4.3M
6 лет назад · 9 фото · 8296 просмотров · 24 комментария
Как один партизан уничтожил сразу 4 вражеских эшелона (9 фото)
Метки: #СССР #войны #истории #партизаны
В ночь с 29 на 30 июля 1943 года, белорусский подпольщик, житель Осиповичей Федор Крылович предвосхитил на суше подвиг моряка-подводника Александра Маринеско — совершил самую крупную в мировой военной истории наземную транспортную диверсию. От взрыва мины, установленной диверсантом, взорвались 29 цистерн с бензином, 60 вагонов с боеприпасами и эшелон с боевой техникой.
То, что супердиверсию Крыловича многие записали «на свой счет», он объясняет обилием партизанских отрядов и партийных подпольных организаций, все они имели связь с городом, и всем командиры давали задания.
За проявленное мужество в проведении операции по ликвидации вражеской боевой техники, продовольствия и топлива, которые могли бы использоваться гитлеровцами в боях с Красной Армией, Федор Андреевич Крыловыч, в декабре 1948 года, указом Верховного Совета СССР награжден орденом Ленина, медалью «Партизану Отечественной войны» 1-й степени Федор Андреевич Крылович награжден в 1949 году.
По возвращении в Осиповичи после войны Федор Крылович построил собственный дом, в котором и прожил с женой и двумя детьми. Лишь спустя время и только после вмешательства историков и партийного руководства семья получила квартиру, а в Осиповичах появилась улица имени героя.
По возвращении в Осиповичи после войны Федор Крылович построил собственный дом, в котором и прожил с женой и двумя детьми. Лишь спустя время и только после вмешательства историков и партийного руководства семья получила квартиру, а в Осиповичах появилась улица имени героя.
Но сегодня важно другое — супердиверсия, аналогов которой нет в истории, так и не попала на страницы отечественных учебников для школьников и студентов.
Услышав 22 июня 1941 года по радио о начале войны с Германией, сержант запаса Крылович немедленно явился в военкомат. Но в армию его не взяли — наркомат путей сообщения забронировал кадры железнодорожников. И уйти с товарищами на восток не удалось: немецкие танки, обойдя Осиповичи, вышли к мосту через Березину и отрезали путь на Могилев. А уже 30 июня немцы вошли в Осиповичи.
Эта узловая станция во время оккупации стала важной базой Вермахта. Здесь располагались склады, формировалось или разгружалось множество военных эшелонов.
Услышав 22 июня 1941 года по радио о начале войны с Германией, сержант запаса Крылович немедленно явился в военкомат. Но в армию его не взяли — наркомат путей сообщения забронировал кадры железнодорожников. И уйти с товарищами на восток не удалось: немецкие танки, обойдя Осиповичи, вышли к мосту через Березину и отрезали путь на Могилев. А уже 30 июня немцы вошли в Осиповичи.
Эта узловая станция во время оккупации стала важной базой Вермахта. Здесь располагались склады, формировалось или разгружалось множество военных эшелонов.
Организованного подполья в Осиповичах поначалу не было. Группы сопротивления возникали стихийно. На железнодорожном узле такую группу возглавил машинист паровозного депо Марк Шведов. В нее вошел и станционный электромонтер Федор Крылович.
Подпольщики занимались саботажем: сыпали песок в буксы колес, повреждали цилиндры у паровозов, неправильно переводили стрелки, пуская вагоны под откос. Федор, имевший навыки радиолюбителя и армейскую специальность связиста, собрал радиоприемник. В доме Крыловичей подпольщики слушали передачи из Москвы. Постоянный прием и запись сводок вел отец Андрей Андреевич. Он в 1943-м ушел в партизаны. В борьбе против оккупантов участвовали также его сын Алексей и дочь Софья – брат и сестра Федора. Все они погибли.
Весной 1943 года с Федором Крыловичем встретился секретарь Могилевского подпольного обкома ЛКСМБ Павел Воложин, уполномоченный ЦК ЛКСМБ в зоне Осиповичи – Бобруйск. Он поручил ему расширить масштаб диверсий и акций саботажа на станции и в городе.
