Боевые самолеты. Я здесь, линкор, прими мою любовь (17 фото)

Естественно, в качестве такого самолета рассматривался цельнометаллический моноплан с убирающимися шасси и большой дальностью полета.

В 1932 году японский флот получил такой самолет. Это был Hirosho G2H1 или бомбардировщик Тип 95 «Daiko».
Нельзя сказать, что самолет был удачным, скорее, наоборот. Шасси не убирались, из-за чего пострадала управляемость и аэродинамика. Бомбардировщик оказался очень медленным и неповоротливым, потому серия была небольшой, а «Дайко» в основном провели свою жизнь в качестве транспортных самолетов.
А на сцене появилась фирма «Мицубиси», эффектно станцевавшая вальс с «Юнкерсом» и Объединенной моторостроительной компанией в 1928 году. Танец оказался настолько эффективным, что посланцы «Юнкерса» Ойген Шаде и Вилли Кейл оказались в Японии в качестве инструкторов по обучению японских инженеров, привезя с собой чемодан документов. В чемодане оказались весьма полезные для японцев эксклюзивные права на ряд оригинальных патентов Юнкерса, и лицензии на производство двухмоторного легкого бомбардировщика К-47 и четырехмоторного тяжелого K-51.

Немцы очень скоро взрастили целый выводок инженеров типа Такахаши, Озавы, Хондзё, имена которых икались союзникам всю Вторую мировую.
Воодушевленный результатами, Ямамото усадил флотских авиаконструкторов (звучит, да?) за проектирование новых самолетов для флота. Пора было показать этим сухопутным выскочкам, что на флоте тоже умеют строить самолеты.
Показать должны были Хондзё, Кубо и Кусабаки. Ямамото не особенно им выкручивал руки, потому что сам видимо не мог толком представить, что ему нужно. Но нужен был самолет, лучше, чем у сухопутных летунов.
В общем, «Мицубиси» получила заказ на разработку вроде бы двухмоторного дальнего разведчика наземного базирования, но с перспективой переделки в бомбардировщик.
Трио молодых специалистов не ударило в грязь лицом и выкатило самолет в указанные сроки.
А ведь хорош, правда? Чистый силуэт обещал хорошую аэродинамику, два мотора Hiro Type 91 по 650 л.с. разгоняли самолет до 350 км/ч. А дальность была вообще исключительная, с запасом топлива в 4200 л самолет мог пролететь 4400 км в нормале, а по максимуму 6500 км.

Ямамото был более чем доволен и тут же выдал задание на дальний бомбардировщик наземного базирования, способный нести бомбовую нагрузку в 800 кг и иметь оборонительное вооружение из трех 7,7-мм пулеметов. Задание выдали даже без конкурса, что говорит о полном доверии к «Мицубиси».
Естественно, базой для разработки должен был стать Ка.9, удачный прототип разведчика, который так и остался в единственном экземпляре.
Назвали все это «Проект 79» и начали разрабатывать бомбардировщик. Понятно, что теперь игры в свободомыслие закончились и настали суровые имперские будни. Было оговорено все, что касалось будущего бомбера, от размеров до вооружения.
По сравнению с предшественником, Ка.15 изрядно потолстел в фюзеляже. Планировалась установка трех стрелковых башен, а экипаж должен был состоять из пяти человек. Еще одним новшеством стали узлы подвески торпеды, для которых потребовалось отдельное усиление конструкции.
Так как увеличилась нагрузка, пришлось усилить и шасси. Но по факту, все эти работы не заняли много времени и в июле 1935 года самолет уже совершил свой первый полет.
Сразу же японские инженеры начали подбирать двигатели, которые обеспечили бы максимальную эффективность самолета. Всего было построен 21 прототип с разными силовыми установками. Лучший результат показал образец №4, с моторами «Kinsei-3», мощностью 910 л.с. Именно этот прототип и стал образцом для серийного производства.
В июне 1936 года проект был утвержден для серийного производства. Самолет получил название G3M1 или «Морской базовый средний штурмовик Тип 96-I модель 1», чтобы стать известным как «96-1 Rikko».

