Загадки этимологии: как появилось слово «арбуз»? (3 фото)

Прилавки на рынках и в магазинах в конце лета – начале осени изобилуют пирамидами и развалами бахчевых. Одной из самых популярных и любимых из них в народе как раз и является большой полосатик с глянцевой кожурой и сахарной мякотью. Не все знают, что в плоде полезны абсолютно все части. Мякоть – уже сама по себе природное лекарство, эффективно зарекомендовавшее себя при ревматизме, подагре, артрите, проблемах с почками и других недугах.

Из арбузных семян делают масло с высоким уровнем содержания цинка. Оно очень полезно для поддержания мужской силы. А китайцы, кстати, используют семечки точно так же, как и мы, семена подсолнечника: поджаривают и с большим удовольствием грызут.

Какие факторы сыграли ключевую роль при выборе названия для этой ягодки, принадлежащей к семейству тыквенных? Здесь не все так просто. В большинстве источников говорится, что родиной этой культуры является Южная Африка. Безусловно, можно предположить, что древние предки современного арбуза произрастали где-то в Намибии и Ботсване. Но как же Азия с ее практически легендарными арбузами?

На латыни арбуз гордо именуется сitrúllus lanátus. Если перевести словосочетание на русский, получится что-то типа пушистой дыни. Однако благодаря усилиям израильского исследователя Гарри Пэриса удалось раскрыть истинные путь эволюции арбуза. Ученый отметил, что все прошлые изыскания в части поиска родины арбуза и его истории были ошибочны в силу путаницы в классификации бахчевых культур. Citrúllus lanátus действительно существует. Это лимонная дыня, кожица которой покрыта мягкими волосками. Эта культура больше других соответствует почетному званию предка современного арбуза. Однако исследователю удалось найти доказательства того факта, что арбузы уже выращивали в Древнем Египте целых 4000 лет тому назад. Земледелия в Южной Африке в то время по определению не существовало.

Пэрис опроверг и связь с другой культурой, считающейся предком арбуза – cucumeropsis edulis – белосемянной дыней эгузи. Она произрастает в западных районах Африки. Но изначально ее выращивали для получения вкусных семян, а не сочной мякоти. Поэтому эксперименты в селекции не могли привести к получению арбуза, мякоть которого по сочности не имеет аналогов. Ученый уверен, что настоящий предок арбуза – это citrullus lanatus var – дикорастущее растение, называемое в Египте и Судане гурум.

С названием, как и с происхождением, тоже не все просто и однозначно. Так, украинцы, имеющие опыт в выращивании этой культуры, называют ее кавун, что в переводе с тюркского значит «дыня». А тыкву называют гарбузом. В тюркское наречие слово перекочевало от персов, которые называли дыню ослиным огурцом из-за того, что плоды не всегда вызревали и использовались как корм для животных. То есть ослиным огурцом в разное время успели побыть целых три культуры: дыня, тыква и, собственно, арбуз.

Проанализировав слово «арбуз», становится понятным, что в нем прослеживается связь с такими старобулгарскими словами как арба, арка, арпа (ячмень). А если копнуть еще глубже, то можно выделить даже в таком коротком слове два других: ар и буоз (лед). Почему лед? Все довольно просто и предсказуемо. Проводить селекционные опыты с жестким и горьким предком современных арбузов людей заставила вода. Плиний Старший – древнеримский писатель-эрудит в своем фундаментальном труде «Естественная история» описывал арбуз как охладитель для других продуктов. А еще медики древности использовали выдолбленную в форме шапочки охлажденную арбузную кожуру для лечения последствий солнечного удара у пациентов.

Кстати, изначально арбузная мякоть была желтой. Но постепенно видоизменилась до привычной для нас алой. Это обусловлено тем, что ген, отвечающий за красный цвет, и ген, регулирующий сладость, работают в паре. И чем слаще по мере селекции становился арбуз, тем в более красную превращалась и его мякоть. Таким образом, арбуз за историю в несколько тысяч лет претерпел кардинальные изменения, превратившись из мелкого горького и невзрачного плода в настоящего короля бахчи, без которого не обходится ни одна трапеза в жаркий день.