотору".

Тарелки, кастаньеты, а также ветвистые рипиды и зилеры. На заднем плане - общие для Передней Азии тар (без смычков) и каманча музыканта Левона Карахана:

Обтянутая кожей каманча - не то же самое, что каман, тут лежащей на переднем плане. За ним - воссозданные по средневековым миниатюрам лиры (пандирны), упоминавшиеся в хрониках ещё до крещения армян:

А правее на врезке - чангур из Западной Армении и уд музыканта Согомона Алтуняна с необычайно красивой резьбой, сделанная в Греции в 19 веке:

Арфа, волынка, сантур с металлическими крючками для струн и канун - закавказский аналог гуслей:

Снизу вверх - бубны (но односторонние, а был и двухмембранный дхол), барабаны нагара и гос - аналог литавры:

А рядом - медицинский инструменты средневековой Армении, такие же страшные, как и везде в те времена:

Последнюю галерею занимает искусство Советской Армении, но там как раз полным ходом шла подготовка к той выставке, на которую привезли картины у входа. Журналисты разворачивали камеры, среди всего этого нервно ходило музейное начальство, и смотрительницы наконец "заметили", что я фотографирую, да попросили так больше не делать. Я спустился в центральный зал, впечатляющий архитектурой своего купола - такими, лишь в разы меньше, были своды глхатунов, древнейших армянских домов, круглых каменных полуземлянок:

В уголке забавно стоит потёртый стул - не чей-нибудь, а Арама Манукяна. Он прежде возглавлял самооборону Вана, в 1915 году продержавшуюся до подхода русских войск, а в 1918 году накануне Сардарапатской битвы навёл порядок в Ереване, не допустив паники и коллапса в тылу. Непосредственно боем же командовал Мовсес Силикян - не армянин по происхождению, а удин, кавказский албан из нынешнего Азербайджана.

Тот же пейзаж, что и снаружи здания, узнаётся на маленькой диораме, невзрачной на фоне предметов спасённого в этой битве мирка.

А Турция рядом, за Араксом, на земле, утраченной армянами в 1920 году. Там факт геноцида отрицается - была де война, все убивали всех, и от рук армянских партизан-фидаев тоже погибли десятки тысяч турок. Что происходило в этих степях сотню лет назад, как много людей сгинуло и кто начал кого убивать - теперь уже никто не расскажет точно. Но если судить по тому, что есть за турецкой границей сейчас - то происходил именно что геноцид. Армяне жили там, а теперь не живут, их незыблемые каменные храмы и роскошные кладбища разрушены до основания, память стёрта из официоза и топонимики, и даже просто говорить об армянском в присутствии турок неловко. Был народ - и нет народа...

...Этот пост - задел на следующие две недели: транспорт, этнография и реалии, всё само собой, парами на две страны.

Автор VARANDEJ