Гладко было на бумаге. История одной из самых грандиозных экономических афер в СССР

В сентябре 1960 года в Рязань приехала правительственная комиссия, расследовавшая подоплёку «рязанского чуда». Итогом работы этой комиссии стала смерть секретаря Рязанского обкома Алексея Ларионова, всего несколько месяцев назад ставшего первым советским главой области, награждённым званием Героя Соцтруда. Уже после смерти Ларионов был подвергнут критике за «очковтирательство и авантюризм», а «рязанское чудо» было объявлено одной из самых грандиозных экономических афер в истории СССР.

Колхозная система, созданная в сталинские времена, обеспечивала страну дешёвым хлебом, но никак не могла обеспечить мясом в достаточных количествах. Большую часть времени колхозник работал в колхозе за виртуальные трудодни, а свои личные потребности обеспечивал за счёт личного приусадебного хозяйства. Колхозное животноводство развивалось очень медленно, тот небольшой прирост, что был, обеспечивался преимущественно за счёт личных хозяйств. Но этого было явно недостаточно, чтобы выйти на уровень передовых стран по обеспеченности мясом.

Эта проблема не давала покоя неравнодушному к сельскому хозяйству Хрущёву. Как же так, промышленность растёт из года в год, а животноводство стоит на месте? Причину неудач он видел в недостаточной мотивированности колхозников, работавших за трудодни.

Волевым решением генсека была начата радикальная реформа. Теперь каждый колхозник получал за свой труд зарплату. Вместе с тем началось наступление на приусадебные участки и личный скот.
Для горожан и жителей крупных посёлков они вообще были запрещены, а участки колхозников обложили дополнительными налогами. За счёт этих резервов планировалось обеспечить устойчивый рост по производству мяса на несколько лет, а дальше темпы должны были поддерживать за счёт коммунальных хозяйств. Хрущёв выдвинул старый ленинский лозунг «Догнать и перегнать США» и стал ждать откликов от региональных руководителей. Ярче всех выступил глава Рязанской области Алексей Ларионов. В конце 1958 года он публично пообещал за один год втрое увеличить поставки мяса силами области.

К этому времени Ларионов руководил областью уже десять лет. В 40-е годы его ждала блестящая аппаратная карьера. Он понравился влиятельному Николаю Патоличеву (с ним они вместе работали в Ярославле), по протекции которого в 1946 году был назначен главой отдела в Управлении кадров ЦК. Должность начальника управления в то время занимал Алексей Кузнецов, один из самых влиятельных выдвиженцев Андрея Жданова.

Однако вместо блестящей карьеры его ждали большие неприятности. После смерти Жданова всех его выдвиженцев поснимали с должностей, а непосредственный шеф Ларионова Кузнецов стал одним из главных фигурантов громкого Ленинградского дела. Самого Ларионова регулярно вызывали на допросы, он несколько лет прожил в ожидании ареста, но всё же ему удалось отбиться. Правда, и о карьере в ЦК пришлось забыть.

Его отправили руководить Рязанской областью, которая в те времена считалась неблагополучной. Даже в официальных выступлениях Рязань открыто называли лапотной. Индустриализация обошла регион стороной, промышленности там почти не было.
Ларионов не пал духом и активно взялся за дело. Не жалея сил, он выбивал для области и города квоты на предприятия и за десять лет сумел добиться определённых успехов. В частности, именно его усилиями в Рязани началось строительство крупного нефтеперерабатывающего завода.

Однако Ларионов не оставлял надежд вернуться в Москву. После того как к власти пришёл Хрущёв, препятствий к этому вроде бы не было. Новый генсек знал Ларионова и хорошо к нему относился. Дело было за малым: удивить Хрущёва и порадовать его.

Хрущёв рассчитывал, что за три года в стране удастся увеличить производство мяса на четверть. Ларионов пообещал увеличить его в своей области за год в три (!) раза. Обещание выглядело заведомо невыполнимым, но сразу же обратило на себя внимание генсека.

Чтобы выполнить клятву, область пришлось выжать досуха. И всё равно этого не хватило.
Область скупила почти весь скот с личных хозяйств горожан. Это было в русле политики Хрущёва, но не помогло приблизиться к обещанным результатам. Пришлось забивать приплод, который никогда не трогали. Это тоже не помогло. На мясо пустили молочных коров. Но до заветных цифр всё равно оставалось далеко.

