Интересные факты о Салтыкове-Щедрине (5 фото + 1 видео)

«Салтыков-Щедрин» — звучит как частушка. Факт о том, что настоящая фамилия литератора на самом была другой, мало кому знаком.

Мальчик родился в семье Салтыковых. Его отцом был потомственный дворянин Евграф Васильевич Салтыков, а матерью – дочь известного московского купца Ольга Михайловна Забелина. Под фамилией Салтыков будущий писатель рос, воспитывался и учился, и долгое время работал, но в определённый момент встала потребность в псевдониме. Это произошло потому, что Михаил Евграфович в то время находился на государственной службе. В своих сатирических произведениях он высмеивал людские пороки и не самые лицеприятные черты характера людей.

Под прицел пера нередко попадали чиновники или госслужащие. Коллеги и начальство с возмущением искали прозрачные намёки и личные признаки в героях произведений. Кто-то из друзей справедливо предостерегал сатирика, что подобная ситуация может обернуться против карьеры Михаила Евграфовича. Эту мысль поддержала жена писателя, поэтому было принято решение для литературной деятельности использовать псевдоним.

Что в имени тебе моём?

Искусствоведы и биографы Салтыкова не одно десятилетие бились над разгадкой того, почему литератор для псевдонима выбрал именно фамилию Щедрин. Однозначного ответа найти так и не удалось, но в ходе исследований появились четыре самые достоверные версии:

«Крестьянская». Мать Михаила Евграфовича, когда он был ещё ребёнком, провернула удачную аферу, результатом которой стало выгодное приобретение деревни Заозёрное. Селение было небольшое, но через двор в нём жили крестьяне с фамилией Щедрины. Может быть яркие воспоминания детства повлияли на писателя, поэтому он сделал выбор в их пользу.

«Любовная». Женой литератора стала девушка, которую мужчина безумно любил. Он сделал всё возможное, чтобы обеспечить ей и детям достойный уровень жизни и безбедное существование. Сын писателя указывал в своих воспоминаниях, что вероятно, мать, понимая всю широту души и щедрость мужа и отца своих детей, посоветовала взять такой «добрый» псевдоним.

«Французская». Произведение автора «Губернские очерки» было издано в типографии Санкт-Петербурга в 1857 году. На нём впервые появилось имя – Н. Щедрин. В рассказах описывались факты из жизни простых крестьян, проблемы страны, высказывались нетипичные для России XIX века либеральные мысли. Создавалось впечатление, что идеи позаимствованы у идейных вдохновителей французской революции, произошедшей девятью годами ранее. Сам термин «либеральные» (généreux) во Франции переводится ещё и как «щедрый». Как известно, Михаил Евграфович с подростковых лет владел французским языком. Возможно, интересная авторская мысль натолкнула Салтыкова-Щедрина на то, чтобы воспользоваться таким псевдонимом «французского» происхождения.

«Раскольничья». Находясь в вятской ссылке, литератору пришлось поучаствовать в расследовании уголовного дела, в котором фигурировали раскольники. Один из допрашиваемых был очень заметный человек. Он обладал недюжинным умом и самообладанием. Фамилия этого свидетеля, который очень понравился литератору и вызвал глубокое уважение, была Щедрин.

В XIX веке большой проблемой были азартные игры, особенно – карты. Картёжники могли проигрывать целые имения, а то и состояния. Не обошла эта пагубная страсть и Салтыкова-Щедрина. К счастью, у него хватало самообладания, чтобы не делать высокие ставки, поэтому проиграться в пух и прах он не мог.

Таланта к карточной игре у Михаила Евграфовича не было, и все знакомые констатировали, что играл литератор плохо. Умение блефовать для мужчины осталось непостижимым, это усугублялось полным отсутствием способности трактовать манеру игры соперников, а также — их психологию.

Но поражения воспринимались крайне серьёзно и даже болезненно. Мужчина становился агрессивным, злым, раздражающимся. Признать свои ошибки в игре сатирик считал унижением, поэтому Салтыков-Щедрин личные неудачи приписывал нечестной игре остальных участников. Когда игры проходили в кругу друзей, они просто тихонько посмеивались над такой горячностью, но при проигрыше чужим людям история всякий раз оканчивалась громкими скандалами.

Мать литератора была отпрыском купеческого рода Забелиных. Замуж она вышла рано – в 15 лет. При этом девушка была настоящей красавицей и завидной невестой. Единственное, что могло смутить потенциальных просителей руки и сердца — это отсутствие благородных манер. Дело в том, что купечество по воспитанию и культуре значительно отличались от дворянства. У них были предельно простые манеры, они могли перебрать спиртного, ругаться матерными словами и т.д.

Мать писателя вполне соответствовала своему социальному слою, поэтому не могла воспитать детей с благородными манерами. Вскоре после замужества она располнела и превратилась в грубую, некрасивую женщину. У неё было специфическое отношение к родным детям: некоторых она любила, а других – недолюбливала. Миша попал в число любимчиков, поэтому били его реже остальных. Может быть, на воспитание мог повлиять отец, но он с самого начала был отстранён от этих вопросов. В подростковом возрасте всё резко изменилось, и Миша из милости впал в немилость. Мать начала считать мальчика подлым и недостойным, и это мнение вскоре разделили остальные домочадцы.

