Последняя приговоренная к расстрелу в СССР (8 фото)

Родилась Тамара (девичья фамилия ее была Масленко) в 1941 году в многодетной семье: Антон и Мария Масленко кроме Тамары воспитывали еще пятерых детей.
Родители с детства внушали: выбейтесь в люди, во что бы то ни стало, ничего и никого не жалейте! Да оно и понятно: в большой семье клювом не щелкай, как говорится, каждый сам за себя.

Материнские и отцовские заветы о том, что главное в жизни – это деньги – и крепко запомнились девочке и определили всю ее дальнейшую судьбу. Когда встал выбор между двумя претендентами на ее руку – один был молодой и красивый, а другой постарше – зато с квартирой – девушка даже не колебалась.Тамара отвергла ухаживания молодого, но бедного поклонника, а вышла замуж за дальнобойщика. Он неплохо зарабатывал и имел собственную двухкомнатную квартиру.
Однако супруг – в отличие от квартиры – в планы молодой жены не входил. Тамара стала травить супруга почти с первых дней совместной жизни: она понемногу добавляла раствор Клеричи мужу в еду, зная, что яд имеет свойство накапливаться в организме и однажды сделает свое дело. Предварительно действие отравы Тамара проверила на кошках и курах — изучала на них, как работает яд.

Вскоре самочувствие мужа Тамары ухудшилось: он испытывал постоянную слабость и боли в ногах, начали выпадать волосы. Тем не менее дальнобойщик работал до тех пор, пока во время своего последнего рейса не осознал: дальше ехать он просто не может — его ноги не чувствовали педалей. За руль сел его напарник, а супруг Тамары попытался привести себя в чувство, искупавшись в речке, но когда стал вытирать голову полотенцем, с ужасом увидел, что все оно покрыто его волосами.

С трудом вернувшись домой, несчастный попал в больницу и вскоре скончался. Стремительное облысение пациента почему-то не насторожило врачей — они сочли, что причиной его смерти стал сердечный приступ.

Конечно же, такая любовь к отравлениям не могла у Иванютиной возникнуть ниоткуда. Вся ее семейка промышляла такими делами – родители, например, однажды предложили соседям отравленные пирожки – а то что-то своим телевизором больно мешают... Нина Масленко, вдохновленная примером старшей сестры, тоже решила выгодно выйти замуж и отправить мужа при квартире на тот свет. Однако жених ее в последний момент от брака отказался. Разгневанная девушка, уходя, плеснула ему в борщ отраву...

Молодой человек выжил, но стал страдать половым бессилием. Нину такое открытие поразило – оказывается, можно травить мужа небольшими дозами – и он и по бабам бегать не сможет, да еще и на жену будет смотреть как на спасительницу и помощницу в борьбе с неизлечимой хворью! Девушка поделилась открытием со старшей сестрой.

Этот вариант приглянулся деловитой Тамаре. Вскоре Нина познакомила ее с Олегом Иванютиным. Квартиры, правда, у него не было – он недавно развелся – и переехал жить к новой жене. Вскоре молодой супруг стал жаловаться на боли в ногах, облысел... Тамара жалела Олега, возила его по врачам – а те только разводили руками и даже называли симулянтом...

Летом 1983 года уже престарелые родители Олега продали дом в Краснодаре и решили перебраться поближе к сыночку в Киев, приобрели дом. У невестки сразу загорелись глаза: целое богатство, не то, что квартира! Вот бы стать там полноправной хозяйкой! Но это было невозможно, пока здравствовали свекры. Решение созрело очень быстро...

К тому же, отношения с матерью Олега сразу не заладились: пожилая женщина отказывалась прописывать сноху в новом доме, упрекала в бесплодии – ей хотелось внуков. Все это ускорило роковой конец.

Однажды Олег Иванютин с женой приехали к его родителям, чтобы помочь по хозяйству. Тамара приготовила обед, а через день старику стало плохо – немел язык, отнимались ноги. Вызвали скорую, но врачи пришли к выводу, что это полиартрит и вернули несчастного домой… Он был обречен – на следующий день пришла Тамара, сварила суп и сама покормила свекра. До вечера он не дожил…

На похоронах мужа матери Олега стало плохо с сердцем. Тамара по просьбе супруга сбегала в дом и вернулась с валидолом и стаканом воды. Вот только после лекарства стало еще хуже – женщину стошнило, и она начала кричать, что ее отравили. Среди гостей нашлась свидетельница того, как Иванютина что-то капала в стаканчик из пузырька, который достала из кармана кофты. Все присутствующие начали кричать, что оставшуюся жидкость нужно сдать на анализ. Тогда Тамара выхватила у свекрови стакан и разбила его о мостовую. Наивный Олег и тут защитил свою жену от разгневанных соседей.

