Сургучная история (10 фото + 1 видео)

Между тем, колдовство с сургучом происходила в каждом почтовом отделении. Сургуч находился в кастрюльке, которая стояла на электроплитке в уголке, на табурете. В него работница почты обмакивала деревянную палочку и наносила сургучные «кляксы» поверх бечёвок, которыми была перевязана посылка. Когда вязкая масса начинала остывать, работница ставила на сургучной лепешке печать почтового отделения.

Изначально сургуч был призван служить материалом для запечатывания почтовой корреспонденции. Как известно, поначалу письма запечатывались печатями из воска, в некоторых особо важных случаях печатями служили металлические круглые пластины, которые зажимали края бумаги. Металлические печати - это слишком дорого, восковые - ненадежно. Сургуч просто обязан был появиться, и он появился.

Случилось это лишь в XVI в. в Европе. Но место его рождения - отнюдь не Европа. Это клейкое вещество привезли из Китая голландские мореплаватели.

20 сентября 1519 г. порт испанского города Санлукар-де-Баррамеда гудел как растревоженный улей. Сотни людей суетились возле пяти каравелл, готовых тправиться в дальнее, полное опасностей и приключений путешествие. Наконец, этот торжественный миг настал. Расправил паруса "Сантьяго" капитана Жуана Серрана, соратника знаменитого Васко да Гаммы, отдала швартовы "Виктория" казначея экспедиции Луиса де Мендосы, убрал трапы "Консепсьен" знатного Гаспара де Кассады. Последними подняли флаги и покинули порт "Сан-Антонио" Хуана де Картахены, личного представителя короля Карла I, и флагманский "Тринидад" командующего походом контр- адмирала Фернана Магеллана, португальца на службе у испанской короны.

"Куда направляется столь внушительная, хорошо вооруженная, добротно снаряженная экспедиция?" - гадали санлукарцы, пришедшие проводить отважных мореплавателей. Они, жители главных морских ворот королевства, насмотрелись на то, как снаряжаются корабли в плавание, будь то в Индию, на Мадагаскар и даже в загадочную, совсем недавно открытую Америку. Ничем их не удивить. Но догадаться о том, куда держит путь контр-адмирал Магеллан, им оказалось не по силам. Мало того, об этом не ведомо даже матросам его пяти каравелл.

Да разве одним матросам! О цели предстоящего плавания не знали даже капитаны "Сан-Антонио", "Консепсьона", "Виктории" и "Сантьяго"! На все их вопросы Магеллан уклончиво отвечал: "Ваша обязанность - следовать днем за моим флагом, а ночью за моим фонарем".

Но почему он делал секрет из своих планов? Все очень просто: опасаясь предательства, Магеллан никому не доверял. При этом больше всего он боялся встречи с кораблями бывших соотечественников - португальцев, главных соперников Испании на океанских просторах. Магеллан не мог допустить, чтобы экспедиция, которую он так долго и тщательно готовил, сорвалась.

И в самом деле, это было бы весьма досадно, потому как задумал смелый путешественник совершить то, что до него не удавалось ни одному мореходу - дойти западным путем до островов Пряностей - так в XVI в. европейцы называли индонезийские Молуккские острова. Дойти именно западным путем, не через Индийский океан, где хозяйничали вездесущие португальцы, а через Атлантический, обогнув южную оконечность Америки.

Сегодня все мы знаем, что поставленная Магелланом цель была достигнута. Экспедиция не только добралась до богатых мускатом, перцем и гвоздикой островов, открыв на пути к ним Тихий океан, но и совершила первое в мировой истории кругосветное плавание. Благодаря походу Магеллана люди убедились в том, что Земля круглая, а океаны, омывающие ее сушу, нераздельны.

К сожалению, цена этих великих открытий была также велика.

Через три долгих года после начала экспедиции, 6 сентября 1522 г. к берегам Испании причалила лишь "Виктория", единственная уцелевшая каравелла. На ее борту находилось всего-навсего 18 человек - из 256, отправившихся в плавание! Потомки помнят этих героев поименно, в том числе двух отважных мальчишек - юнгу Хуана де Сантандера и его помощника Хуана де Субилету. Другие утонули, умерли с голоду, пока корабли пересекали бескрайний Тихий океан, кто-то попал в плен к португальцам, кто-то, как Магеллан, погиб в стычках с воинственными аборигенами - жителями далеких островов...

Почему мы так подробно рассказали об известных еще со школьных времен фактах? Чтобы акцентировать ваше внимание на том, что современники признали экспедицию успешной - затраты на ее снаряжение с лихвой окупил ценный груз, доставленный многострадальной "Викторией". В основном, это были пряности. Но не только они. Кроме мешков с перцем и мускатом из далекого, полного загадок Индокитая, испанские моряки привезли еще кое-что, не мене важное: особое клейкое вещество, героя нашего рассказа, которое мы с вами называем "сургучом".

Поначалу его называли "испанским воском", намекая при этом на его главную задачу - надежно запечатывать корреспонденцию. С первых лет своего появления в Европе сургуч был большой редкостью - только самые богатые граждане, включая особ королевских домов, могли позволить себе использовать его на своих письмах - все остальные довольствовались старым добрым, но таким ненадежным воском.

Сначала все европейцы пользовались привозным сургучом. А потребность в сургуче была в те времена весьма значительной. И это совершенно неудивительно, поскольку конвертов еще не существовало, а письменное сообщение, вложенное в чистый лист бумаги, складывалось в столбец, столбец складывался в квадрат, квадрат сгибался пополам. И на краях образовавшегося при этом прямоугольника делали прорези, в которые вставлялась бумажная ленточка. Концы ленточки скрещивались и припечатывались сургучной печатью либо перстнем-печаткой отправителя.