П.Ф. Воложин вышел на Крыловича через секретаря Осиповичского подпольного райкома комсомола И.Б. Гнедько. В донесении Воложина секретарю ЦК ЛКСМБ К.Т. Мазурову от 2 июля 1943 года сказано: «Имел свидание. Подобрался замечательный парень. Он у меня уполномоченный по г. Осиповичи — Крылович Ф.А. Он по моему поручению организовал 9 комсомольских организаций по 3–4 человека в организации. Ребята толковые и энергичные, только нужен материал. Стыдно признаваться, что нет тола и мин. Жду. Этот Крылович Федя замечательный парень, энергичный и инициативный, исполнительный. Вот, что он проделал за свое пребывание в Осиповичах: кроме этих 9 организаций у него есть еще 11 человек диверсантов и 5 распространителей литературы. Состав — комсомольцы и молодежь. Друг с другом они не связаны. Эта группа уничтожила за свое существование 21 цистерну с горючим, 13 платформ с горючим. Выведено из строя 38 электромоторов, дизель электростанции выведен из строя на 6 месяцев (…) переправил в партизанские отряды 52 человека молодежи. Парень хорошо знает работу подполья, конспирации. Поставил перед ним ряд новых задач и основное — активизация действий созданных организаций».
В середине июля 1943 года Воложин встретился с командованием спецотряда наркомата госбезопасности БССР «Храбрецы», базировавшегося в Октябрьском районе Могилевской области.
Подпольщики занимались саботажем: сыпали песок в буксы колес, повреждали цилиндры у паровозов, неправильно переводили стрелки, пуская вагоны под откос. Федор, имевший навыки радиолюбителя и армейскую специальность связиста, собрал радиоприемник. В доме Крыловичей подпольщики слушали передачи из Москвы. Постоянный прием и запись сводок вел отец Андрей Андреевич. Он в 1943-м ушел в партизаны. В борьбе против оккупантов участвовали также его сын Алексей и дочь Софья – брат и сестра Федора. Все они погибли.
Весной 1943 года с Федором Крыловичем встретился секретарь Могилевского подпольного обкома ЛКСМБ Павел Воложин, уполномоченный ЦК ЛКСМБ в зоне Осиповичи – Бобруйск. Он поручил ему расширить масштаб диверсий и акций саботажа на станции и в городе.
П.Ф. Воложин вышел на Крыловича через секретаря Осиповичского подпольного райкома комсомола И.Б. Гнедько. В донесении Воложина секретарю ЦК ЛКСМБ К.Т. Мазурову от 2 июля 1943 года сказано: «Имел свидание. Подобрался замечательный парень. Он у меня уполномоченный по г. Осиповичи — Крылович Ф.А. Он по моему поручению организовал 9 комсомольских организаций по 3–4 человека в организации. Ребята толковые и энергичные, только нужен материал. Стыдно признаваться, что нет тола и мин. Жду. Этот Крылович Федя замечательный парень, энергичный и инициативный, исполнительный. Вот, что он проделал за свое пребывание в Осиповичах: кроме этих 9 организаций у него есть еще 11 человек диверсантов и 5 распространителей литературы. Состав — комсомольцы и молодежь. Друг с другом они не связаны. Эта группа уничтожила за свое существование 21 цистерну с горючим, 13 платформ с горючим. Выведено из строя 38 электромоторов, дизель электростанции выведен из строя на 6 месяцев (…) переправил в партизанские отряды 52 человека молодежи. Парень хорошо знает работу подполья, конспирации. Поставил перед ним ряд новых задач и основное — активизация действий созданных организаций».
В середине июля 1943 года Воложин встретился с командованием спецотряда наркомата госбезопасности БССР «Храбрецы», базировавшегося в Октябрьском районе Могилевской области.
В отряде он получил две магнитные мины английского производства. Их дали в обмен на обязательство поставлять из Осипович разведывательную информацию, в которой нуждались чекисты. Мины «по цепочке» переправили Крыловичу.
В ночь с 29 на 30 июля 1943 года электромонтер Крылович заступил на дежурство по станции Осиповичи. Мины лежали на дне переносного ящика с инструментами. Темнело, когда на станцию прибыл эшелон с жидким топливом. Скоро он должен был уйти в южном направлении, в сторону Курска. В это время с путей вызвали дежурного электрика: вышел из строя семафор в Северном (или, по-другому, Могилевском) вагонном парке.