Вечером пожилой женщине стало совсем плохо, ее увезли в больницу, где она скончалась на следующий день. Удивительно, но отравительнице удалось избежать наказания! Ей повезло: милиция, опросив свидетелей-соседей, отказала в возбуждении уголовного дела. Иванютина прописалась в желанном доме и… начала замышлять, как бы извести и своего супруга – чтобы под ногами не болтался. Она начала готовить к этому своих соседей и знакомых – чтобы череда смертей не выглядела подозрительно, рассказывала о какой-то якобы наследственной болезни… Но Олег остался жить: совершить задуманное убийце помешал арест...

Мы пока не касались такой важной стороны жизни каждого советского человека, и, конечно, Тамары Иванютиной тоже, как работа. О первых ее опытах практически ничего не известно – только то, что она занималась спекуляцией и даже отсидела за это небольшой срок.

В 1986 году женщина по поддельной трудовой книжке устроилась работать посудомойкой в школу. Ей это сулило немалые выгоды – ведь у нее свое хозяйство, свиньи, куры – и всех их надо кормить! Сначала Тамара покупала пищевые отходы в школьной столовой, но потом сообразила, что гораздо лучше устроиться туда на работу.

Бывшие коллеги Иванютиной характеризовали ее как хорошую работницу – на кухне все сверкало – но отвратительного человека. Она была грубой, наглой, постоянно, нарушая дисциплину, появлялась в пищеблоке, заглядывала во все котлы. И, конечно же, забирала все остатки себе – хотя, строго говоря, этого делать не полагалось, и многие преподаватели делали ей замечания – и парторг Екатерина Щербань, и учитель химии Виктор Стадник.

Особенно Тамаре досаждала диетсестра Наталья Кукаренко. Эти дамы часто ругали Тамару Иванютину за грубость и непрофессионализм, настаивали на ее увольнении. Отравительницу не выгнали с работы лишь потому, что зарплата посудомойки была мизерной, и желающих занять эту должность просто не находилось. Ко всему прочему, Щербань и Кукаренко постоянно обедали в школьной столовой и следили за тем, чтобы еда для школьников готовилась по нормативам, что также очень злило Иванютину.

Неудивительно, что через некоторое время обе женщины почувствовали себя плохо. Осенью 1986 года внезапно скончалась Екатерина Щербань, а весной 1987 года, сразу после празднования в школе 8 Марта, в больницу попала Наталья Кукаренко. Врачи, которым она жаловалась на боли и онемение конечностей, лечили пациентку от сердечной недостаточности — но ее состояние лишь ухудшалось и вскоре она скончалась.

Три недели спустя — 27 марта 1987 года — случилось настоящее ЧП: в больницу попали трое шестиклассников и одиннадцать сотрудников школы. Всех пациентов после беглого обследования стали лечить от гриппа. Симптоматика действительно была похожа: температура, тошнота, боли в костях и даже выпадение волос могли наблюдаться при гриппе. Ошибка в диагнозе стоила жизни четверым пациентам: двое школьников и двое взрослых — учитель и мастер по ремонту холодильного оборудования — умерли вскоре после госпитализации, а еще 9 человек продолжали находиться в реанимации.

После череды смертей врачи созвали консилиум с участием вирусологов и эпидемиологов; его участники пришли к выводу: стандартная схема лечения не помогает, значит, речь идет о некой нетипичной форме гриппа. Правда, один из специалистов отметил, что в конце марта эпидемия гриппа вряд ли возможна, а симптомы скончавшихся пациентов указывают на отравление, поэтому нужны дальнейшие исследования. Но коллеги к нему не прислушались.

Между тем загадочными смертями в киевской школе заинтересовались в прокуратуре. После безрезультатной проверки школьного здания на предмет радиации следователи решили побеседовать с теми, кто пережил отравление. Тогда-то и выяснилось, что все пострадавшие в роковой для них день обедали в столовой с опозданием — ели суп с гречкой и куриную печень. Те, кто пришли на обед вовремя, не пострадали. Тогда следствие предположило, что в пищу мог случайно попасть яд, которым травили крыс и тараканов.

