Олимпиада-80. Грандиозный провал «Кока-Колы» и выплата компенсации СССР в $2 млн (9 фото)

Это ощущение обыграл еще Василий Аксенов, заставивший в своем романе «Остров Крым» советских моряков дивиться рекламе на русском языке «Пей Кока-Кола», что светилась неоном на недоступном буржуазном острове.

Впрочем, к моменту, когда Аксенов заканчивал свое творение баночки с русской надписью «Кока-Кола» уже существовали в природе.

13 марта 1978 года Оргкомитет Олимпиады-80 подписал соглашение о спонсорских контрактах с «The Coca‑Cola Company». Прошло почти 4 года с момента избрания Москвы столицей Олимпийских игр, прежде, чем договоренности были зафиксированы на бумаге. Процесс затянулся по вине обеих сторон.

Высшее советское руководств было не настроено на сотрудничество, считая, что, во-первых, проникновение «Кока-Колы» на советский рынок это, в том числе идеологический шаг, влияние на умы и т.д. Во-вторых, уже упомянутая «Пепси‑Кола» при продаже лицензии для ее производства на заводах в Новороссийске (с 1974 г.) и Евпатории (с 1978 г.), оговорила эксклюзивные права на распространение «колы» на территории СССР и не собиралась сдавать рынок своему извечному конкуренту, тоже набиваясь в поставщики для Олимпиады. Однако, «Кока-Кола» была официальным спонсором Олимпийских Игр аж с 1928 года и позицию МОК советским начальникам пришлось учесть.

С другой стороны, руководство «Кока-Колы» недооценило советские реалии. Не считая СССР опытным игроком на поле рыночной экономики, компания долгое время предлагала не особо выгодные для советской стороны условия сотрудничества.

В итоге «Кока-Колу» и «Пепси» удалось развести по своим углам без нарушения контрактов - прийти к соглашению, что «PepsiCo» поставит в Москву для гостей Олимпиады‑80 6 млн. бутылок своего напитка, а «The Coca‑Cola Company» будет эксклюзивно распространять продукцию на территории олимпийских спортивных объектов, которые согласно международному законодательству на время Олимпиады, обладали экстерриториальным статусом.

А вот по деньгам с «Кока-Колой» договорится никак не удавалось. В итоге СССР взял свое измором.

О том как это было рассказал в своей книге «Записки олимпийского казначея» один из замов руководителя Оргкомитета Олимпиады-80 Владимир Коваль: «Около года ушло на уточнение позиций будущего соглашения и контрактов. … Основные вопросы соглашения были определены, а вот главный – каков будет финансовый взнос компании оргкомитету за право именоваться «официальным поставщиком» — до последней ночи оставался подвешенным. Наше заявление: мы назвали цену и не собираемся опускать планку. От «Кока-Колы» присутствует вице-президент г-н Бродвотер. Четыре часа утра. Бродвотер устал: как-никак пенсионный возраст даёт о себе знать. Он попросил сделать двухчасовой перерыв, чтобы собраться с мыслями. Спустя два часа мы нашли его спящим на диване в комнате отдыха охранников здания и рядом с ним стояла бутылочка кока-колы. Проснувшись, он сказал:

— Я принял решение. Я не имею права нанести моральный ущерб своей компании. Пусть я ничего не заработаю на этом соглашении. Видимо, придётся оправдывать свою фамилию и теперь перебиваться с хлеба на воду.

… Как потом выразился президент их компании, «коммунисты превращаются в капиталистов после первых же 15 минут переговоров».

В рамках соглашения «The Coca‑Cola Company» в 1978‑79 годах обязалась бесплатно предоставить советской стороне определенный объем готовой продукции, концентрат для производства этих напитков, специальное промышленное и торговое оборудование. Еще часть оборудования предусматривалась для временного использования, но СССР получал право впоследствии его выкупить.

В ходе реализации договоренностей не обошлось, правда, без советской специфики понимания термина «бесплатное распространение». Ревизия деятельности Оргкомитета Олимпиады-80 показала, что полученные от западных партнеров рекламные образцы продукции в объеме 772200 банок по 0,33 литра были … розданы сотрудникам Оргкомитета, Мосгорисполкома, Министерства пищевой промышленности СССР, Спорткомитета и т.д.

Причем сотрудники Оргкомитета еще и выписали себе вознаграждение из бюджета на проведение Игр за «погрузочно-разгрузочные работы напитка «Кока-Кола».

