Григорий Александрович Потемкин - Таврический (7 фото)

Когда заходит речь о князе Григории Потёмкине, то в первую очередь вспоминают о любовном романе с Екатериной Великой, о пресловутых «потёмкинских деревнях», о непомерной тяге к роскоши...

Между тем, Григорий Потёмкин был одним из крупнейших мировых политиков своего времени, выдающимся хозяйственников и организатором... Что, конечно, не отменяет романа с императрицей, деревень и тяги к роскоши.
Как и все великие люди, Григорий Потёмкин был человеком непростым, противоречивым, у которого недостатки были неизбежным продолжением достоинств.
Он родился на Смоленщине, в деревне Чижово, 13 (24) сентября 1739 года. Отец его, отставной майор Александр Васильевич Потёмкин, отличался буйным нравом и тягой к выпивке, и если что и вложил в воспитание наследника, так это побои. Правда, продолжались они недолго — отца не стало, когда Грише было всего семь лет.

Воспитывала Григория мать, Дарья Васильевна, души не чаявшая в сыне и старавшаяся дать ему наилучшее образование, для чего и переехала в Москву.

Из студентов — в заговорщики.
С юных лет в Грише обнаружилась черта, которая будет проявляться в его характере на протяжении всей жизни — он очень быстро загорался каким-то делом или идеей, но вскоре так же быстро охладевал. Юный Потёмкин демонстрировал острый ум и тягу к наукам, в 1755 году поступил в Московский университет и через год был удостоен золотой медали за успехи в учёбе.
Ещё через год в числе лучших 12 студентов университета Григорий Потёмкин был представлен императрице Елизавете Петровне. Однако стать светилом российской науки Григорию было не суждено — через три года из университета его отчислили за «леность и не хождение в классы».
Просто Потёмкин к наукам остыл, и авторитета, способного такое положение дел изменить, рядом не оказалось. Надо заметить при этом, что усилия матери, пытавшейся дать «ненаглядному Гришеньке» образование, сын не забыл — достигнув высокого положения, добился для неё чина статс-дамы.
Одним из главных пороков, мешавших Потёмкину, было честолюбие, переходившее в тщеславие. Охладев к наукам, он решил сделать военную карьеру, тем более, что начало ей было уже положено — с момента зачисления в университет Потёмкин одновременно числился на военной службе.

В 1761 году Григорий Потёмкин, ни дня не служивший, но уже имевший звание вахмистра Конной гвардии, прибыл в полк, базировавшийся в Петербурге. На бравого и видного гвардейца обратило внимание командование, определив его в ординарцы к полковнику Конной гвардии, генерал-фельдмаршалу, его высочеству принцу Георгу Людвигу, герцогу Шлезвиг-Гольштейнскому.
К принцу, однако, тёплыми чувствами Потёмкин не проникся и вместе с товарищами по полку примкнул к заговору против императора Петра III. Именно в день дворцового переворота 28 июня 1762 года новая императрица Екатерина II обратила внимание на красавчика-конногвардейца. Вряд ли она разглядела в тот день в Григории государственные таланты, но внешне он приглянулся Екатерине настолько, что, в отличие от сослуживцев-вахмистров, за помощь в перевороте произведённых в корнеты, Потёмкин сразу стал подпоручиком.

Отчаянный.
Благорасположение императрицы к молодому гвардейцу, однако, в ту пору имело определённые границы. Фаворитом Екатерины оставался граф Орлов, и тягаться с ним у Потёмкина не было никакой возможности.
Служба при дворе приносила всё новые чины и звания, деньги и регалии, однако Потёмкину хотелось чего-то большего. Впадая в меланхолию, Григорий начинал говорить о желании постричься в монахи, являлся к святым отцам и вёл с ними продолжительные богословские беседы, удивляя их серьёзными познаниями в теологии.

Благосклонность императрицы позволила Потёмкину за семь лет пройти путь от подпоручика до генерал-майора. В 1769 году, устав от придворной службы и желая военной славы, Григорий Потёмкин добровольцем отправился на русско-турецкую войну.
Если отбросить слова угодников и ненавистников Потёмкина, то его военную карьеру можно охарактеризовать так — полная полководческая бездарность на фоне большой храбрости и личного мужества.
Потёмкин лез в пекло, где этого делать не следовало, губил людей, но и одновременно рисковал собой. Он отличился под Хотином, успешно участвовал в битвах при Фокшанах, Ларге и Кагуле, в разгроме войск Осман-паши под Силистрией.
Нет сомнений, что, зная об особом благоволении императрицы к Потёмкину, его подвиги приукрашивались. Впрочем, личная храбрость его под сомнение никогда не ставилась.

Фаворит.
В 1774 году Потёмкин вернулся в Петербург победителем во всех смыслах. Прежний фаворит Григорий Орлов впал в немилость, и Потёмкин стал ближайшим человеком к императрице. Он получает звание генерал-аншефа, становится вице-президентом Военной коллегии и получает графский титул.

