Севастополь. Белый исход. Часть 3 (8 фото)

Так поётся в марше о красных кавалеристах Будённого. Про Варшаву в нём, конечно, загнули — не вышло с Варшавой-то, а до Берлина было ещё далеко.

Но в Крым врезались, это точно.

Несколько веков пыталась достучаться растущая Российская Империя в ворота Крымского ханства. Впервые это вполне удалось графу Миниху, который пробил укрепления Перекопа, вторгся на полуостров и сжёг к чёртовой бабушке Бахчисарай вместе с ханским дворцом.

В 1737 году, через год после Миниха, Пётр Петрович Ласси предпринял партизанский рейд и удивил татар, войдя в Крым с войском через Сиваш. На месте Бахчисарая было пепелище и Крымский хан обустроил себе новую резиденцию в Карасубазаре (Белогорск). Конечно, русские сожгли и новую столицу.

В 1919 году Красная армия вошла в Крым через Сиваш.

Переход через Сиваш Марат Самсонов 1957 год

Прорыв всё-таки стал для многих неожиданным. В Севастополе уже вовсю шла эвакуация, а Симферополь ещё жил обычной жизнью, люди сидели за столиками кафе и прогуливались по улицам.

Хотя Оболенский отмечает, что многие устали от постоянного напряжения и уже с некоторым облегчением ждали прихода большевиков, наступления стабильности и определённости в своей судьбе.

И тут началось!

Жители принялись грузить скарб на подводы и выезжать из города. Счастливчики — чиновники, судейские и военные — получили по спискам загранпаспорта и пропуска в Севастополь. По этим пропускам им должны были предоставить специальный поезд.

Все поспешили на вокзал.

На вокзале, как водится на Святой Руси, никто из железнодорожного начальства и ведать не ведал ни о каком «специальном вагоне». Люди растерянно бродили по путям и время от времени осаждали коменданта вокзала.

Время тянулось.

Все внимательно следили за санитарным поездом, битком набитом раненными. И не зря — вскоре заметили, как к нему прицепили два служебных вагона и люди тут же их заняли.

Но паровоза у состава не было и всё, что выгадали беженцы — это то, что теперь они ждали в страхе и тревоге внутри вагона.

Спустился вечер. Поползли слухи, что большевики уже на подходе к Симферополю.

Тулдуп-тулдуп, пш-пш, пщиу-у-у!!! По соседним путям шли эшелоны с солдатами. Проходили бронепоезда. Появился и исчез ярко освещённый поезд генерала Кутепова — того самого, которого позже, в 30-м году, агенты ОГПУ похитят прямо посреди шумного Парижа и с тех пор его никто не увидит...

А состав с ранеными и двумя прицепными вагонами всё также стоял посреди паутины рельс, в сгущающейся тревожной тьме.

Занялся рассвет.

В депо митинговали — давать или нет паровоз эшелону и, наконец, решили дать.

Поехали!

Вёрст через восемь эшелон встал, не в силах одолеть подъём. Мимо окон вагонов проходили обозы и ехали рысью всадники.

— Кавалерия, — проговорил кто-то. — Они всегда отступают последними.

Люди высыпали наружу, сгрудились, и принялись толкать состав. Вперёд-вперёд, навались! На Севастополь, на Севастополь!

Ещё перевал и река Альма. Сцепщики отсоединяют лишние вагоны. Пассажиры плотно втискиваются в оставшиеся, лезут на крыши и едут, оседлав вагоны сверху. А погода для поздней осени прекрасная — греет южное солнце.

Казаки, солдаты, калмыки балагурят. Все рады, что войне конец. А дальше? Дальше всё будет хорошо. Врангель обязательно позаботится о них.

Станция Бельбек.

Поезд нагоняет другой. В нём солдаты и много офицеров. Офицеры паникуют — требуют проезда впереди санитарного.

— А не хочешь ли поболтаться на перекладине?! — кричат они начальнику станции.

Обезумевший эшелон уходит.

Чух-чух, стук-стук — ближе и ближе. Начинаются севастопольские туннели и люди на крышах смеются и на всякий случай пригибают головы. На станции их обходит ещё один бронепоезд. Последний. Проносится слух, что следом идёт поезд с сапёрами, которые взрывают пути.

Инкерман. Гора с монастырём, вырубленные в скале кельи, развалины старой крепости, а справа — вот она! — долгожданная Севастопольская бухта с корпусами кораблей Русской эскадры и флота Антанты.

Но это ещё не конец.

Бронепоезд, обогнавший санитарный поезд, сошёл с рельсов и перегородил путь. Дальше надо идти пешком вёрст восемь.

Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы. Ведёт дорога. Не сбиться в сторону. В длинном туннеле мрак. В темноте шорох ног, фырканье лошадей, ругань оступившихся... Когда ж окончится эта чёртова темнота?! Сотни, невидимых людей, и жутко, и страшно...

Вдоль путей начинают попадаться офицеры, высматривающие своих однополчан, отводящие их в сторону и указывающие им направление, в котором нужно идти, чтобы попасть на подготовленный пароход.

В два часа ночи, наконец, Севастополь. Тёмные улицы, зарево горящих складов и надо искать ночлег.

Но спать-то и некогда.

Говорят, что все офицеры и полки уже на судах. Говорят, что Врангель уже в гостинице Киста у Графской пристани, чтобы утром покинуть город. Говорят...

И одна мысль в голове — успеть, успеть, успеть...