Чем был хорош СССР

Меня иной раз упрекают, и чего это я вечно ищу разные недостатки в СССР. Но, согласитесь, если некая система имеет столько недостатков, что её пора заносить в книгу рекордов Гиннеса, как «самую недостаточную», то хочется исследовать её всё больше и больше, чтобы ни один самый мелкий недостаток не был забыт. Однако неправ тот, кто утверждает, что меня интересуют только недостатки СССР. Отнюдь. Я точно также ищу и достоинства этой коммунистической системы. И иногда даже нахожу. Вот сегодня я расскажу об одном очень большом позитивном факторе СССР, который (фактор) затрагивал, считай, почти всех жителей Страны Советов (только предупреждаю читательниц, что в этом посте будет некоторое количество циничных и не совсем приличных с позволения сказать шуточек, так что читать следует осторожно и не надо потом на меня пенять, если что).

Да не покажется это странным людям с активной жизненной позицией, но в мире вообще и в нашей стране в частности (а также в сопредельных странах) проживает великое количество тех, у кого активной жизненной позиции нет. Процент определить не берусь. Но – на глазок – таких людей не менее половины всего населения, а может и более. И для таких людей очень тяжело делать выбор.

Кто-то может сказать, что выбор есть всегда. С формальной точки зрения – оно конечно так. И в этой связи мне вспоминается циничная шутка, которую любил порой вставить в серьёзный разговор мой друг Юра Анисимов (бывший гитарист группы «Чёрный обелиск»). Шутка как раз про выбор. «В ж​**у дашь или Родину продашь?» мог глумливо произнести Юра в ходе какой-нибудь напряжённой дискуссии и разражался характерным, только ему одному присущим издевательским смехом. Понятное дело, что это всегда было крайней формой издевательства над вечными советскими речитативами про патриотизм советского человека. Тут, кстати, у небезызвестного Митрича был пост про самооправдания завуча одной белорусской школы, которая визировала фальшивые протоколы выборов. Вот этого завуча поставили примерно перед такой дилеммой.

Или, вот, тоже шутка от Юры Анисимова. Вернее, анекдот:

Приходит мужик поздно вечером домой, входит в дверь и раздражённо бормочет вполголоса: «Ни х** себе, б***ь! Ни х** себе!». Снимает ботинки, надевает тапочки и всё «Ни х** себе, б***ь! Ни х** себе!». В комнату заходит и всё никак остановиться не может: «Ни х** себе, б***ь! Ни х** себе!» Жена у него спрашивает: «Да что такое случилось?» Мужик в ответ: «Да захожу сейчас в подъезд, а там компания малолетних разгильдяев. И один из них нагло мне так: Либо песни пой – либо х** соси». Жена, всплеснув руками: «Ну и ты?» Мужик: «Что я, мальчик – песни петь?»

В общем-то, тоже про выбор. Юра, кстати, в юности был одним из злобных хулиганов нашего района. Он-то как раз и был одним из тех, кто морозными вечерами стоял в компашке по подъёздам и бухал портвешок. Это надо знать, чтобы понимать, какую сторону он принимал в такого рода анекдотах и почему они его так смешили. Но я не про это. Я – про тяжесть выбора.

Так вот, СССР освобождал людей от этой самой тяжести выбора. И для многих это в самом деле было приятно. Скажем – если привести пример в контексте настоящей повестки дня – политический выбор. Кто-то хочет сравнивать программы кандидатов, болеет за того или другого, желает победы своему и поражения чужому. Словом, нервничает человек. А кто-то другой, например, плевать на всё это хотел. Не хочет он делать выбор. Он хочет в день голосования прийти на избирательный участок, взять бюллетень с одним именем, торжественно опустить его в урну и затем, с чувством выполненного гражданского долга встать в очередь за сервелатом, который продаётся в буфете, развёрнутом по такому случаю на избирательном участке.

Думаете таких людей мало? Да их чуть более чем д***я. И СССР им шёл навстречу и максимально способствовал улучшению самооценки и повышению настроения.

Но политические выборы – это конечно не самый частый выбор в жизни человека. А в повседневной жизни человеку приходится сплошь и рядом делать совсем другие выборы.