Пришлось скупать скот с личных хозяйств теперь уже колхозников. Средств на это уже не хватило, поэтому многие колхозники получили долговые расписки о том, что деньги им вернут в следующем году. Все эти меры позволили превысить план почти в два раза. Но ведь Ларионов обещал другие цифры. Теперь уже не оставалось ничего, кроме как пойти на откровенные махинации.

Область взяла кредит, на который в других регионах было закуплено мясо, привезено в Рязань и сдано государству как местное.
Кроме того, области удалось получить обратно часть уже сданного государству мяса на реализацию в магазинах региона. Однако вместо магазинов оно вернулось обратно в Москву, оформленное уже как новые заготовки.

План удалось превзойти более чем в три раза. Хрущёв ликовал и насмехался над маловерами из своего окружения. В конце 1959 года он лично приехал в Рязань, где наградил область орденом Ленина. Ларионов был вызван в Москву и награждён звездой Героя Соцтруда. Глава области радовался как ребёнок, раньше такие награды давали только передовикам-рекордсменам и высшим партийным бонзам. Все газеты трубили о рязанском экономическом чуде, Ларионова ставили в пример региональным руководителям. Окрылённый успехом Ларионов торжественно пообещал в следующем году превзойти план уже в четыре раза.

Однако триумф буквально за несколько месяцев обернулся полным крахом.

В 1959 году нереалистичные обещания Ларионова удалось выполнить, только пустив под нож абсолютно все имевшиеся резервы. Теперь этот ресурс был исчерпан.
Даже если бы на забой отправили весь оставшийся в области скот, это не позволило бы выполнить даже стандартный план, не говоря уже про обещания. Одними только приписками такую цифру тоже было не вытянуть, такой масштаб уже не могли не заметить.

Вдобавок в Москву пошёл поток жалоб от местных жителей. Рязанцы недоумевали, почему ни в магазинах, ни даже на колхозных рынках просто невозможно купить мясо, в то время как все союзные газеты трубят, что Рязанская область в прошлом году побила все рекорды по его заготовке.

К лету 1960 года пошли жалобы и от тех, кто в прошлом году продал скот государству, но так и не получил обещанных денег. Тогда с ними рассчитались долговыми расписками с обещанием расплатиться в 1960 году, но время шло, а никаких денег они так и не увидели, потому как заплатить всем сразу было нечем.

Хрущёв поначалу заподозрил происки недоброжелателей Ларионова, которых не могло не быть у столь яркого триумфатора. Но поток жалоб оказался настолько большим, что одними только происками это было уже не объяснить.
В сентябре 1960 года выяснять подоплёку ларионовского «экономического чуда» выехала специальная комиссия.
Ларионов всё понял и пал духом. 22 сентября 1960 года он скончался. Согласно популярной версии, предвидя неминуемое разоблачение, глава обкома застрелился. Однако окружение Ларионова категорически отрицало его самоубийство. По их версии, на фоне переживаний у него отказало сердце. Официальное заключение врачей гласит, что Ларионов скончался от сердечной недостаточности.

Возникает вопрос: неужели Ларионов не понимал, чем закончится эта авантюра? Конечно, понимал. Просто он мыслил не как обычный человек, а как посвящённый в аппаратные тонкости. Главным было выдержать темп год-два. Дальше последовал бы неминуемый вызов в Москву и повышение до ЦК, а может, и Политбюро. А к тому моменту, когда в регионе начались бы проблемы, Ларионов уже входил бы в высшее руководство страны и стал бы почти неуязвим для критики. Тем более что все проблемы можно было свалить на головотяпство преемников. Авантюра была крайне рискованной, но теоретически осуществимой. Ключевой ошибкой Ларионова стало то, что он ошибся в расчётах и сходу взял абсолютно нереалистичный темп, который был не по силам области даже с тотальным напряжением и откровенными приписками.

Заготовки область сдавала уже без Ларионова. Регион, в прошлом году побивший все рекорды, в 1960 году смог выполнить лишь половину стандартного плана, став одним из худших в стране. Выправлять ситуацию пришлось уже новым руководителям. Крах Ларионова стал и крахом мечты Хрущёва догнать и перегнать Америку за несколько лет и отчасти поспособствовал его падению. В 1964 году, когда Хрущёва смещали с его поста, одним из выдвинутых против него обвинений стало «позорное покровительство авантюризму и очковтирательству Ларионова».