В сопровождении немца-охранника Крылович отправился к семафору. Когда провожатый отвлекся, Федор установил мину на бочке с бензином на платформе в голове эшелона, вдоль которого они шли. Вторую мину ему удалось поставить на такой же бочке в хвосте состава. Обе должны были взорваться в пути.
Но тут произошло неожиданное. Вместо того, чтобы немедленно отправить эшелон с бензином из Осипович, станционное начальство приказало передвинуть его в Северный парк, где находились составы с боеприпасами и военной техникой.
В ночь с 29 на 30 июля 1943 года электромонтер Крылович заступил на дежурство по станции Осиповичи. Мины лежали на дне переносного ящика с инструментами. Темнело, когда на станцию прибыл эшелон с жидким топливом. Скоро он должен был уйти в южном направлении, в сторону Курска. В это время с путей вызвали дежурного электрика: вышел из строя семафор в Северном (или, по-другому, Могилевском) вагонном парке.
В сопровождении немца-охранника Крылович отправился к семафору. Когда провожатый отвлекся, Федор установил мину на бочке с бензином на платформе в голове эшелона, вдоль которого они шли. Вторую мину ему удалось поставить на такой же бочке в хвосте состава. Обе должны были взорваться в пути.
Но тут произошло неожиданное. Вместо того, чтобы немедленно отправить эшелон с бензином из Осипович, станционное начальство приказало передвинуть его в Северный парк, где находились составы с боеприпасами и военной техникой.
Федор уже вернулся домой, когда прозвучал первый взрыв. Ночное небо озарило пламя от горящих бочек с бензином. Минут через 10—15 от взрыва второй мины детонировали боеприпасы в соседнем эшелоне. В городе, словно от землетрясения, зашатались здания, заколебалась земля. Над станцией взметнулся гигантский огненный смерч. Пламя перекинулось на эшелон с танками и бронемашинами. Оглушительные взрывы, разлетающиеся в разные стороны на сотни метров осколки и неразорвавшиеся снаряды, бушующий в разных местах огонь — все слилось в сплошной гул.
По свидетельствам очевидцев, «взрывы и пожар продолжались до 12 часов дня», то есть, 10 часов подряд.
Свидетельства об этой диверсии сохранились в немецких документах. Дежурный офицер оперативного отдела 203-й охранной дивизии сделал следующую запись в дневнике боевых действий: «30.07.1943. Около 2 часов на станции Осиповичи на железнодорожном составе с горючим взорвалась магнитная мина. В результате пожара сгорело 29 цистерн с бензином, 60 вагонов с боеприпасами и эшелон с боевой техникой. В результате взрывов боеприпасы разбросаны по всей территории. Срочно затребованы пиротехники из Минска и Могилева для обезвреживания всюду разбросанных снарядов и бомб. По данным 550-й полевой комендатуры, потери до сих пор составили 3–4 солдата убитыми, 27 солдат и 6 железнодорожных служащих ранено».
По свидетельствам очевидцев, «взрывы и пожар продолжались до 12 часов дня», то есть, 10 часов подряд.
Свидетельства об этой диверсии сохранились в немецких документах. Дежурный офицер оперативного отдела 203-й охранной дивизии сделал следующую запись в дневнике боевых действий: «30.07.1943. Около 2 часов на станции Осиповичи на железнодорожном составе с горючим взорвалась магнитная мина. В результате пожара сгорело 29 цистерн с бензином, 60 вагонов с боеприпасами и эшелон с боевой техникой. В результате взрывов боеприпасы разбросаны по всей территории. Срочно затребованы пиротехники из Минска и Могилева для обезвреживания всюду разбросанных снарядов и бомб. По данным 550-й полевой комендатуры, потери до сих пор составили 3–4 солдата убитыми, 27 солдат и 6 железнодорожных служащих ранено».
В своей радиограмме в Москву командир отряда «Храбрецы» Александр Рабцевич сообщил: «…В результате пожара сгорели 4 эшелона, в том числе 5 паровозов, 67 вагонов снарядов и авиабомб, 5 танков типа «Тигр», 10 бронемашин, 28 цистерн с бензином и авиамаслом, 12 вагонов продовольствия, угольный склад, станционные сооружения. Погибло около 50 фашистских солдат».