Скажем, пошёл человек за пивом. Сегодня для некоторых людей это тяжкая задача. Пришёл в магазин, а там целая батарея всякого разного – и по цене, и по градусам, и по картинкам на банке или бутылке, а то и на бочонке. Вот стой и мучайся, чего выбрать. Поэтому многие люди уже заранее себе сформировали список предпочтений и покупают те сорта, к которым привыкли. Хотя, порой, кто-то и экспериментирует. Но это всё равно тяжело – держи всегда в голове, что тебе надобно (Хенекен какой-нибудь, или Баварию, или, скажем, какой-нибудь Баллантайн)

В СССР с этим дело было поставлено куда лучше. Ничего выбирать было не нужно. Человек не шёл в магазин за каким-то особым сортом или брендом. Он просто шёл «за пивом». Конечно, при этом он надеялся, что пиво будет свежим. Такой был любимый сорт пива у советских мужчин – свежее пиво. Но, в принципе, и с осадком в бутылке шло только в путь, или, если речь шла об уличной бочке или ларьке, то и безбожно разбодяженное не пойми чем. И никому в голову не приходило спросить: «А гиннес есть?» Хуинес. Есть Пиво. Пей и радуйся. И советский человек в самом деле был рад, что пиво есть. Пил и радовался. А то ведь его, пива, могло и не быть. Даже разбодяженного или с осадком. Это тоже, безусловно, было большим плюсом СССР в глазах очень многих людей. Человек освобождался от мук выбора.

Ну или, скажем, друзья хотят встретиться после работы/учёбы и просто отдохнуть. Сейчас с этим очень тяжело. Вот начинают выдумывать, в какой бы кабак сходить – кто-то предлагает старый проверенный, кто-то зовёт туда, где ещё не были, кто-то хочет в модный, кто-то туда, где почти никого не бывает. Одни сплошные муки, короче. В СССР и с этим было гораздо лучше и проще. Пошли в ближайший гастроном, взяли пару пузырей портвейна (или, по-интеллигентному – сухача) и прямо за углом выпили из горла. Очень удобно и, главное, снова не надо особо мучиться с выбором напитка и места парковки. Ну разве что кто-то скажет, что лучше не за углом гастронома пить, а на старых бетонных плитах, которые лежат в отдалении уже не один десяток лет. В промзонах можно было на пустырь пойти. На какой пустырь? Да хрен его знает на какой, но в любом районе (кроме центрального возле памятника Ленину) в любом советском городе обязательно был Пустырь. Там обычно собирались разные компашки любителей отдохнуть. А в холодное время года можно в любой подъезд. Красота.

Ну или, вот, скажем, если кто-то перед отдыхом хочет кино посмотреть. Сегодня – просто мука с этим делом. Столько разных фильмов всюду идёт, а не хочешь в кинотеатре, так дома выбирай любой, скачав из интернета. Это очень мучительно. Сиди, читай синопсис, присматривайся к рейтингу, выбирай любимые жанры, актёров, режиссёров, год... Жуть! Именно поэтому очень многие люди сегодня страдают и хором заявляют, что нынче нечего путного не снимают, «не то что в советское время». И хотя человеку с активной, как я уже докладывал, жизненной позицией, такая постановка вопроса кажется смехотворной, многие в самом деле видят только современное киног***о. А все потому, что делать выбор для них мучительно, а потому они смотрят только то, что им показывают по 1-й общефедеральной программе.

Зато какая была ляпота с этим делом в СССР! Если в страну привозили какой-нибудь фильм с Бельмондо, то вся страна об этом сразу узнавала. Представьте, двести с лишним миллионов советских людей (ну ладно, чуть поменьше – малолеток и совсем старых не считаем) – вдруг разово узнавала, что в советских кинотеатрах в этом месяце демонстрируется новый французский фильм с Жераром Депардье и Пьером Ришаром (скажем, «Папаши»). И всё – миллионам советских людей не надо делать выбор. Надо просто свериться с киноафишей и дуть в ближайший кинотеатр, где этот фильм идёт. Лучше конечно загодя, а то билетов в кассе может не хватить на вечерний сеанс. В этом было конечно некоторое неудобство. Когда сто миллионов человек одновременно узнают, что в ближайшем кинотеатре начал демонстрироваться не советский фильм о тяжком выборе директора производства в борьбе за план, а французская комедия, то билетов в кассе может не хватить. Впрочем – и в этом было преимущество советского кинопроката – эта комедия не будет сходить с советских экранов несколько недель, так что если не в числе первых, а самым последним, но этот желанный французский фильм советский человек неминуемо посмотрит.

И вообще, советское государство шло навстречу советскому человеку в его чаяниях и в плане такого отдыха, как кино, сводило выбор к минимуму. Советский человек знал, что есть советские фильмы, которые смотреть скучно, если только это не фильмы Гайдая, а есть фильмы французские, итальянские и – высшая форма кинофильма – фильмы американские. Увидел на киноафише «США» – и дальше не думай, а дуй в кассу за билетиком. А советские так, чтобы типа с тёлкой в темноте в заднем ряду пососаться час–десять–минут или тот же портвейн из горла засадить. Не, ну исключение советские фильмы, на афише которых написано «комедия». Особенно если с припиской «Л.Гайдай». Слово «Гайдай» советский человек знал – хорошо запоминалось (всего два слога). До сих пор многие только его и помнят. Типа, если «Гайдай», то почти как «Франция». Выбирать не надо, а просто – иди и смотри.

