Сисиан и окрестности (59 фото)

И сам по себе Сисиан весьма зауряден (хотя и родина клана Алиевых), чего не скажешь про его округу - тут есть, например, "армянский стоунхендж" Зорац-Карер, село Агиту с древним обелиском и один из красивейших в Закавказье Шакийский водопад. Да и добирались мы сюда не то чтобы без приключений.

Вернувшись из Джермука на иранскую трассу, мы стали делать то, к чему уже привыкли - голосовать: автобус подберёт - хорошо, попутная машина - ещё лучше. В Армении чаще случается второе, но тут рядом с нами притормозил сельского вида ПАЗик. С подножки его нам замахал рукой полицейский в фуражке, видимо ехавший в город по своим делам. Мы, недолго думая, вошли... и оказались в полном автобусе пьяных полицейских! Не знаю, куда ехали они: если отдыхать - почему при параде, а если работать - почему пьяные, но ехалось им явно весело. Под дружный хохот затворилась дверь и автобус тронулся. В салоне играла заводная армянская музыка, под эту музыку и рёв мотора двое ребят, уступивших нам сидения, отплясывали на площадке, а мой сосед казал на кого-то из задних рядов и весело кричал "А вот он - он стукач! Он про нас всё расскажет!". Дальше мне предложили выпить тутовки, и я не отказался, по опыту такого же вежливого употребления русской водки зная, что рюмка на меня не подействует никак. Но влив содержимое рюмки в горло, я закашлялся и на секунду ослеп, а потом ощупью выхватил из рук сидевшего рядом полицейского помидор (которые вообще-то терпеть не могу) и разом откусил половину. А затем хрипло спросил "Сколько тут градусов?", и посовещавшись, полицейские выдали мне ответ - 83! В общем, ПАЗик еле полз на Воротанский перевал (2344м), одолевая серпантин за серпантином, а я прикидывал, сколько займёт дорога в Сисиан и вспоминал фразу знакомого хипаря: "Будем ехать вместо трёх дней месяц - зато весело!".

Сам Воротанский перевал именно перевалом назвать довольно сложно - скорее, как алтайский Кату-Ярык, это просто подъём на плато. Над серпантинами сооружение, которое по пьяному глазу я принял за диспетчерскую вышку, но на фотографиях конечно вижу, что скорее это что-то из пограничной инфраструктуры СССР:

Ну а за перевалом встречает Сюник, последний в моём долгом рассказе из армянских марзов (уездов). Его начало отмечает пара стел позднесоветской эпохи:

Большинство марзов нынешней Армении создавались по мотивам древних гаваров - "малых" исторических областей Великой Армении. Сюник в этом смысле исключение - так назывался ашхар (большая историческая область), масштабами сравнимый с Айраратом или Гугарком. К "большому" Сюнику относились весь юг Армении, включая уже осмотренный Вайоц-Дзор, Гехаркуник вокруг Севана, а также немалая часть Нахичевани (гавар Ернджак - ныне Алинджа), за которую сюникская знать много веков боролась с васпураканской. В пределах нынешнего Сюникского марза лежат целых 5 гаваров, по ходу нашего движения Члукк (Сисиан), Хабанд (Горис), Балк (Капан), Дзорк (Каджаран), Аревик (Мегри) и Ковсакан (Шванидзор). Но они давно утратили актуальность, склеившись в Зангезур, как со Средних веков называют край, соответствующий нынешнему Сюнику.