О том, как далеко зашли отношения Екатерины и Потёмкина, спорят до сих пор. По одной из версий, они тайно вступили в брак, и императрица даже родила от фаворита дочь, которую назвали Елизаветой.
По традиции того времени, незаконнорожденную дочь Потёмкин передал на воспитание родственникам. Фамилии таким детям давались путём отнимания первого слога у фамилии отца, поэтому дочь императрицы и фаворита стала «Тёмкиной».
В самом факте существования Елизаветы Григорьевны Тёмкиной нет никаких сомнений — её портрет все желающие могут увидеть в Третьяковской галере. Спор идёт лишь о том, была ли её матерью Екатерина Великая. Скептики указывают на возраст — к моменту рождения Елизаветы Екатерине было уже 45 лет, что и сегодня немало для беременности и родов, а по меркам XVIII века тем более.
Но, как бы то ни было, отношения Екатерины и Потёмкина в тот период были самыми близкими.
Но если другие фавориты, наскучив императрице, уходили в тень, то в лице Потёмкина Екатерина Великая нашла государственного деятеля, который не только мог помочь воплощать её идеи в жизнь, но и выдвигал свои.

Новороссия, которую построил князь.
В 1776 году Потёмкин назначается губернатором Новороссии, Азова и Астрахани и начинает активно заниматься колонизацией этих территорий.
На этом поприще он проявил себя с самой лучшей стороны. По мнению многих историков, для юга России Потёмкин сделал больше, чем Пётр I для севера. Он основывал города и деревни, служившие русскими форпостами на территориях, где раньше царили кочевники.
Решая геополитические задачи по обеспечению безопасности юга России, он выдвигал амбициозные планы по полному разгрому Турции и возрождению Византии под властью императора, которым должен был стать один из внуков Екатерины II.
И если этот план не был реализован, то план присоединения Крыма к России, выдвинутый Потёмкиным, был осуществлён в полной мере.

Князь действительно был крайне тщеславен, обожал роскошь и наряды. Шляпа его была настолько увешана драгоценностями, что её за Потёмкиным носил адъютант. Во время поездки в Новороссию Екатерины II сама императрица и её гость австрийский император Иосиф II могли появиться в скромной одежде, зато Потёмкин представал во всём блеске орденов и роскошном камзоле. Основанные им Екатеринослав (ныне — Днепропетровск), Херсон, Николаев задумывались с таким размахом, что на практике была реализована лишь малая толика первоначальных планов.
Когда в 1787 году Екатерина Великая отправилась в путешествие в Крым, Потёмкин не мог обойтись без показухи, и «потёмкинские деревни», пусть и не в том виде, как они представляются нам сегодня, действительно были — в этом первый губернатор Новороссии похож на современных российских губернаторов. Правда, размах у Потёмкина был значительно больше.
Была даже специальная Амазонская рота, созданная в Крыму по приказу Потёмкина из девушек благородного происхождения специально к приезду Екатерины, а затем распущенная.
Но даже иностранцы, скептически относившиеся к России вообще и к Потёмкину лично, признавали, что объёмы реального обустройства Новороссии при фаворите Екатерины действительно были грандиозными.

Плюсы и минусы.
Апофеозом путешествия Екатерины в Крым стал салют с Севастопольского рейда, данный русской черноморской эскадрой в 15 больших и 20 мелких судов. Флот, взявшийся у России на Чёрном море буквально из ниоткуда, шокировал иностранцев.
В вину Потёмкину ставят то, что первый русский Черноморский флот строился впопыхах, со множеством недочётов, некачественно. Всё так, но в следующей войне с Турцией этот флот сыграл чрезвычайно важную роль, несмотря на все свои недостатки.
После поездки Екатерины Великой в Крым князь Григорий Потёмкин, уже носивший к тому времени звание фельдмаршала, получил почётное наименование «Таврический» за успехи в освоении новых земель.

Известно о сложных отношениях русских полководцев, включая Александра Суворова, с Потёмкиным. Тщеславие заставляло светлейшего князя приписывать себе чужие заслуги. В то же время именно Потёмкин избавил русскую армию от пудры, косичек и буклей, усовершенствовал форму, ставшую более лёгкой и удобной. Организаторские способности Потёмкина проявились и в работе армейского тыла — при нём действующая армия не знала проблем в поставках боеприпасов и продовольствия.
Огромное влияние Потёмкина стало стремительно снижаться с появлением у стареющей императрицы нового фаворита — Платона Зубова.
В отличие от Потёмкина, Зубов, не уступавший светлейшему князю в тщеславии, не был наделён способностями государственного деятеля.
Но Екатерина Великая, как и многие стареющие дамы, в погоне за ускользающей красотой готова была на любые жертвы для юного любовника.

Одной из таких жертв стало удаление Потёмкина из столицы в 1791 году.

В январе того года Потёмкин приехал в Петербург с очередной войны с Турцией, которая стремительно катилась к победному окончанию. В своём роскошном Таврическом дворце он давал грандиозные пиры, на которые за четыре месяца было потрачено 850 тысяч рублей — гигантская сумма по меркам эпохи.
Светлейший князь надеялся восстановить дружеские отношение с императрицей, но всё было тщетно — охлаждение было бесповоротным. Это нельзя было назвать опалой, поскольку от государственных дел Потёмкина не отстраняли, однако чётко было дано понять, что присутствие его в столице нежелательно.
Потёмкин вернулся в свою ставку в Яссы, продолжил переговоры о мире с Турцией, но для тщеславного князя разрыв с императрицей оказался сильнейшим ударом. Он серьёзно заболел, но пытался продолжать заниматься государственными делами.

5 октября 1791 года Потёмкину стало плохо по дороге из Ясс в Николаев. У села Рэдений Веки он приказал остановить карету. «Вот и всё, некуда ехать, я умираю! Выньте меня из коляски: я хочу умереть на поле!» — сказал он сопровождающим. Через несколько минут Григорий Александрович Потёмкин скончался.

Прах Григория Потёмкина был захоронен в соборе Святой Екатерины, построенном по его приказу в Херсонской крепости.