Кстати, Элем Климов, когда ему пришлось придумывать название для своей военной драмы 1985 года про зверства карателей в оккупированной Белоруссии, наверняка учёл эту психологию советского человека. Он понимал, что «Климов» – это не «Гайдай», поэтому массовка на его фильм не пойдёт. Стало быть, надо советскому человеку дать привычную установку. А что говорил один советский человек другому советскому человеку, когда рекомендовал хороший фильм? Да просто говорил – «Иди и смотри». И другой советский человек именно так и поступал. Вот так и родилось название этого ужасного фильма. И, учитывая, что помимо фильмов Гайдая большинство советских людей до сих пор называют в числе лучших именно фильм «Иди и смотри» – Климов с названием не прогадал. Ибо хорошо знал, что советский человек – an Masse – не любил делать выбор.

Ну или, скажем, такой вопрос, как выбор одежды. Причём этот вопрос имеет двойное дно. Во-первых, надо выбрать одежду в магазине. И сегодня это очень сложно. Надо ходить по всяким бутикам, по всяким Zara, H&M, а то и чего погуще, типа какой-нибудь TOM TAILOR, а то и Armani. А вообще этих названий – десятки И в каждом море всякого разного, и надо в этом копаться, примерять, и выбирать, выбирать, выбирать. Это очень тяжело. Поэтому многие люди сегодня ничего не выбирают, и вообще в разные торговые центры не заходят, а закупаются на вьетнамских рынках, а потом дружно стонут, что одежда сегодня – «не фонтан».

Кстати, к слову. Вот что первое бросается в глаза, при сравнении фотографий белорусских митингов против Лукашенко и митингов в его защиту, так это даже не то, что на первых в основном молодые лица, а на вторых – пожилые, а то, что участники первых митингов (против Лукашенко) – это те, кто покупают себе одежду в разных торговых центрах с кучей бутиков (или в их же online-магазинах), придирчиво выбирая размер, фасон, принты и вот это вот всё, а участники вторых (за Лукашенко) – прибарахляются на оптовых рынках «у нас только дешёвое г***о». И вторые, что понятно – это как раз те, кто ничего не любят выбирать. И одежда их выдаёт с головой.

Так вот, в СССР с этим было в разы лучше, чем сейчас. Советский человек не шёл себе придирчиво выбирать джинсы или, там, новую дюжину футболок с разными принтами для поездки на отдых, ну или всевозможные кроссовки и т.п. Нет, советский человек просто шёл покупать одежду. Пришёл в магазин с красивым и не сбивающим с толку названием «Одежда» и покупай что висит.

Помните сцену из фильма «Влюблён по собственному желанию» (1982 год), в котором героиня (в исполнении Евгении Глушко) решает немного улучшить свой имидж и идёт в универмаг за обновкой? В отделе платьев с множеством платьев, висящих на крючках, она видит другую покупательницу и просит её помочь разобраться, что лучше купить. А та героине в ответ небрежно кидает: «Да тут же ничего нет». Вот, сказал бы я – несоветский человек (который сегодня, наверняка, присоединился бы к митингу против Лукашенко). Ничего ей нет, видите ли. Ей, понимаешь, надо выбирать; белый верх, чёрный низ, перламутровые пуговички всякие и т.п. А лозунг советской торговли был – «бери, что дают». И не надо думать, что это какой-то наплевательский, даже циничный лозунг. Нет, это лозунг, сформированный с учётом всех особенностей души типового советского человека. «Бери, что дают» – это, собственно, означает: «За тебя всё уже продумали, что тебе лучше, и сделали выбор за тебя и для тебя. И повесили вот прямо тут, в отделе готового платья, а ты бери первое попавшееся, и топай к себе домой, не парься». Очень удобно. И, главное, никаких тяжких мук, связанных с выбором.

Впрочем, даже в советских магазинах бывали случаи, когда надо было делать выбор. Правда, выбор этот был легче лёгкого. Если советский человек видел, что в универмаге, в который он зашёл, из какого-то отдела тянется длиннющая очередь, а в других отделах ни души, значит надо топать именно в тот отдел, в котором очередь. И сразу вставать в хвост, чтобы купить – опять же, «то, что дают». Но при этом советский человек в таком варианте уже точно знал, что «дают», а вернее, в советском лексиконе – «выбросили» – что-то путное. Это конечно выбор, но выбор очень простой. Или, как там в хрестоматийном анекдоте, когда женщина, видя длиннющую очередь, пристроившись в хвост, спрашивает у мужика, который стоит перед ней: «Что дают?» А тот ей в ответ: «Конан Дойла». И тётка уточняет: «А это лучше, чем кримплен?» На что ей мужик: «На знаю. Сам на пробу две бутылки беру». Очень советский анекдот. И прекрасно иллюстрирует, что выбор – это тяжкая ноша, а его отсутствие – уфф, баба с возу – кобыле легче. Пришёл в магазин, увидел длинную очередь, вставай в конец, стой пару часов и если тебе хватит, бери и отваливай. Дома разберёшься, что купил.