Был и другой способ запечатывания писем, используемый многими правительственными учреждениями. В этом случае "конверт" складывали прямо из листа, на одной стороне которого был написан текст. Для его соединения на углах при помощи сургуча наклеивались облатки - листочки красной бумаги. Сверху облатки заклеивались еще полоской белой бумаги. Она называлась "кустодия". Все это обклеивалось сургучными печатями большого размера, которыми старались подчеркнуть важность письма. Если письмо было срочное, то оно отпечатывалось печатью с изображением перышка.

Таким образом, для того чтобы прочесть письмо, было необходимо сломать находившиеся на нем печати. Отсюда и появилось выражение "распечатать письмо". И другое выражение - "за семью печатями", намекающее на какую-либо тайну.

Приготовление сургуча совсем недолго хранилось в секрете: он перестал быть предметом роскоши через каких-то двадцать-тридцать лет, прошедших со времени экспедиции Магеллана. Теперь не только короли могли позволить себе запечатывать письма рельефными печатями из "испанского воска" - уже в середине богатого на события XVI в. их мог изготовить любой желающий. А все потому, что некий Самуэль Циммерман, житель немецкого города Аугсбурга, не пожадничал и в сочинении об искусстве переписки (были в старину и такие руководства) раскрыл известный ему рецепт красного сургуча. "Надо взять чистой белой смолы, - написал в своей книге добрый Циммерман, - распустить ее на умеренном угольном огне и, когда она распустится, снять с огня и вмешать в смолу на один фунт четыре лота мелкой малярной киновари, дать вместе застыть или перелить в холодную воду, и получится красивый красный, крепкий сургуч".

Почему Циммерман писал именно о красном сургуче? Потому что красный сургуч долгое время был самым распространенным. Хотя не единственным. Придавать сургучным печатям различный, намекающий на содержания письма цвет додумались, в общем-то, не европейцы - первыми были еще древние римляне. Конечно, речь тогда шла не о сургучных, а о восковых печатях. Например, свадебные приглашения римляне скреплялись белой печатью, а трагические сообщения - черной, траурной.

Так и сургуч, в зависимости от пожелания отправителя письма, мог быть черным - благодаря добавлению в смолу ламповой сажи или жженой слоновой кости. Впрочем, он мог быть самого разного цвета: зеленым за счет краски ярь-медянки или желтым из-за хромового желтого красителя.

Подлинно известно, что в Англии и во Франции различным типам посланий присваивались различные цвета печатей, и поэтому получатель, не распечатывая письма, мог знать о том, какого рода известие оно содержит. Например, во Франции красный сургуч употреблялся, как правило, для деловых писем, белым сургучом скреплялись известия о свадьбе, шоколадный приглашал на торжественный обед или ужин, а черный, как и в Древнем Риме, на похороны.
Вообще же, фантазии отправителей писем не было предела, и в различных жизненных случаях ими использовались печати самых неожиданных оттенков, в том числе розовые, рубиновые, желтые, синие, серые... Рубиновый сургуч, например, берег секреты жениха и невесты, серый использовался для дружеской переписки и т.д. Влюбленные и этот способ переписки сумели превратить в тайный язык любви. Цветными сургучами они сообщали о своих мыслях, планах и намерениях.

Со временем были созданы многочисленные фабрики по производству сургуча, где рецепт великодушного Циммермана постоянно усложнялся. Сургуч варили на основе смолистых веществ или воска с добавкой наполнителей - мела, гипса, окрашивали ультрамарином, киноварью, сажей и другими минеральными красками... Чего только не добавляли в сургуч для улучшения его качеств! Даже ароматное гвоздичное масло, чтобы запахом горящей смолы не осквернять обоняние знатных особ, лично запечатывающих свои послания! В конечном итоге готовую продукцию продавали в виде отполированных до блеска палочек, а иногда, для пущего шику, их покрывали бронзовой краской, серебрили и даже золотили!

Впрочем, главным при производстве сургуча всегда оставались его свойства, а не цвет. Сургуч должен был не терять твердости при самой высокой летней температуре и в то же время легко плавиться от пламени обычной свечи. Что он благополучно и делал.

С появлением конвертов со смазанными клеем клапанами использование сургуча для опечатывания частной корреспонденции резко сократилось. Но зато в почтовых службах всего мира применение его было по-прежнему велико. В погоне за возможной сохранностью, сургучные печати старались накладывать там, где надо и не надо. Еще в 70-х гг. ХХ в. в почтовых предприятиях бывшего СССР, опечатывались и мешки с корреспонденцией, и мешки, в которых пересылалась почтовая (в том числе и бумажная) тара. Опечатывались бумажные посылки, бланочная продукция, овощные корзинки с картошкой и корзинки с фруктами. За эту непомерную тягу к сургучным печатям почтовых работников долго дразнили "сургучниками". Правда, ни о каком цветном сургуче речь уже не шла - сургуч стал одного цвета - цвета молочного шоколада. И пах он далеко не гвоздичным маслом, а весьма противно.

Но неужели сургуч ждет забвение? Вряд ли. Сегодня сургуч становиться все популярнее в оформление подарочной и рекламной продукции. Мастера хэнд-мейд превращают скучный, на первый взгляд, материал в изящную декоративную деталь. Украшенные такой печатью модные родословные и истории фамилий приобретают флер таинственности. Сургуч ассоциируется с чем-то древним и невероятно важным; именно поэтому его все чаще используют в оформлении приглашений, а также разнообразных свидетельств и грамот.

Никаких тайн сургуч больше не скрывает, но списывать его со счетов пока рановато! Меняется его внешний вид, создаются всевозможные добавления к привычному материалу, невероятно его украшающие. Начинается новый век сургуча - время праздника и роскоши.