Все лето 1936 года шли испытания, в том числе и войсковые.
Испытания показали, что самолет обладает значительными возможностями для дальнейших модернизаций. Потому одновременно с использованием G3M как морского разведчика, способного наносить удары по кораблям, начались работы про превращению Ка.15 в дальний бомбардировщик.
На этих самолетах появился застекленный нос, в котором располагалась кабина бомбардира и астронавигационный купол для штурмана. Вместо подвески для торпеды под фюзеляжем установили два универсальных бомбодержателя, рассчитанные на подвеску до 800 кг бомб.
Застекленный нос не прижился, в командовании сочли, что стандартная модель может выполнять функции бомбардировщика. Зато была значительно увеличена кабина, что сразу вызвало массу благожелательных откликов от летного состава.
Первые G3M1 поступили на вооружение с начала 1937 года, а к концу бомбардировщик стал стандартным в нескольких подразделениях.
Тем временем подошла новая версия «Kinsei» модель 41, мощностью 1175 л.с. Этот двигатель начал устанавливаться на модификацию G3M2 «Тип 96-2».

Версия претерпела изменения, причем, изрядные. От выдвижных пулеметных башен решили отказаться в угоду аэродинамике. Слишком уж они снижали скорость в боевом положении, до 60 км/ч. Нижнюю башню убрали, заменив ее парой бортовых турелей с пулеметами, а вместо верхней башни появилась турель с 20-мм пушкой, которую накрыли прозрачным колпаком-обтекателем. Ну и заодно добавили топливных баков на 600 литров.
Боевое крещение «Rikko» получил в июле 1937 года в Китае, где началась японо-китайская война. Командование флота решило именно с помощью дальних бомбардировщиков нанести максимальный урон китайцам. Японские адмиралы сочли, что уничтожение китайских ВВС, нейтрализация флота и захват Шанхая – этого будет достаточно для того, чтобы китайцы капитулировали.
Вообще в 1932 году у японцев это почти получилось. Но тогда кампания длилась чуть больше месяца, а в 1937 году японцы посчитали, что с помощью новых самолетов смогут решить вопросы намного быстрее.
Однако китайцы совершенно не собирались ждать пять лет, пока за ними прилетят, и Чан Кай Ши сделал многое для того, чтобы встретить японцев в воздухе. Для начала он нанял американского специалиста Клэра Шеннолта, который значительно поработал на благо китайских ВВС и обеспечил закупку современных самолетов из разных стран. А потом создал подразделение «Летающие тигры», которое покрыло себя славой во время войны в небе Китая.
И когда G3M1 и G3M2 вылетели, чтобы бомбить Шанхай и Ханьчжоу, их встретили вполне организованные ВВС Китая.

Когда 18 бомбардировщиков G3M1 появились 14 августа над Ханчжоу, китайские истребители без потерь со своей стороны сбили 6. Кроме того, в тот же день ВВС Китая послали около сотни бомбардировщиков бомбить японские корабли. А над Нанкином китайские истребители сбили 10 бомбардировщиков (из 20 вылетевших) с авианосца «Кага».
Первый шок быстро прошел, и японская авиация продолжила налеты. 15 августа японские летчики совершили полет над водами Восточно-Китайского моря в 1150 миль в оба конца и успешно отбомбились по Шанхаю. Без потерь.

Получилась первая в истории трансокеанская бомбардировка.
В общем, демонстрация возможностей у японцев вышла хоть куда. В Китай прибыли наблюдатели из многих стран, поскольку в то время считалось, что максимум, на что способны японцы – это просто копировать немецкие самолеты.

Внешнее сходство между «Мицубиси» G3M и «Юнкерс» Ju-86, конечно, было.