Нет, вот честно. Если вдруг мой блог читает кто-нибудь из людей, приближённых к Александру Григорьевичу Лукашенко, я бы им посоветовал именно этот лозунг – «Бери, что дают». Ну, или, учитывая национальную специфику – БЯРЫ ШТО ДАЮЦЬ! Так, мне кажется, даже красивее звучит. Уверен, что если митинги за Лукашенко собирать именно под таким лозунгом, то число его сторонников удвоится. Ибо – историческая память. Будет резонанс, пойдут радостно-возбуждённые обсуждения. Гарантирую.

Представьте, приезжает Лукашенко на Минский завод колесных тягачей, чтобы пообщаться с рабочими. А те ему: «Давай, проваливай, слезай кто тут временные» ну и всё в таком духе. А Александр Григорьевич спокойно так своим зычным голосом: «Бяры што даюць!» И всё, немая сцена. И победа вчистую. Аргументов в ответ никто не найдёт.

Ну ладно, что-то я отвлёкся. О чём я? Ах да, про одежду советского человека.

Купить одежду – это полдела. Её ещё надо надеть, чтобы выйти в люди. Божечки мои, как сегодня многим тяжело даётся этот процесс. Особенно женщинам. А в советское время? Да надень любое, что висит в твоём скудном гардеробе. Хоть одежду своего папани, в котором он делал рекордную выплавку чугуна. И иди спокойно по центральной улице советского города. Никто тебе вслед не скажет: «Господи, что он такое на себя нацепил?» Советский человек надевал брюки, застиранную рубашку, пиджак 20-летней выдержки, серо-чёрные носки в ромбик, сандалии и в таком виде мог идти куда угодно. И это было уместно тоже где угодно – в институте, на работе, в кинотеатре и даже в театре. Женщины ещё могли немного покочевряжится, типа «Этим туфлям, Коля, я уже целый месяц прошу отремонтировать каблуки старыми стержнями из под авторучки, а ты словно не слышишь». Но тоже шибко выбирать не из чего было. Что дали – в магазине – то и носи.

Конечно, советский человек не чурался моды. Но и советская мода была очень благодушно к человеку устроена. Сегодня мода меняется чуть не каждые полгода и запутаться в ней легко. А в советское время модной была любая импортная вещь. У тебя есть импортные джинсы? Всё – ты модный чувак или чувиха. Есть батничек югославский с розочками на отворотах? Да ты всех покоришь. Есть только солнечные очки итальянские с никогда не отрываемой наклейкой прямо на стекле? И этого достаточно. Особенно благодаря зелёно-бело-красной наклейке. Так что если у кого что-то такое было – на отдых полагалось надевать. Это и была советская мода. Советская мода: «Надень на себя хоть что-нибудь импортное». А то, что это импортное на два размера больше или меньше, или вообще не сочетается с остальными элементами наряда – до лампочки. Спекулянт принёс импортную вещь, ты её купил – не выбирая – и уже первый парень на деревне. Красиво, модно, и очень безмятежно. И в этом был свой особый кайф.

Ладно, закругляюсь. Конечно, можно было бы рассказать про чудесные советские условия с отсутствием выбора книг, музыки, вариантов выбора отдыха, поездок по миру, участия в общественно-политической жизни и т.д. и т.п. Но, в принципе, полагаю и уже сказанного достаточно. И каждый непредвзятый человек понимает, что СССР давал каждому человеку возможность не выбирать ежедневно, а порой и ежечасно. СССР давал очень многим людям ту благостную и очень притягательную вещь, которую категорически не может дать современная система – отсутствие выбора. Для очень многих людей, повторю – это в самом деле очень гут. Да, они не имеют вкуса, они не замечают деталей, они не склонны думать и анализировать поступающую информацию, они не видят разницу в явлениях. И поэтому они категорически не желают делать выбор. И надо их тоже понять. Ибо, как ни странно, кто не хочет выбирать, тоже имеет право на этот свой выбор в пользу отказа от всякого выбора. Человек выстрадал это право – брать только то, что дают. А как нам некогда сообщил известный автор и исполнитель популярных молодёжных песен – каждый, право, имеет право. Такие дела.