Шмайссер или не Шмайссер? (10 фото)

Я думаю, все помнят кадры из советских художественных фильмов про Великую Отечественную войну, посвященные атакам немецких солдат наших позиций. Бравые и подтянутые "белокурые бестии" (их обычно играли актеры из Прибалтики) шагают, почти не пригибаясь, и ведут на ходу огонь из автоматов (а точнее, из пистолетов-пулеметов), которые все называли "шмайссерами".

И, что самое интересное, совсем никого, пожалуй, кроме тех, кто действительно был на войне, не удивлял тот факт, что огонь солдаты вермахта вели, что называется, "от бедра". Также никто не считал художественным вымыслом то, что, согласно кинофильмам, эти "шмайссеры" прицельно стреляли на то же самое расстояние, что и винтовки бойцов Советской армии. Кроме того, после просмотра подобных кинофильмов у зрителя возникало впечатление, что пистолетами-пулеметами во время Второй Мировой войны был вооружен весь личный состав немецкой пехоты — от рядовых до полковников.

Однако все это — не более чем миф. На самом деле и оружие это называлось вовсе не "шмайссер", и в вермахте не был столь распространен, как об этом рассказывали советские фильмы, и "от бедра" из него стрелять было нельзя. Кроме того, атака подразделения таких автоматчиков на траншеи, в которых сидели бойцы, вооруженные магазинными винтовками, была явным самоубийством — до траншеи просто никто бы не дошел. Однако давайте обо всем по порядку.

MP.41 Гуго Шмайссера (вверху) и MP.38 Генриха Фольмера (ERMA)

.

То самое оружие, о котором пойдет речь, официально называлось пистолет-пулемет MP 40 (МР — это сокращение от слова "Maschinenpistole", то есть автоматический пистолет). Он представлял собой очередную модификацию автомата МР 36, созданного еще в 30-е годы прошлого века. Предшественники этого оружия — пистолеты-пулеметы МР 38 и МР 38/40 весьма хорошо зарекомендовали себя на самом первом этапе Второй Мировой войны, поэтому военные специалисты Третьего Рейха решили продолжить совершенствование данной модели.

"Родителем" же MP 40, вопреки расхожему мнению, являлся вовсе не знаменитый немецкий оружейник Хуго Шмайссер, а не менее талантливый конструктор Генрих Фольмер, работавший в фирме ERMA. Так что эти автоматы логичнее все-таки называть "фольмерами", а вовсе не "шмайссерами". Но почему же в народе утвердилось именно второе название? Наверное, из-за того, что Шмайссеру принадлежал патент на магазин, использовавшийся в этом оружии. И, соответственно, чтобы соблюдать авторские права, на приемнике магазинов первых партий MP 40 красовалась надпись PATENT SCHMEISSER.

MP.18 и MP.28

.

Действительно, одним же из главных достижений Гуго Шмайссера в двадцатые годы стал новый коробчатый магазин для МР.18 и — чуть позже — МР.28, имевший двухрядное расположение патронов с перестроением на выходе в один ряд. Для МП.18 это было необходимо, поскольку первоначально его разработали под магазины от пистолета Люгер. В МР.28 это решение приняли для совместимости с магазинами от МР.18.
МР.28 поступает на вооружение немецкой военной полиции в 1928 году и продолжает использоваться во время Гражданской войны в Испании в 1936-1939 гг.

Но почему такую магазинную конструкцию, защищённую патентом на имя Гуго Шмайссера, выбрал Фольмер для своих пистолетов-пулемётов ERMA МР.38 — до сих пор остается вопросом.

Ну, а солдаты армий союзников, которым данное оружие попадало в качестве трофея, ошибочно посчитали, что Шмайссер является создателем данного автомата.
С самого начала германское командование планировало вооружить MP 40 только командный состав вермахта. В пехотных частях, например, эти автоматы должны были иметь лишь командиры отделений, рот и батальонов. Впоследствии данные пистолеты-пулеметы стали также популярны среди танкистов, водителей бронемашин и десантников-парашютистов. Однако массово ими пехоту ни в 1941, ни после никто не вооружал.

По данным из архивов германской армии, в 1941 году непосредственно перед нападением на СССР в войсках было всего лишь 250 тысяч единиц MP 40 (притом, что в то же самое время в войсках Третьего рейха числилось 7 234 000 человек). Как видите, ни о каком массовом использовании MP 40 не могло быть и речи, особенно в пехотных частях (где больше всего солдат и было). За весь же период с 1940 по 1945 год было выпущено всего два миллиона этих пистолетов-пулеметов (тогда как за тот же период в части вермахта было призвано свыше 21 миллиона человек).

Почему же немцы не вооружили своих пехотинцев этим автоматом (который позже был признан одним из самых лучших за весь период Второй Мировой войны)? Да потому, что им их было просто жалко терять личный состав. Ведь прицельная дальность стрельбы у MP 40 по групповым целям составляла 150 метров, а по одиночным — всего-то 70 метров. А ведь бойцам вермахта приходилось атаковать окопы, в которых сидели бойцы Советской Армии, вооруженные модифицированными вариантами винтовки Мосина и автоматическими винтовками Токарева (СВТ).