Именно это и породило домыслы о том, что японский самолет – копия. На самом деле G3M появился в чертежах в 1933 году, на два года раньше, чем Ju-86.
Японцы смогли удивить весь мир, но на самом деле победы G3M не стали такими уж однозначными. Китайские летчики и зенитчики не были мальчиками для битья. Только морская авиация потеряла в небе над Нанкином 54 бомбардировщика. Ночные бомбардировки оказались не так эффективны, как хотелось бы. Китайскую столицу прикрывали многочисленные прожектора, в свете которых истребители могли действовать не так, как днем, но тем не менее, эффективно.
Боевое применение G3M показало, что самолет не обладает в достаточной мере защитой, как в плане брони, так и в плане оборонительного вооружения.
В итоге японское наступление на Шанхай было остановлено, а японская авиация практически прекратила действия. Бомбардировщикам требовались истребители, способные прикрывать их на всем маршруте следования.
Ситуация несколько выправилась с появлением истребителей «Мицубиси» A5M1 и A5M2a, которые смогли прикрыть действия бомбардировщиков.
Но у японцев появилась новая головная боль: советские истребители И-15 и И-16 с советскими же летчиками-добровольцами. В одном из налетов на временную столицу Ханькоу летом 1938 года, советские добровольцы на И-16 сбили 23 бомбардировщика G3M из 36 участвовавших в рейде. Истребители сопровождения, отягощенные большими дополнительными топливными баками, не могли оказать достойного сопротивления вертким истребителям Поликарпова.
От отчаяния японцы даже обратились к идее эскортного истребителя на базе G3M, без бомбовой нагрузки, с увеличенным до 10 человек экипажем и усиленным вооружением с дополнительными четырьмя пулеметами 7,7-мм. Истребители так и не смогли научиться летать так, чтобы сопровождать бомбардировщики.

К 1940 году у «Мицубиси» был готов новый самолет, бомбардировщик G4M1. Однако командование флотской авиацией не спешило давать «добро» на запуск в серию новой машины, поскольку это однозначно привело бы к снижению темпов выпуска столь необходимых в войне с Китаем бомбардировщиков.
И было принято решение модернизировать G3M насколько это будет возможно, не снижая темпов выпуска, потому что в небе Китая G3M падали с завидной регулярностью.
На самом деле значительный новшеств было не много. В носовой части появился 7,7-мм пулемет для защиты от лобовых атак (спасибо советским добровольцам, показали, как это), да в 1942 году очередной раз сменили моторы на более мощные «Kinsei 57». Этот вариант пошел в серию как G3M3 Модель 23, но выпускался на производственных мощностях фирмы «Накадзима» вплоть до самого окончания выпуска в 1943 году.
Когда заполыхало по всему миру, никому в мире уже не было интересно, что на китайские города летали уже G3M и G4M, сопровождаемые новейшими истребителями «Мицубиси» А6М2, которые скоро станут очень известны как «Зеро».
Но заговорили о них только в конце 1941 года, как раз после Перл-Харбора. Когда заполыхало все и в Тихоокеанском регионе. К тому времени более 200 бомбардировщиков G3M были сосредоточены на позициях за пределами Японии, поближе к британским и голландским колониям.
Кроме того, в преддверии войны японцы очень активно готовились к широкомасштабным действиям в океанской зоне, что вылилось в создание на базе G3M дальнего высотного разведчика G3M2-Kai.
Получилась весьма интересная машина с неплохими характеристиками.