Ну а Сисиан, пейзажами встречающих за перевалом степей похожий на Монгольский Алтай или Хакасию - не только географически, но и исторически начало всей этой системы. Просто по названию: древнее имя Сюника - Сисакан, подозрительное созвучное с Сакасеной ближе к Большому Кавказу. В состав Великой Армении эти земли включил в 189 году до нашей эры её собиратель - царь Арташес I, родич предшествовавшей династии Ервандидов, но по происхождению - мидиец. Весьма вероятно, что он даже не завоёвывал Сисакана, а просто владел им как уделом. Не секрет, что "история мидян темна и не понятна", но известно, что ещё добрую тысячу лет жители этого края от всех прочих армян держались особняком, и даже говорили то ли на каком-то очень обособленном диалекте, то ли и вовсе на отдельном языке. Скорее всего, последним осколком древних армяно-мидян были зоки - небольшой, но очень самобытный армянский субэтнос из гавара Гохтн в нынешней Нахичевани, окончательно рассеявшийся лишь с распадом СССР. Первые две сотни лет, пока Великой Арменией правили Арташесиды, Сисакан оставался царским доменом, но где-то в начале нашей эры, когда власть в стране перешла к парфянской династии Аршакидов, в Сисакане утвердился мощный и надменный дом Сюни. Из борьбы за царский трон они вышли довольно быстро, предпочтя другой путь - максимально крепко держаться за свою вотчину. В исторических бурях, пришедших в Переднюю Азию после Крещения, это оказалось самым правильным методом: Сюни правили Сисиаканом около 1000 лет, так что их фамилия вытеснила древнее название, а интересы малой родины здесь всегда ставили выше интересов Великой Армении. В 451 году Сюни отказались участвовать в Аварайрской битве за защиту христианства от попыток обращения в зороастризм, что выглядело примерно как для русских княжеств на Куликово поле не прийти. В 571 году, когда история повторилась, Сюни и вовсе попросили сасанидского шаха забрать их от этих буйных подальше и включить в состав какой-нибудь другой провинции - Азербайджана (Антропатены), например. В административную Армению Сюник вернули лишь в 7 веке арабы, а в 820-х годах этот край оказался на краю хуррамитского восстания Бабека, которого Сюни поначалу поддерживали. Но в итоге жестоко воевали с ним, и наконец в 826 году именно под Сисианом князь Сахл Смбатян предал Бабека и выдал на казнь арабам. Словом, Сюни промеж армян слыли вероломными предателями, но их земля стала тихой гаванью, под инородческим игом процветавшей на фоне более героических земель. Так Сюник превращался в "армянскую Галичину", оплот национальной культуры, искусства, образования, духа...

Ведь кровью тех, кого Сюни не поддержали, они смогли сохранить верность христианству, а в 885 году над Сюником встал уже армянский сюзерен - род Багратидов, сплотивших Анийское царство. Сюни стали первыми среди его вассалов, и даже спор с не менее могущественными Арцруни из Васпуракана за Нахичевань тогда разрешился в их пользу. В 987 году, как и Кюрикиды из Лориберда, Сюни пытались бросить Багратидам вызов, провозгласив отдельное Сюникское царство со столице в Капане. Но Багратиды тогда взяли верх над всеми смутьянами, и хотя титул царей у своих снова-вассалов они не стали отбирать, часть сюникских земель перевели в своё прямое подчинение, фактически загнав царство в границы нынешнего марза. Ани пал в 1045 году, но независимостью царства дом Сюни наслаждался недолго: в 1072 году тысячелетняя династия пресеклась на умершем без наследников царе Григоре I, а в последующую сотню Сюникское царство разрушили сельджуки. Последняя армянская крепость Багаберд пала в 1170 году, однако уже 20-30 лет спустя эти горы освободило от мусульман грузино-армянское войско. Новыми хозяевами Сюника сделались грузины Орбеляны, однако это уже совсем другая история, да и центр её сместился в Ехегис, Нораванк, Арени... Оплотом же как дома Сюни, так и множества меликств, возникших после падения Орбелянов в 15 веке, были укромные долины по ту сторону Сисианского плато. По пути через которое, однако, о саках и сельджуках действительно думается как-то охотнее, чем об армянах - степь да степь кругом, и лишь холодный ветер шелестит бурьяном...

