Аральск-7 — закрытый город-призрак, где испытывали биологическое оружие (43 фото)

Еще в конце 1920-х годов командование Рабоче-крестьянской Красной армии озаботилось выбором места для размещения научного центра по разработке биологического оружия и полигона для его испытания.
Задача распространить пролетарскую революцию на весь мир по-прежнему стояла на повестке дня, а снаряды со смертоносными штаммами внутри могли ускорить строительство государства рабочих и крестьян планетарного масштаба. Для этой благой цели необходимо было подобрать относительно крупный остров с удаленностью от берега не менее 5—10 километров. Подходящую кандидатуру искали даже на Байкале, но в конце концов решили остановиться на трех объектах: Соловецких островах в Белом море и одиночных островах Городомля на озере Селигер и Возрождения в Аральском море.

Основным довоенным центром изучения этой важной проблематики стал расположенный в Тверской области остров Городомля, находившийся в относительной близости от столицы СССР. В 1936—1941 годах именно здесь разместилась переведенная из суздальских монастырей и подчинявшаяся Военно-химическому управлению РККА 3-я испытательная лаборатория, главный советский центр по разработке биологического оружия. Однако Великая Отечественная война убедительно показала, что подобные учреждения впредь следует создавать куда дальше от границ СССР с вероятными противниками.

Остров Возрождения подходил для этой задачи идеально. Этот безлюдный клочок суши в Аральском море, бессточном соленом озере на границе Казахстана и Узбекистана, был открыт в 1848 году. Безжизненный архипелаг, где отсутствовала пресная вода, по какой-то невообразимой причине назвали Царскими островами, а его составные части — островами Николай, Константин и Наследник. Именно Николай, оптимистично (а может, и с иронией) переименованный в остров Возрождения, стал после войны сверхсекретной советской базой-полигоном по испытанию поставленных на службу родине смертельных заболеваний.

Этот остров площадью около 200 квадратных километров с первого взгляда удовлетворял всем требованиям безопасности: практически необитаемые окрестности, равнинный рельеф, жаркий климат, малопригодный для выживания патогенных организмов.

Летом 1936 года здесь высадилась первая экспедиция военных биологов во главе с профессором Иваном Великановым, отцом советской бактериологической программы. Остров забрали из ведения НКВД, выселили отсюда сосланных кулаков и в следующем году провели испытания некоторых биоагентов, созданных на основе туляремии, чумы и холеры. Работы осложнились репрессиями, которым подверглось руководство Военно-химического управления РККА (Великанов, например, в 1938 году был расстрелян), и были приостановлены на время Великой Отечественной войны, чтобы вновь возобновиться с еще бо́льшим усердием после ее окончания.

В северной части острова был построен военный городок Кантубек, официально именовавшийся Аральск-7. В общем и целом он был похож на сотни других своих аналогов, возникших на просторах Советского Союза: полтора десятка жилых домов офицерского состава и научного персонала, клуб, столовая, стадион, магазины, казармы и плац, собственная электростанция. Так Аральск-7 выглядел на снимке американского спутника-шпиона конца 1960-х.

Рядом с поселком построили и уникальный аэродром «Бархан», единственный в Советском Союзе имевший четыре взлетно-посадочные полосы, напоминающие своим расположением розу ветров. На острове всегда дует сильный ветер, порой меняющий свое направление. В зависимости от текущей погоды самолеты садились на ту или иную полосу.

В общей сложности здесь находилось до полутора тысяч военных и их семей. Это была, в сущности, обычная гарнизонная жизнь, особенностями которой были разве что особая секретность объекта и не слишком комфортный климат. Дети ходили в школу, их родители на службу, вечерами смотрели кино в доме офицеров, а на выходных устраивали пикники на берегу Аральского моря, которое до середины 1980-х еще действительно было похоже на море.

С ближайшим городом на «большой земле», Аральском, осуществлялось морское сообщение. Баржами сюда доставляли и пресную воду, которую потом хранили в специальных огромных резервуарах на окраине поселка.

В нескольких километрах от поселка был построен лабораторный комплекс (ПНИЛ-52 — 52-я полевая научно-исследовательская лаборатория), где, помимо прочего, содержались и подопытные животные, становившиеся главными жертвами проводившихся здесь испытаний. Масштаб исследований иллюстрирует следующий факт. В 1980-е специально для них в Африке по линии Внешторга СССР закупили партию из 500 обезьян. Все они в конечном итоге стали жертвами штамма микроба туляремии, после чего их трупы сожгли, а образовавшийся прах закопали на территории острова.