Как следует из немецкого документа, погибло не более 4-х человек, ранены 33./Позже Рабцевич представил рапорт с уточненными данными: «Уничтожены 25 вагонов с бензином /в бочках/, 8 цистерн с авиамаслом, 65 вагонов с боеприпасами, 5 танков «Тигр», 3 танка Л-10, 7 бронемашин /все 15 машин находились на ж/д платформах/, 12 вагонов с продовольствием, 5 паровозов, кран для подачи угля, угольный склад. Повреждены иные станционные сооружения. В окрестностях сгорели 9 домов».
Как следует из немецкого документа, погибло не более 4-х человек, ранены 33./Позже Рабцевич представил рапорт с уточненными данными: «Уничтожены 25 вагонов с бензином /в бочках/, 8 цистерн с авиамаслом, 65 вагонов с боеприпасами, 5 танков «Тигр», 3 танка Л-10, 7 бронемашин /все 15 машин находились на ж/д платформах/, 12 вагонов с продовольствием, 5 паровозов, кран для подачи угля, угольный склад. Повреждены иные станционные сооружения. В окрестностях сгорели 9 домов».
Конечно, столь крупные потери обусловило, в основном, стечение обстоятельств. Однако этот факт не умаляет заслуги Крыловича.
Бывший офицер генерального штаба Вермахта Э. Миддельдорф спустя несколько лет после войны написал в своей книге: «Действия русских партизан во время проведения крупных наступательных и оборонительных операций сильно затрудняли обеспечение немецких войск и проведение оперативного маневра… Крупного успеха добились партизаны также в июле 1943 года, когда ими на станции Осиповичи был уничтожен эшелон с горюче-смазочными материалами, два эшелона с боеприпасами и чрезвычайно ценный эшелон с танками «Тигр».
На танки «Тигр» германское командование возлагало большие надежды в операции «Цитадель». Оно несколько раз откладывало начало наступления под Курском именно из-за недостаточной укомплектованности штурмовых частей этими боевыми машинами. После взрыва Федор Крылович ушел из города в 1-ю Бобруйскую партизанскую бригаду, которой командовал В.И. Ливенцев. Возглавил в отряде диверсионную группу, совершил ряд успешных операций.
После войны он продолжил работать на железной дороге. За свою работу в подполье, проведение диверсии на станции Осиповичи и последующую борьбу с врагом, как командира разведывательно-диверсионной группы 1-й Бобруйской партизанской бригады, он был награжден лишь медалью «Партизану Отечественной войны», которой награждали всех участников партизанского движения...
И только через 5 лет после освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков, в 1949 году, по настойчивому ходатайству к союзному начальству и советскому военному ведомству секретаря ЦК ЛКСМБ К. Мазурова ему вручили орден Ленина.
К сожалению, судьба отмерила Ф. Крыловичу недолгий жизненный путь. Он умер 7 ноября 1959 года в 43-летнем возрасте.
В 1975 году в городе его именем была названа одна из улиц, а на одной из расположенных на ней многоэтажек установили мемориальную доску в память о герое. Тогда же появилась скромная памятная доска о подвиге Ф. Крыловича и на здании железнодорожного вокзала.
Бывший офицер генерального штаба Вермахта Э. Миддельдорф спустя несколько лет после войны написал в своей книге: «Действия русских партизан во время проведения крупных наступательных и оборонительных операций сильно затрудняли обеспечение немецких войск и проведение оперативного маневра… Крупного успеха добились партизаны также в июле 1943 года, когда ими на станции Осиповичи был уничтожен эшелон с горюче-смазочными материалами, два эшелона с боеприпасами и чрезвычайно ценный эшелон с танками «Тигр».
На танки «Тигр» германское командование возлагало большие надежды в операции «Цитадель». Оно несколько раз откладывало начало наступления под Курском именно из-за недостаточной укомплектованности штурмовых частей этими боевыми машинами. После взрыва Федор Крылович ушел из города в 1-ю Бобруйскую партизанскую бригаду, которой командовал В.И. Ливенцев. Возглавил в отряде диверсионную группу, совершил ряд успешных операций.