На перевале полицейские сообщили нам, что планы у них поменялись, и взять нас с собой в Сисиан они не могут. Мы отнеслись с пониманием, тем более скопился у перевала целый конвой автобусов с полицейскими и грузовиков с военными, чуть разбавленный цветастыми иранскими фурами. Затем у обелисков стало тихо и пусто, мы простояли непривычные для Армении полчаса, ещё не зная, что по мере приближения к Араксу автостоп будет только ухудшаться. Хозяева следующей машины, обаятельная молодая чета, впрочем, совсем не наводили на такие мысли, а ещё не выветрившаяся тутовка способствовала тому, чтобы разговоры за рулём текли бодро и весело. Наконец, водитель не выдержал, притормозил, достал арбуз и нож, и раздав всем четверым по паре долек, устроил перекус на высоком берегу Спандарянского водохранилища:

Второй по величине водоём Армении после Севана, оно было устроено в 1961 году на крупнейшей в Армении реке Воротан, вдоль которой в ближайших постах нам предстоит спускаться. Лежащее в 2030 метрах над уровнем моря, водохранилище стало верхним звеном Воротанского каскада ГЭС, на первую из которых вода отсюда подаётся по 8-километровому тоннелю. Коперы, однако, встречают с другой стороны: как высочайший в Армении пресный резервуар такого масштаба, новый смысл Спандарянское водохранилище обрело в 2004 году. Оно стало истоком огромный рукотворной подземной реки, верхней станцией 60-километрового гидротоннеля Воротан-Арпа-Севан, проложенного лишь затем, чтобы исправить ошибки госплана 1930-40-х годов и не дать Севану повторить судьбу Аральского моря. Вернее, Севан с 1981 года спасает Арпа (Кечутское водохранилище на ней я показывал под Джермуком), а вот Арпу - Воротан: в естественном русле он течёт с этих гор в "пояс безопасности" Карабаха, малочисленным жителям которого хватит и того, что от реки осталось.

На мысу Спандарянского водохранилища живописно раскинулось кладбище:

А абрис гор впереди над дорогой был мне уже знаком - пусть без снегов, потаявших за лето да в зеркальном отражении. Конечно же, это Зангезурский хребет, и вон справа скалится Капутджух (3905м), его высшая точка:

В ветреной степи понемногу появляются оазисы селений. Одно из них - Ангехакот, родина Исраэля Ори, в 17 веке отправленного католикосом во главе небольшого посольства искать армянам покровителей в Европе. К тому времени хозяевами этих степей уже были тюрки: в 1604 году Восточную Армению постиг Великий Сургун, то есть по-нашему говоря - депортация. Выселения вглубь Ирана смогли избежать лишь маликства в укромных долинах, по большей части в Сюнике и Карабахе, превратившись в мелкий архипелаг. В 1699 году в Ангехакоте держали совет 9 маликов с Ори во главе: то, что он за несколько лет не смог найти в Константинополе, Венеции, Париже, Дюссельдорфе и Вене, внезапно обнаружилось в Москве, и вот малики набросали здесь "дорожную карту", вряд ли веря, что она будет воплощаться сотни лет. Это невзрачное селение на плато (я даже не уверен, что в кадре именно Ангехакот) - в каком-то смысле отправная точка нынешней Армении. Да и Азербайджана в его современном виде, как ни странно, тоже. Когда в 1920 году между двумя "молодыми демократиями" на "А" шла прокси-война за Зангезур, здесь были особенно активны и безжалостны дашнаки, опорой которых стали беженцы из Османской империи. Многие азербайджанцы тогда бежали под защиту "своих", и в том числе семья Алиевых из села Джомардлу (ныне Танаат), у которой, уже в Нахичевани, в 1923 году родился сын Гейдар.

Мы, тем временем, уже поравнялись с Сисианом, спрятанным от трассы в глубокую долину Воротана. Но на склоне долины виднеются камни в степи:

Сисиан и трассу связует два выезда - на Ереван через село Шаки и на Иран через чисто поле, с одинокой и в общем неплохой кафешкой на развилке.