По другим версиям, в приготовлении блюд использовалось некачественное мясо, или некие загадочные хулиганы пронесли в столовую и разбили там емкость с токсичным веществом, которое отравило пищу, воздух или воду. Всех неблагополучных учеников доставили в детскую комнату милиции, но они категорически отрицали свою причастность к отравлениям. В ходе очередной проверки в школе следователи попросили вызвать на беседу диетсестру. Тут-то и выяснилось, что это место вакантно, а занимавшая его Наталья Кукаренко скончалась от болезни с теми же симптомами, что у последних жертв.

После этого тело Кукаренко эксгумировали и направили на экспертизу. Чутье сыщиков не подвело: в тканях покойной нашли следы таллия.

Среди тех, кого опросили по делу об отравлениях в школе, оказалась и Тамара Иванютина. Следователи обратили внимание, что посудомойка ведет себя крайне агрессивно, на контакт не идет и всячески препятствует осмотру кухни. К примеру, она следовала по пятам за экспертом-криминалистом, которая брала образцы с кухонных принадлежностей и продуктов. Тогда показалось, что Иванютина боится, как бы эксперт что-то не стащила с кухни.

Между тем посудомойка преследовала совсем иные цели: она боялась, что на кухонном инвентаре могли остаться следы яда. Изначально сыщики списали поведение Иванютиной на ее отвратительный характер, но позже вскрылся весьма неприятный для отравительницы факт: при устройстве на работу она скрыла судимость, закрывавшую путь в школу.

Изучив биографию Иванютиной, следователи обратили внимание и на череду странных смертей ее родственников, и на состояние ее мужа Олега, которое все ухудшалось. Он к тому моменту стал совсем плох — облысел и почти не вставал из-за сильной боли в ногах. Интерес сыщиков к Иванютиной фактически спас Олегу жизнь: жена не успела отравить его до конца. Между тем Тамара упорно отвергала все обвинения в своей привычной хамской манере, что, впрочем, не помешало проведению обыска в ее доме.

Поначалу никаких результатов он не принес. И когда сыщики уже готовились признать свое поражение, эксперт (та самая, которой Иванютина мешала на кухне) обратила внимание на маленькую тумбочку. Тут отравительница заметно занервничала и поспешила сказать, что в тумбочке находится швейная машинка, которая досталась ей от свекрови. Во время ее осмотра эксперт нашла бутылочку с машинным маслом и обратила внимание на то, что она тяжеловата для своего содержимого. И в самом деле, там было отнюдь не масло, а раствор Клеричи.

Вскоре после этого эксгумировали тела родителей Олега Иванютина — в их тканях также оказались следы таллия. Поняв, что ее вывели на чистую воду, отравительница заговорила и с нескрываемым удовольствием рассказывала сыщикам, как подливала яд жертвам. Оказалось, что суп и печень, из-за которых в больницу попали ученики и сотрудники школы, предназначались заведующему столовой. После смерти диетсестры Кукаренко он распорядился повесить на двери кладовой замок, а ключи носил с собой. Это вызвало гнев Иванютиной: она впрыснула таллий в апельсин и понесла его заведующему.

Однако он отказался от фрукта, и у отравительницы созрел новый план. Зная, что в один из дней заведующий примет участие в школьном собрании и припозднится с обедом, Иванютина добавила яд в еду, оставшуюся после основной раздачи пищи. Но вместе с заведующим в тот день на обед опоздали и школьники, которые помогали завхозу перетаскивать стулья со склада в столовую. Иванютина спокойно наблюдала, как дети и взрослые ели отравленный обед: то, что пострадают невинные, ее нисколько не волновало.

Вскоре после задержания Киевской отравительницы нашлась и та самая лаборантка геологоразведочной экспедиции, которая 11 лет назад дала Тамаре Иванютиной и ее родителям около 0,5 литра раствора Клеричи. По словам лаборантки, члены семьи Масленко обращались к ней за «отравой для крыс» девять раз.

Таллий – это мягкий металл, никому не придет в голову его грызть, поэтому для отравлений обычно используется водный раствор соединений таллия, «жидкость Клеричи». В нормальных условиях этот раствор используют геологи для определения плотности минералов – разумеется, с массой предосторожностей, потому что жидкость Клеричи предельно токсична.