Прицельная дальность стрельбы из обоих видов данного оружия составляла 400 метров по одиночным целям и 800 метров — по групповым. Вот и судите сами, был ли шанс у немцев уцелеть при таких атаках, если бы они были, как в советских кинофильмах, вооружены MP 40? Правильно, до окопов не дошел бы никто. Кроме того, в отличие от персонажей тех же кинофильмов, реальные обладатели пистолета-пулемета не могли стрелять из него на ходу "с бедра" — оружие столь сильно вибрировало, что при таком способе ведения огня все пули летели мимо цели.

Стрелять из MP 40 можно было лишь "от плеча", уперев в него разложенный приклад — тогда оружие практически не "трясло". Кроме того, из этих пистолетов-пулеметов никогда не стреляли длинными очередями — он очень быстро нагревался. Обычно били короткими очередями по три-четыре выстрела, или вели одиночный огонь. Так что в реальности достичь техпаспортной скорострельности в 450-500 выстрелов в минуту обладателям MP 40 никогда не удавалось.

Генрих Фольмер (слева).

.

Именно поэтому немецкие солдаты всю войну ходили в атаки с винтовками Mauser 98k — самым распространенным стрелковым оружием вермахта. Ее прицельная дальность стрельбы по групповым целями составляла 700 метров, а по одиночным — 500, то есть была близка к таковым винтовки Мосина и СВТ. Кстати, СВТ пользовалась у немцев большим уважением — трофейными винтовками Токарева вооружали лучшие пехотные части (особенно любили ее в Ваффен СС). А "взятые в плен" винтовки Мосина отдавали частям тылового охранения (впрочем, их вообще снабжали всяким "интернациональным" старьем, хотя весьма качественным).

В то же время нельзя сказать, что MP 40 был так уж плох — наоборот, в ближнем бою это оружие было весьма и весьма опасным. Именно поэтому его полюбили немецкие парашютисты из диверсионных групп, а также разведчики Советской Армии и… партизаны. Ведь им не нужно было атаковать вражеские позиции с дальнего расстояние — а в ближнем бою скорострельность, легкий вес и надежность данного пистолета-пулемета давала большие преимущества. Именно поэтому сейчас на "черном" рынке цена MP 40, которые продолжают поставлять туда "черные копатели", весьма высока — этот автомат пользуется спросом у "бойцов" криминальных группировок и даже браконьеров.

Кстати, именно то, что MP 40 использовали немецкие диверсанты, и породило у бойцов Красной Армии в 1941 году психический феномен, называемый "автоматобоязнью". Наши бойцы считали немцев непобедимыми, потому что они вооружены чудо-автоматами, откоторых спасения нигде нет. Этот миф не мог возникнуть у тех, кто сталкивался с немцами в открытом бою — ведь солдаты видели, что их атакуют гитлеровцы с винтовками. Однако в начале войны наши бойцы, отступая, чаще сталкивались не с линейными войсками, а с диверсантами, которые возникали из ниоткуда и поливали оторопевших красноармейцев очередями из MP 40.

Следует заметить, что уже после Смоленского сражения "автоматобоязнь" стала сходить на нет, а во время битвы за Москву исчезла практически полностью. К тому времени наши бойцы, успев хорошенько "посидеть" в обороне и даже получить опыт контратак немецких позиций, поняли, что никакого чудо-оружия у немецких пехотинцев нет, а их винтовки мало чем отличаются от отечественных. Интересно также, что в художественных фильмах, снятых в 40-50-е годы прошлого века, немцы поголовно вооружены именно винтовками. А "шмайссеромания" в отечественном кино началась намного позже — с 60-х годов.

К сожалению, она продолжается до сих пор — даже в недавних фильмах немецкие солдаты традиционно атакуют русские позиции, стреляя на ходу из MP 40. Этими автоматами режиссеры также вооружают и солдат тыловых охранных частей, и даже полевую жандармерию (где автоматическое оружие не выдавали даже офицерам). Как видите, миф оказался весьма и весьма живуч.

Впрочем, знаменитый Хуго Шмайссер на самом деле был разработчиком двух моделей автоматов, использовавшихся во Второй Мировой войне. Первую из них, MP 41 он представил практически одновременно с MP 40. Но этот автомат даже внешне отличался от знакомого нам по фильмам "шмайссера" — например, его ложе было отделано деревом (чтобы боец не обжегся при нагреве оружия). Кроме того, он был более длинноствольным и тяжелым. Однако этот вариант широкого распространения не получил и выпускался недолго — всего было выпущено порядка 26 тысяч штук.

Гуго Шмайссер ( второй слева в нижнем ряду) в кругу немецких инженеров оружейников, Ижевск 1951

.

Считается, что внедрить данный автомат помешал судебный иск от фирмы ERMA, вчиненный Шмайссеру по поводу незаконного копирования ее патентованной конструкции. Репутация конструктора тем самым была запятнана, и вермахт отказался от его оружия. Однако в частях Ваффен СС, горных егерей и в подразделениях Гестапо этот автомат все же использовали — но, опять-таки, только офицеры.
Однако Шмайссер все же не сдался и в 1943 году разработал модель, названную MP 43, которая позже получила название StG-44 (от sturmgewehr — штурмовая винтовка). По своему внешнему виду и некоторым другим характеристикам он напоминал появившийся куда позже автомат Калашникова (кстати, у StG-44 предусматривалась возможность установки 30-мм ружейного гранатомета), и при этом сильно отличался от MP 40.