После войны он продолжил работать на железной дороге. За свою работу в подполье, проведение диверсии на станции Осиповичи и последующую борьбу с врагом, как командира разведывательно-диверсионной группы 1-й Бобруйской партизанской бригады, он был награжден лишь медалью «Партизану Отечественной войны», которой награждали всех участников партизанского движения...
И только через 5 лет после освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков, в 1949 году, по настойчивому ходатайству к союзному начальству и советскому военному ведомству секретаря ЦК ЛКСМБ К. Мазурова ему вручили орден Ленина.
К сожалению, судьба отмерила Ф. Крыловичу недолгий жизненный путь. Он умер 7 ноября 1959 года в 43-летнем возрасте.
В 1975 году в городе его именем была названа одна из улиц, а на одной из расположенных на ней многоэтажек установили мемориальную доску в память о герое. Тогда же появилась скромная памятная доска о подвиге Ф. Крыловича и на здании железнодорожного вокзала.
В 2009 году ему установлен памятник на перроне Осиповичского железнодорожного вокзала.
Метки: #СССР #войны #истории #партизаны
Самый сокрушительный диверс совершенный одиночкой. Внесён в книгу "Гинеса". Что жив остался это чудо.
Хотелось бы взглянуть на трех ублюдков поставивших минус под статьей. Бандеровцы наверняка.
Не знал, спасибо
Странно что его Гестапо не забрало, по идее крутить должны были всех кто так или иначе возле взорванного состава был последние сутки. А тут ещё и с конвоиром ходил.
Думаю он действовал не один, возможно он отвлекал кого-то или дал ценные сведения о времени и маршрутах патрулей, или её как-то сильно помог, но в одиночку пройти к составу со стратегическим топливом, разместить 2 мины под носом у сопровождающего, и по факту расследования не вызвать интереса у службы безопасности.. Ну это просто не реально. Немцы ж не были полными дебилами, а особенно на железнодорожном узле, где всегда повышенная зона ответственности.
В одиночку такие операции не проводятся.
Видимо, как раз тот самый конвоир клялся и божился, что не спускал с подконвойного глаз ни на секунду. Он же тоже не дурак идти под трибунал и вполне реально под расстрел на ровном месте. Тем более состав был взорван не фугасом под рельсами, а магнитной миной, которую могли прилепить где угодно по ходу движения, а вовсе не обязательно на станции.
Последнее чему стали бы доверять на 100% люди из Гестапо, так это словам конвоира. Такая крупная диверсия, что легче просто собрать всех кто был рядом с поездом, и жутко пытать, пока кто-нить не запоёт соловьём, нежели чем проводить опросы конвоиров и гадать насколько они честны. (которые, кстати, могут быть в сговоре с партизанами.. мало ли, скрытый коммунист, или просто Гитлера не любит.)
Да и мина была не тригерная, а с таймером, и раз уж немцы допёрли что это мина, значит и понимать должны были где наибольший шанс её повесить был. (по пути следования крайне сложно заминировать состав, даже на
редких остановках, или на изгибе колеи где состав максимально снижает ход. Ибо немцы жёстко бдили и охраняли поезда.)
В общем, я всё же думаю, что действовали группой лиц (возможно и немец какой-то помог небесплатно, вроде того же агента "Аше", чьё настоящие имя до сих пор секретно), по каким-то причинам решили не разглашать имена участников, и присвоили всю славу одному человеку после войны.
Думаю, всё же он без чемодана шёл, а просто с инструментом, или за ним прям с 5-и метров трое СС-овцев наблюдало, должно быть какое-то железобетонное алиби у него, чтоб Гестапо не стало подвешивать его за локти и спрашивать"Ихт взорватен айн поезден?"
А может быть и как с обороной дома Павлова в Сталинграде, некоторые люди которые там держались, потом дрогнули в окружении и перешли на сторону врага, согласившись на сотрудничество, за что их имена были вычеркнуты из предыдущих подвигов. Такое тоже возможно.