У человека раствор Клеричи вызывает тяжелое отравление и сопровождается угнетением сердечной деятельности, болями в суставах, бессонницей, авитаминозом и проблемами с почками — вплоть до летального исхода.

* * *

Было выяснено, что супруги Масленко однажды отравили своего соседа по коммунальной квартире – за то, что включал телевизор на полную мощность.Мария Масленко угостила любителя телепередач отравленными пирожками. Та же судьба постигла и дальнюю родственницу, посмевшую сделать им замечание за неубранный туалет.

Затем гнев Антона Масленко вызвала родственница, которая навестила в больнице захворавшую Марию, а потом заявила Антону, что его жена вряд ли оправится от недуга — надо готовиться к достойным похоронам. Масленко страшно разозлился на такое пророчество, но не подал виду, а лишь предложил выпить за здоровье Марии. Гостья согласилась — и выпила рюмку самогона, куда Антон успел подмешать таллий. В итоге похороны действительно состоялись, но предали земле не Марию Масленко, а ту, что сулила ей скорую смерть.

Сестра Тамары Нина повторила преступную схему своей сестры: в возрасте 45 лет она вышла замуж за 69-летнего старика, прописалась в его квартире – и на следующий же день новоиспеченный супруг попал в больницу, где вскоре и скончался.

В ходе проведенных обысков у Масленко яда не нашли. Но отравители сами себя выдали! Когда Тамара уже находилась в СИЗО, Мария Масленко испекла оладий и пошла угостить соседку. У той была большая пенсия по инвалидности, что было предметом черной зависти Масленко. Но соседка оладушков есть не стала, потому что была наслышана, что старухину дочку подозревают в отравлении. Бросила один оладушек кошке, и к вечеру животное забилось в судорогах, а через три часа скончалось. Соседка сообщила об этом в милицию, и супругов Масленко арестовали. Точно так же, как Тамара, они детально и со смаком рассказывали, кого, когда, как и за что отравили.
Уже находясь в СИЗО Мария Масленко откровенничала с сокамерницами: «Надо со всеми дружить, всех угощать! Но в пищу особо зловредным добавлять яд».

Всего преступной семейкой было совершено 40 отравлений, причем 13 из них – с летальным исходом.

Наибольшее количество убийств совершила именно Тамара, в 1987 году ее признали виновной в 20 случаях отравления, 9 из которых закончились смертельным исходом.
Поэтому приговор к высшей мере наказания ей был закономерен – расстрел. Услышав его, женщина не дрогнула, не проронила ни одной слезинки и отказалась просить прощения у родственников погибших. Она совершенно не считала себя виноватой...
«У меня не то воспитание», — надменно уронила она.
Отцу и матери Тамары в силу возраста (им было уже далеко за 70) дали по 10 и 13 лет соответственно. До освобождения старики не дожили, умерли в тюрьме. Нина получила 15 лет и вышла на свободу. Дальнейшая ее судьба неизвестна.

Жертвами Иванютиной стало множество человек... Несколько детей и взрослых, которые умирали в страшных мучениях... А те, кто выживали, зачастую становились на всю жизнь инвалидами. Так, молодая библиотекарша, пообедавшая в тот злополучный день в столовой, всю жизнь мучается от страшных болей в ногах и не может даже нормально стоять… Другая учительница родила мертвого ребенка… А Виктор Стадник, тот самый учитель химии, получивший лишь одну дозу смертельного вещества, до сих пор работает в той самой школе... Вроде бы ему повезло, но… врачи сказали ему, что он никогда не сможет иметь детей.

Поломанные судьбы, страшное горе оставила после себя семья Масленко… Особенно усердствовала Тамара Иванютина, забывшая в своем стремлении к обогащению обо всем на свете. Как-то она проговорилась, что заветной ее мечтой была черная «Волга».

Говорят, что отравительница всегда добавляла микроскопические дозы таллия в еду – чтобы испортить ее вкус. Тогда дети отказывались доедать, и ей доставалось больше объедков. Муж Иванютиной впоследствии рассказывал, что жена очень радовалась – дети не едят! Потом эти отравленные остатки скармливали свиньям, а их мясо и сало продавалось на базаре… А ведь яд имеет свойство накапливаться в организме. Так что жертв Иванютиной в реальности, возможно, гораздо больше...