Бомбардира убрали, вместо него в носовом отсеке установили автоматическую камеру с широкоугольным объективом. Рабочая высота G3M2-Kai составляла 9 000 метров. Высота, с которой сковырнуть этого разведчика было очень непросто. В 1941 году было крайне мало истребителей, которые могли бы на такой высоте догнать и сбить этот самолет.
Эти разведчики вели съемку весь 1941 год. Филиппины, Гуам, Новоя Британия, Французский Индокитай, Лусон – везде G3M2-Kai вели разведку, но ни разу не были перехвачены. Хотя на экранах радаров они попадали систематически и регулярно.
А 8 декабря 1941 года по Японскому времени или 7 декабря по остальному G3M начал свой путь в серьезную историю. 54 (на самом деле 53, один самолет разбился при взлете) G3M вылетев с аэродромов на Формозе (Тайвань) долетели до Филиппин, где нанесли удары по американским объектам типа главной базы Кларк Филд и вспомогательных аэродромов.
36 самолетов нанесли удар по острову Уэйк, уничтожив там авиацию Корпуса морской пехоты фактически полностью. 24 G3M бомбили британцев в Сингапуре, а целый кокутай (авиаполк) торпедоносцев искал британские же корабли в водах Малайского пролива.
Кстати, нашли. И так G3M вошли в историю, потому что то, что последовало за вылетом самолетов из 22-й Koku Sentai, является не просто историческим фактом, а несколько большим.
10 декабря 1941 года бомбардировщики и торпедоносцы из кокутаев «Mihoro» и «Genzan» 22-й воздушной флотилии (Koku Sentai) под командованием капитана второго ранга Камео Сонокавы нашли в море так называемое «Соединение Z».
Линкор «Prince of Wales», линейный крейсер «Repulse» и четыре эсминца («Electra», «Express», «Tenedos» и «Vampire») шли Малайским проливом из Сингапура, чтобы оказать поддержку британским войскам.
В 11 часов утра, находясь в воздухе уже около 4 часов, Сонокава увидел внизу английские корабли и отдал приказ по радио об атаке.

Первыми в атаку пошли бомбардировщики, сбросив бомбы на линкор и линейный крейсер. Затем в атаку пошли торпедоносцы из кокутая «Гензан». Девять G3M первой эскадрильи прорвались через стену зенитного огня, и сбросили торпеды по «Принцу Уэльскому». Вторая девятка торпедоносцев атаковала крейсер «Рипалс».
Британцы открыли огонь по самолетам, но G3M прорывались через зенитный огонь и сбрасывали свой груз. К полудню «Принц Уэльский» шел малым ходом с заклиненным рулевым управлением. «Рипалс», окутанный дымом, мог еще маневрировать, ведя интенсивный зенитный огонь.
Затем подошли торпедоносцы из кокутая «Михоро». Точно так же первая эскадрилья из 9 G3M атаковала линкор, а вторая – линейный крейсер.
Зенитный огонь британцев вызывал удивление. Он, конечно, был. Но командир одной из эскадрилий Такахаши ТРИЖДЫ выводил в атаку свой G3M, потому что у него заклинило замки торпедной подвески. И в итоге сбросил-таки торпеду по «Рипалсу». Чем занимались зенитчики – отдельный вопрос. Учитывая, что по факту G3M броней не обладал совсем, много этим самолетам для выхода из строя не было нужно.
Тем не менее, японцы потеряли всего 3 торпедоносца G4M1 и один (!!!) G3M3.
Ну а чем закончился этот жуткий для британцев день, всем известно. Третья волна бомбардировщиков и торпедоносцев окончательно отправила «Принца Уэльского» и «Рипалс» на дно. Первый получил шесть торпед и одну бомбу 250 кг, второй – пять торпед.

Победа над «Соединением Z» стала звездным часом в карьере G3M. Да, самолет провоевал всю войну, но именно потопление линкора и линейного крейсера британцев стало пиком военной карьеры. Ведь Британия потеряла не только свое самое значительное соединение в регионе, она упустила стратегическую инициативу и в итоге потеряла колонии.
Новостью, что 10 декабря почти без потерь японскими летчиками были потоплены «Принц Уэльский» и «Рипалс», были ошеломлены не только британцы, но и сами японцы. Никто не ожидал такого результата, но в принципе, все было вполне логично. За первые два дня боевых действий японские бомбардировщики сделали столько боевых вылетов, сколько совершили все европейские бомбардировщики за 5 лет Первой Мировой войны.
Скоро G3M стал широко известен на всем Тихоокеанском театре военных действий. На Филиппинах, Малайе, Сингапуре, Голландской Ост Индии – повсюду падали бомбы, которые несли G3M.