От перекрёстка до камней примерно полтора километра, а над дорогой в город - ещё один, уже новодельный, "стоунхендж":

В сам Зорац-Карер от него ведёт короткая (пара сотен метров) грунтовка, и мы обнаружили здесь разом группу иностранцев, каких-то явно деловитых армян с квадрокоптером и ещё бог весь кого - достопримечательность под брендом "н-ский Стоунхендж" не может не стать популярной:

Армянское название Зорац-Карер или тюркское Гошун-Даш значат одно - Каменное Войско. В лучшее время в нём состояло 223 "бойца", из которых 47 стоят и ныне - от 1,5 до 2,8 метров ростом и весом до 8,5 тонн. Камни образуют кольц вокруг кургана, от которого на север и юг уходят чуть извивающиеся аллеи.

Ну а самая, пожалуй, загадачная деталь "каменных воинов" - отверстия, явно проделанные в камнях вручную, причём с двух сторон, так как их ходы не всегда совершенно прямые. Диаметр дыр - 4-5 сантиметров, отмечены этой "медалью" 80 валунов, то есть чуть меньше трети. Но видимо, такой наградой "каменных воинов" награждали не зря - так и не легли 37 из них, то есть большая часть уцелевших:

Каменный курган в плиточной ограде очищен от земли:

И даже в его погребальную камеру заглянуть нетрудно:

Рядом - ещё один, гораздо меньший по размеру, но обе могилы пусты:

Ну а в остальном об этом стоунхендже не известно, по сути дела, ничего. Даже возраст Зораец-Карера оценивается с разбросом от 4 до 8 тысяч лет. 17 камней с отверстиями ориентированы на восходы Солнца и фазы Луны, но что тогда с остальными? Нет здесь и признаков культа, и даже курганы скорее всего гораздо моложе, чем мегалиты. Самое простое объяснение - что древние кочевники просто построили здесь загон для скота с дырками для верёвок ограды, а их потомки все эти тысячи лет пытались наполнить его каким-то своим возвышенным смыслом.

А в общем, учёные добрались до Зорац-Карера лишь в 1930-е годы, когда в молодой Армянской ССР нациестроительство шло полным ходом. Я бы сказал, ответы на вопрос о происхождении Гошун-Даша стоит искать на Алтае, где есть, к слову, свой стоунхендж Тархата. Но сакское прошлое этих степей, сама мысль о родстве с чем-то алтайским... всё это слишком уж разит ненавистным сердцу армянского патриота пантюркизмом. Сегодня культурное сходство углядел - а завтра это всё соседям отдавать?! Да они же как придут, так все хачкары раздолбят! Так что пусть себе стоит Зорац-Карер в степной траве таким же загадочным, разве только редкими путешественникам из России напоминая о чаатасах Хакасии или балбалах Кобдинских озёр.

Степь кругом вся волнистая от курганов:

Полюбовавшись на село Шаки, через которое вернёмся на трассу...

...будем спускаться в Сисиан:

В прошлых частях я писал название этого городка как Сисян, искренне полагая, что "иа" вместо "я" использовали в русском варианте для благозвучности. Но по-армянски город пишется так же, как по-русски, только алфавит другой, и по сути в этом названии уцелел Сисакан, который мы не зря вспоминали на перевале. Поселение Сисаван на этом месте известно как минимум с 7 века, а в Средние века обзавелось тюркским названием Каракилис (Чёрная церковь - тёзка тогдашнего Ванадзора), остававшимся в ходу до 1935 года. Сисианом, однако, как и раньше, называлось окрестное плато, в 1747 году, с началом эпохи азербайджанских ханств, ставшее самым дальним владением ханов Нахичевани. Которое и отобрал у них в 1795 году карабахский коллега. И хотя было Карабахское ханство сильно, вторгшаяся в Закавказья Россия оказалась несоизмеримо сильнее: царская власть утвердилась здесь уже в 1803 году. Конфликт ханств определил судьбу Сисиана на века вперёд - к концу 19 века он управлялся не из Еревана, а из Гянджи, как волость Зангезурского уезда Елизаветпольской губернии, а потому и в Гражданскую оказался в центре войны за Зангезур. В 1974 году Сисиан получил статус города:

Долину Воротана здесь не назвать каньоном, и всё же от внешнего мира Сисиан основательно скрыт:

Но в общем сколь специфичны армянские городки, построенные в советское время из железобетона и розового туфа, столь же похожи они друг на друга:

Оживляют пейзаж разве что воинский памятник (причём даже не знаю, Великой Отечественной или Карабахской войне) и фонтаны в сквере, стилизованные под Ереванский каскад:

Да висящая над центром Каракилисе, та самая Чёрная церковь Сурб-Тадевос (689), немолодая даже по армянским меркам:

Отдельной прогулки стоило, пожалуй, её кладбище с множеством красивых стел и каменных овнов... но мы подняться туда не успели. Частный сектор вокруг церковки запомнился нам обилием архаичных машин:

Но - не столь архаичных, как вот этот комбайн "Нива" в селе Агиту за холмом, в 4 километрах восточнее города:

Понимая, что солнце уже клонится к закату, сюда мы ездили из Сисиана на такси с ожиданием. Водитель по старинке называл Агиту - Агуди: "Раньше тут азербайджане жили. Нормально жили, один хлеб с ними ели, на одних свадьбах гуляли. А теперь что? Без совести они люди!". Судя по всему, Агуди было в разы крупнее Агиту - таксист показывал нам отреновированное советское здание, азербайджанцам служившее школой, а для армян ставшее больницей.

Ну а поехали мы сюда, конечно же, не на комбайн смотреть, хотя благодаря своему расположению, он частенько туристам попадает в кадр. По соседству с комбайном лежит небольшое кладбище с питьевым фонтанчиком:

А посреди кладбища - один из самых нетривиальных памятников армянского зодчества, склеп-обелиск 7 века:

В склепе, по преданию, покоятся три князя из дома Сюни, павших смертью храбрых в битве с персами:

Правда, не ясно, откуда в легенде троица - у склепа только два проёма, причём второй представляет собой колоннаду:

А вот версия о том, что покоились тут герои, кажется правдоподобной - лесенка превращала склеп в кафедру, с которой князья или их глашатаи обращались к народу в тяжёлые времена.

Вот так выглядит тот самый Алтарь Отечества, на который тысячелетиями считалось высшей доблестью жизнь положить:

Сами по себе обелиски, связующее звено вишапов и хачкаров, были весьма распространены в Великой Армении, причём скорее всего - ещё в языческую эпоху. Но в основном это невысокие стелы с рельефами на гранях, а по-настоящему сложные обелиски чудом сохранились лишь в двух местах - в Одзуне на севере и в Агиту на юге. И одзунский обелиск впечатляет своими барельефами на тонких менгирах, а Агитуйский обелиск куда сложнее, изящнее и даже, я бы сказал, современнее. Памятник и памятник, и мало ли, что стоит он уже без малого 1500 лет.

А вокруг - маленькое, но крайне уютное кладбище с чудесными сюжетами на древних надгробиях. Ещё несколькими километрами дальше эта дорога через средневекового вида мостик (1855) приведёт в Воротнаванк, тысячелетний монастырь над долиной Воротана, но мы по сути дела променяли его на Гндеванк - успев туда утром, сюда мы уже не успевали вечером. Мы же снова вернулись в Сисиан:

Проехали его насквозь да вышли на дорогу к трассе с "ереванской" стороны. Здесь тоже хватает причудливых камней, вот только природа их сама поставила:

Ещё одно название Зорац-Карера - Караундж, что можно перевести как Каменный Букет. В этих скалах, мне кажется, оно уместнее, особенно в свете заката:

Ну а просто на трассу мы выйдем или же здесь будет ещё пункт культурной программы - не было ясно до конца. И причина тому по дороге - это Шакинская ГЭС. Она не входит в Воротанский каскад, а относится к многочисленным армянскими мини-ГЭС, в большинстве своём с советских времён паразитирующих на водопадах. Водопадов в здешних плато и каньонах множество, но самые высокие и красивые из них либо полностью выпиты трубами гидроэлектростанций (как в Касахе), либо оставлены чуть-чуть на потеху туристам (как в Джермуке), ну а Шакинский водопад - и вовсе работает по расписанию! Если точнее - в марте-апреле и октябре-ноябре с 11 до 17 часов, а с мая по сентябрь - до 19. Впрочем, директор плотины эти расписания часто игнорирует, особенно ближе к маловодной осени, а по слухам, есть в Сисиане особые таксисты, которые с ним на короткой ноге и просят включить водопад специально для своих клиентов. Но наш пожилой, интеллигентный и приятно честный таксист был, увы, не из них и до последнего не знал, пустят ли воду:

От парковки до водопада - с полкилометра, но что нам повезло, таксист сказал раньше, чем притормозил - в речке ниже водопада бурлила вода:

Над речкой - роскошная столбчатая скала, застывший поток древней лавы, не масштабом, конечно, но вычурностью достойный Гарнийского ущелья:

До водопада идти минут 5-7, и шум его даже не слышен в извилистом ущелье:

Но ущелье расступается круглой котловиной:

В которую низвергается, кажется, самый красивый водопад, что я когда-либо видел:

Высотой 18 метров и метров 30 шириной, он смотрится впечатляюще - стена гремящих струй:

Большинство действительно красивых водопадов на просторах Необъятной, увы, скрыты там, куда пешком идти не одни сутки. Из доступного по дорогам сравнимыми по красоте я могу вспомнить разве что Арсланбоб и Искандеркуль в горах Средней Азии.

Вдоль водопада можно подняться по размокшей от его капель тропе:

Виды сверху:

В том числе с самого края:

Выше по ручью - ещё один миниатюрный водопадик:

Вниманием туристов Шакинский водопад совсем не обделён - вот например шумной толпой приехали иранцы:

Скорее всего, с утра они покинули Тебриз, к полудню прошли границу в Агараке, а глубокой ночью их ждал манящий вольными огнями Ереван. Но судя по общей смуглости, сами они не из Тебриза, а откуда-то с Персидского залива и месапотамских болот:

Когда же мы только пришли на водопад, его в тишине осматривали три девушки с азиатскими лицами, и я ломал головой над их страной происхождения. 100 китайцев в Армении не успели стать господствующей формой туриста, на большей части страны таковой по-прежнему остаются немецкие пенсионеры, ну а на юге ещё и иранцы, едущие в Ереван отдыхать. Восточная Азия же здесь представлена, как в старые добрые времена, очарованными одиночками:

Таксист вывез нас к трассе, и мы непривычно долго простояли на ней дотемна. Кто-то подвёз нас до "зорац-карерского" выезда, а там вдруг затормозил джип с грузинскими номерами, и выскочившая из него девушка в чёрном принялась разбирать завал из всяких дорожных пожитков, скопившийся на заднем сидении в явно не близком пути. Каково же было наше удивление, когда мы увидели в джипе тех же самых трёх азиаток! Ими оказались японка, китаянка из Гонконга и материковая китаянка, кажется из Пекина, и для меня стало открытием, что такая компания может в принципе ужиться в одном салоне. Между собой они общались, кажется, на китайском, возможно и познакомившись на филфаке какого-нибудь университета в Поднебесной. Английским они тоже владели свободно, но разговору это не помогло - после пары попыток завести беседу, и узнав, что они завтра поедут в Татев, мы продолжили путь по тёмной степи почти молча. В Горисе азиатки спросили, не знаю ли я какую-нибудь гостиницу, и я позвонил хозяйке мини-отеля, где забронировал номер. Мини-отель оказался запрятан в частном секторе на крутом склоне, и хотя джип карабкался туда без проблем, видимо расположение девушкам не понравилось - они привезли нас к воротам, пожелали удачной дороги, кавайно улыбнулись на прощание и укатили в ночь. Такое вот классическое "Делай добро - и беги!".

Но Горис по трассе чуть дальше Татева, о котором - в следующих двух частях.

Автор VARANDEJ