Вот так: по 96 банок "Кока-Колы". Неплохая прибавка к зарплате.

Впрочем, Оргкомитет точно также поступил и с «комплектами одежды «Адидас»» и другими «подарками».

Тем не менее, все шло своим чередом, стороны потирали руки, предвкушая взаимовыгодное сотрудничество, пока в феврале 1980 года Президент США не заявил о бойкоте Московской Олимпиады. Буквально тут же – 23 февраля, в день лейк-плэсидского «чуда на льду» президент «Кока-колы» пригласил советских представителей на встречу, чтобы проинформировать – компания свои обязательства выполнит в полном объеме. Однако, он недооценил решимость американской административной машины. Вскоре США пригрозило ввести санкции для всех компаний, что осуществят поставки оборудования и перевод денежных средств на цели проведения Олимпийских Игр в Москве.

«Кока-Кола» долгое время играла в молчанку, а в начале апреля заявила, что не сможет выполнить свои обязательства перед СССР.

Телекомпания NBC, купившая права на вещание трансляций московской Олимпиады потеряет из-за бойкота еще больше денег, но это уже другая история.

Начались новые переговоры, теперь уже по условиям развода, которые кончились почти полной капитуляцией «Кока-Колы». Объяснялась такая уступчивость во многом тем, что большинство оборудования уже было поставлено в Москву, а денежные средства частично переведены на счета Оргкомитета.

До бойкота были выпущены крышки для бутылок, которые так и не были никуда надеты и остались в США. Сегодня их можно купить на зарубежных интернет аукционах.

В итоге, сошлись на том, что:

- «Кока-Кола» отказывается от всех прав полученных по предыдущему соглашению;

- уже поставленное оборудование остается в СССР, при условии снятия с него упоминания торговой марки;

- оборудование, поставленное на временной основе, должно быть возвращено, но может использоваться во время Игр, время на раздумья о его выкупе СССР увеличено до февраля 1981 года;

- поставленный концентрат «Кока-Колы» будет заменен на концентрат «Фанты» [по которой было отдельное соглашение о розливе в СССР без привязки к Олимпиаде];

- компания выплатит компенсацию в размере 2 млн. долларов США, плюс закупит на 650 тысяч долларов «Фанты», что будет разлита на Очаковском заводе.

Любопытно, но даже на такие условия Оргкомитет согласился не сразу. Для начала запросили инструкции ЦК КПСС, советуя отказаться от предложений «Кока-Колы» и выставить требования о полном выполнении предыдущего соглашения, а то не дай Бог, кто-то подумает, что американские санкции оказались действенными. Ну, а когда «Кока-Кола» еще раз откажется, осрамившись на весь мир, заявить, что СССР и сам способен обеспечить участников игр прохладительными напитками.

Но ЦК КПСС месяц подумало и решило, лучше деньги в руках, чем президенту Картеру козью морду показывать и согласилась принять капитуляцию «Кока-Колы».

Вся эта кутерьма с бойкотом и санкциями вкупе с борьбой конкурентов привела к тому, что частично несостоявшиеся поставки прохладительных напитков на Олимпиаду стали для СССР одной из самых прибыльных статей дохода. В отчете о финансовых итогах Олимпиады‑80 сообщалось: общая сумма доходов от спонсорского сотрудничества с «The Coca‑Cola Company» составила 16 млн.долларов, с « PepsiCo Inc.» - 2,5 млн.долларов.

Если верить коллекционерам, была выпущена лишь пробная партия из 48 бутылок "Кока-Колы" для Олимпиады-80. Может это и фейк. Уж очень новой выглядит бутылка из одной из коллекций.

Так и вышло, что вроде «Кока-Кола» и деньги заплатила, а напиток ее мало кто в СССР попробовал.

Из воспоминаний олимпийской чемпионки-1980 по прыжкам в длину Татьяны Колпаковой: «Мы приезжали [в Олимпийскую деревню] и первым делом шли в круглосуточную олимпийскую столовую. Это при том, что спортсменам сборной СССР вообще грех было жаловаться на питание. Но в этой столовой было всё – бери, что хочешь. По нынешним меркам ничего особенного – ну, шведский стол, ну «фанта» с «кока-колой», делов-то. А для нас, советских, это был как аттракцион. Сейчас уже можно сказать: хоть тренеры и запрещали, мы всё равно «кока-колу» пробовали».

А вот для широких масс выход заморского напитка на наш рынок отложился еще на несколько лет.