Южную часть острова занимал собственно испытательный полигон. Именно тут подрывались снаряды или распылялись с самолета патогенные штаммы на основе сибирской язвы, чумы, туляремии, Ку-лихорадки, бруцеллеза, сапа, других особо опасных инфекций, а также большое количество искусственно созданных биологических агентов.

Расположение полигона на юге обуславливалось характером преобладающих на острове ветров. Образовавшееся в результате испытания аэрозольное облако, фактически оружие массового поражения, относилось ветром в противоположную от военного городка сторону, после чего в обязательном порядке проводились противоэпидемические мероприятия и дезактивация территории. Жаркий климат с регулярной сорокаградусной жарой был дополнительным фактором, обеспечивавшим безопасность военных биологов: большинство бактерий и вирусов погибали от длительного воздействия высоких температур. Все специалисты, участвовавшие в испытаниях, проходили и обязательный карантин.

Одновременно с послевоенной активизацией военно-научных работ на острове Возрождения советским руководством было положено незаметное на первых порах начало экологической катастрофе, приведшей в конечном итоге к колоссальной деградации Арала. Основным источником питания озера-моря были Амударья и Сырдарья. В общей сложности эти две крупнейшие реки Средней Азии поставляли в Арал около 60 кубических километров воды в год. В 1960-е воды этих рек начали разбираться мелиоративными каналами — было решено превратить окрестные пустыни в сад и выращивать там такой нужный народному хозяйству хлопок. Результат не заставил себя ждать: урожай хлопка, конечно, вырос, но Аральское море начало стремительно мелеть.

В начале 1970-х годов количество речной воды, доходившей до моря, сократилось на треть, спустя еще одно десятилетие в Аральское море стало поступать только 15 кубических километров в год, а в середине 1980-х этот показатель вовсе упал до 1 кубокилометра. К 2001 году уровень моря понизился на 20 метров, объем воды уменьшился в 3 раза, площадь водной поверхности — в 2 раза. Арал разделился на два не связанных между собой больших озера и множество маленьких. В дальнейшем процесс обмеления продолжился.

Площадь острова Возрождения с обмелением моря начала столь же стремительно увеличиваться — и в 1990-е выросла практически в 10 раз. Царские острова сначала слились в один остров, а в 2000-е он соединился с «большой землей» и превратился, по сути, в полуостров.

Окончательно «похоронил» испытательный полигон на острове Возрождения распад СССР. Оружие массового поражения превратилось в малоактуальную в постсоветских реалиях сущность, и в ноябре 1991 года военно-биологическая лаборатория Аральск-7 была закрыта. Население поселка было эвакуировано в течение нескольких недель, вся инфраструктура (жилая и лабораторная), техника были брошены, Кантубек превратился в город-призрак.

Место военных быстро заняли мародеры, по-своему оценившие оставленные армией и учеными богатства бывшего сверхсекретного научного центра. Все, что представляло хоть какую-либо ценность и при этом поддавалось демонтажу и транспортировке, было с острова вывезено. Кантубек-Аральск-7 стал труднодостижимой мечтой любителей заброшенных городов.

Улицы городка советских военных биологов, где еще два с небольшим десятилетия назад размеренно текла гарнизонная жизнь.

В отличие от чернобыльской зоны отчуждения, находиться здесь можно без риска для здоровья. Биологическая угроза куда менее живуча, чем радиация, хотя экологи все равно бьют в набат из-за продолжающих существовать на территории бывшего полигона могильников с остатками умерших в ходе испытаний животных.

Однако порой пейзажи все равно напоминают окрестности столь далекой украинской Припяти.

Обмелевшее Аральское море открывает широкий простор для ведения геологоразведочных мероприятий. Уже в 1990-е здесь открыли месторождения нефти, газа, редких цветных металлов. Их активная разработка с одной стороны и превращение острова Возрождения в полуостров с другой делают все более и более вероятным контакт все большего количества людей с территорией военной биологической лаборатории.

И хотя военные и гражданские власти утверждают, что все необходимые меры безопасности в отношении бывшего полигона были своевременно приняты, остается только догадываться, что еще может скрывать в своих недрах остров Возрождения и насколько неприятными для человечества могут быть эти сюрпризы.