Но чем дальше, тем яснее становилось, что G3M устаревает. Увы, но это был факт. В августе 1942 года G3M принял самое непосредственное участие в попытках японцев отбить Гуадалканал у американцев. В Рабауле было сконцентрировано 5 корпусов дальних бомбардировщиков, которые работали по Гуадалканалу.
Но подразделения, вооруженные G3M формировались вплоть до 1944 года, пока выпускались самолеты. Последний полк был сформирован в ноябре 1944 года, это был 762-й ночной полк торпедоносцев на Филиппинах.
Но уже начиная с второй половины 1943 года G3M начали постепенно выводиться из боевых подразделений и перепрофилироваться в транспортные, связные и патрульные. Некоторое количество G3M было переделано в буксировщики планеров.
Но очень эффективно зарекомендовали себя G3M в качестве патрульных самолетов. Первые патрульные G3M3 по сути ничем не отличались от стандартных бомбардировщиков, просто начали выполнять другие функции.
Бомбардировщики G3M были одними из первых самолетов, которые начали сопровождение морских конвоев и борьбу с подводными лодками союзников. Базировались морские патрульные самолеты в Сайгоне, Сингапуре, Маниле, Такао, Окинаве и Татэяме, а также на Суматре и с баз вдоль китайского побережья. G3M стали первыми поисковыми самолетами, которые начали оснащать радарами.

Именно поисковики G3M обнаружили американский флот вторжения перед сражением в Филиппинском море 24 октября 1944 года.
Противолодочная модель G3M, которую обозначали как G3M3-Q, появилась в 1944 году и отличалась наличием у него детектора магнитных аномалий. Всего было модернизировано подобным образом около 40 бывших бомбардировщиков. На некоторые самолеты устанавливали под небольшим углом 20-мм пушку, стрелявшую под углом вниз.
Японцы считали, что G3M3-Q действовали против подводных лодок союзников довольно успешно. Например, 901-й противолодочный кокутай за год отчитался о 20 победах над американскими подводными лодками. Но насколько умели составлять отчеты японские летчики, мы знаем.
Были переделки в транспортный самолет.
В принципе, для середины 30-х годов это был очень продвинутый самолет. Вопрос только в том, что G3M просто не успевал за развитием техники и к середине войны стал просто устаревшим самолетом, просто не способным на нормальные боевые действия в условиях противодействия истребителей союзников.
Но в истории G3M останется именно как победитель «Принца Уэльского» и «Рипалса». Заслуженно, кстати.

Размах крыла, м: 25,00
Длина, м: 16,50
Высота, м: 3,70
Площадь крыла, м2: 75,10
Масса, кг
- пустого самолета: 5 250
- нормальная взлетная: 8 000
Двигатель: 2 х Mitsubishi МК.8 Kinsei-51 х 1300
Максимальная скорость, км/ч: 415
Крейсерская скорость, км/ч: 295
Практическая дальность, км: 6 200
Максимальная скороподъемность, м/мин: 545
Практический потолок, м: 10 300
Экипаж, чел: 5
Вооружение:
- одна 20-мм пушка тип 99 модель 1 в блистере на фюзеляже;
- четыре пулемета 7,7-мм тип 92: в двух боковых блистерах, верхней убираемой башне и в кабине у штурмана;
- до 800-кг бомб или 800-кг торпеда на внешней подвеске.


*В названии использован отрывок из текста песни "Вперед и вверх" Сергея Калугина и группы "Оргия Праведников"