Я после прочтения книги "Рельсовая война в Полесье" И. Колоса, нифига не могу поверить что это сделал один человек (который не был камикадзе-смертником), и ему даже неделю-другую утюг к спине не прикладывали добрые ребята в чёрной униформе.
Конечно, теперь уже трудно судить, как оно там всё было на самом деле, но если верить официальной версии, то весь этот подрыв был не результатом тщательно продуманной операции, а следствием какого-то дьявольского для немцев стечения обстоятельств. Вначале ломается семафор и немцы отправляют на ремонт электрика в сопровождении конвоира. Их путь совершенно случайно лежит мимо состава с топливом, который идёт транзитом. Потом вдруг выясняется, что состав дальше не пойдёт и его перегоняют на запасные пути, аккурат к составам с техникой и боеприпасами. Подрыв происходит ночью, когда электрик уже давно находится дома. Мины (если предположить, что немцы обнаружили их обломки) оказываются английского производства -- редчайшая вещь для тех мест. Ну каковы шансы, что при таком раскладе немцы заподозрят какого-то простофилю-электрика, который и возле вагонов оказался не по своей воле, а по распоряжению начальства? Первые улики больше указывают на внутреннюю диверсию.
Словом, у нас выходит какая-то совершенно фантастическая история, которая вдруг взяла и стала явью. На войне такое случалось не раз.
Ну, а то, что Фёдор Крылович действовал не в одиночку -- так это никто не отрицает. Он был связным партизанской бригады, мины получил там же, и после подрыва ушел к партизанам, непонятно только когда, сразу или через некоторое время.
После взрыва Федор Крылович ушел из города в 1-ю Бобруйскую партизанскую бригаду, которой командовал В.И. Ливенцев
Не допускаете, что мог уйти сразу после взрыва, пока была неразбериха?
Внимательнее статью читать надо. Мины передавали "по цепочке", сразу после удачной диверсии герой ушел в партизанский отряд и на службе у фашистов больше не появлялся.
Мне претит использование автором слов/определений - диверсант и диверсия, в отношении этого героя (диверсанта) совершившего подвиг (диверсию). На мой взгляд, сам он выглядит диверсантом, а его деяния диверсией лишь в глазах врагов, фашистов. Товаришь автор, в этом я с вами не согласен КАТЕГОРИЧЕСКИ!
Ну, здесь Вы не совсем правы. Диверсионно-разведывательная группа (ДРГ) -- вполне официальное название воинского спецподразделения. В одном из таких подразделений служил мой дед и да, он был профессиональным разведчиком и диверсантом. Даже на фото мемориальной доски обратите внимание на текст "...Федор Андреевич Крылович, осуществивший ... самую крупную диверсию в годы Великой отечественной войны".
Рассея, с фсех берегов пох на енисей. горжусь за доблстно [мат]
Пшек, что ли?
Эва тебя как раскидало! Бухаешь с горя?
предвосхитил на суше подвиг моряка-подводника Александра Маринеско (ц)
хватит чушь-то ради красного словца писать.
3 танка Л-10 (ц)
это когда у панцерваффе на вооружении шведские танки стояли?
L-10 вообще было произведено 3 штуки, все в Осиповичах уконтропупили? ))
А почему командир отряда в своём докладе не отметил, что 16 партизан расстреляно, 11 арестовано и 5 подозреваемых задержано?
И где танки Л-10?
Вот расстрелянных заложников ты увидел в документе. Где танки Л-10 в документе?
А донесение партизанского функционера - знаешь, что любой чих - это ЛИЧНАЯ заслуга, типа сам все взрывал, функционера. Я удивляюсь,что в донесении не была уничтожена танковая армия.
Млять, Моня, я тебе скрин привёл. В донесении командира отряда говорится о 3-х танках Л-10.
Может это они "Лукса" так обозвали? По времени вроде всё сходится, "Луксы" были на вооружении у "Мёртвой головы", а та, в середине 1943 г. как раз находилась под Курском.
Допускаю. Сотня луксов доползла до Цитадели, это да.
Молодец , Почет и Слава Герою !!!!
это да, эффект как от массированной штурмовки!
Но, судя по рапорту в Москву, приписками партизанское начальство не гнушалось. Ну, не суть - подвиг налицо, без вариантов.