За 33 года совместной жизни в семье Салтыковых-Щедриных родилось девять детей. Образ склочной, грубой и недалёкой женщины неоднократно описан в произведениях автора. Биографы указывают на тот факт, что все подобные персонажи в той или иной мере воплотили в себе черты характера матери Салтыкова-Щедрина.

Со своей будущей женой Елизаветой Салтыков-Щедрин познакомился в ссылке. В то время мужчине почти исполнилось 30 лет, а его избраннице было только 14. После того, как семья его невесты переехала в другой город, писатель несколько раз нарушал режим ссылки и выезжал за пределы Вятки, чтобы встретиться с любимой.

Когда встал вопрос о свадьбе, этому резко воспротивилась мать Салтыкова-Щедрина, которую смущал слишком юный возраст невесты и отсутствие хорошего приданого. Общественность придерживалась таких же консервативных взглядов в вопросе возраста, поэтому молодым людям пришлось подождать хотя бы год, пока девушке не исполнится 15. Несмотря на то, что материнский наказ был выполнен, известен факт, что она так и не приехала на свадьбу к молодым.

Друзья семьи вспоминали, что пара была любящей, хотя и не всегда отношения складывались безоблачно. Дело в том, что темпераменты супругов резко отличались: Елизавета была спокойной и мягкой, но поверхностной натурой, а Михаил Евграфович — властным, прямым и очень умным человеком, которого раздражала чужая глупость. Точно так же злили Салтыкова-Щедрина и глупые речи, произносимые невпопад женой.

Зато женщина оказалась хорошей хозяйкой, она поддерживала мужа в творчестве, занималась переписью рукописей, прекрасно воспитывала детей, а позже очень грамотно и умело распорядилась наследством.

Но были в истории семьи и совсем нелицеприятные моменты. Всё окружение знало, что Елизавета изменяла мужу, даже не пытаясь скрыть этот факт. Более того: она часто позволяла себе шутки по поводу мужа-рогоносца. Это никак не мешало жить изменщице за счёт мужа.

Ситуация усугублялась тем, что пара 17 лет не могла завести детей. В итоге, когда женщина забеременела в первый раз, практически всё окружение решило, что этот ребёнок – со стороны. После мальчика-первенца в семействе появилась дочь. Знакомые даже самому Салтыкову-Щедрину высказывали свои сомнения в его отцовстве, но писатель почему-то был уверен, что сын однозначно носит хромосомы рода Салтыковых, несмотря на то, что внешне малыш не был похож на отца.

Дети не оценили отцовского вклада в их воспитание. Когда последние годы литератор был слаб и беспомощен, жена с дочерью неприкрыто издевались над ним. Сын Салтыкова-Щедрина не позволял себе такого, но через много лет после смерти отца написал воспоминания, насквозь пропитанные пренебрежением к мужчине, давшему ему жизнь.

Любовь – не единственное прекрасное, что случилось с Салтыковым-Щедриным в Вятке во время ссылки. Это ещё и стало началом прекрасной карьеры.

В этом отдалённом от столицы городке факты биографии играли сатирика на руку: Царскосельский лицей, дворянское происхождение и даже опала царя были тут бесспорными козырями. В Вятке практически не было людей, которые входили в круг, близкий к государю, а опала косвенно указывала на то, что писатель с царём был знаком. Всё это выдавало принадлежность к высоким кругам общества в столице. Каждому чиновнику было понятно, что от вражды до дружбы с государем — один шаг, поэтому Салтыкова-Щедрина даже побаивались.

В юные годы и в молодости страстной мечтой Салтыкова-Щедрина было написание стихов. Он видел себя в облике известного поэта, который сможет занять нишу Пушкина. Первые стихи были написаны ещё во время обучения в лицее, тем более, что там это было чуть ли не обязательным увлечением всех лицеистов.

Салтыков-Щедрин подошёл к этому вопросу досконально: он изучил огромное количество трудов о написании стихотворных строк и пытался применять свои знания, как математические формулы.

Биографам известен факт, что некоторые из первых «проб пера» сатирик пытался направлять в редакции, но даже самые близкие друзья раскритиковали эти произведения, не говоря об отзывах настоящих критиков. Такая неудача глубоко оскорбила и ранила душу литератора, поэтому со стихами было покончено.

Зато в прозе душа развернулась по полной. Мало того, что автором было найдено много новых литературных ходов и приёмов, так ещё и словарь русского языка расширился новыми словами благодаря работам Салтыкова-Щедрина. В произведениях впервые звучат такие слова, как, например, «головотяпство», «благоглупость» и «мягкотелость».

Ещё один интересный факт из биографии Михаила Евграфовича: как-то раз он решил помочь своей дочери с домашним заданием. Для этого он написал от её имени сочинение. Учитель удостоил это творение двойки с позорной припиской: «Не знает русского языка».

Одной из черт характера, за которую сатирика уважали многочисленные знакомые, была невероятная работоспособность. С каждым годом это качество становилось всё более выраженным и особенно расцвело в последний период жизни.

Несмотря на тяжёлое течение ревматизма, Салтыков-Щедрин ежедневно отправлялся в рабочий кабинет, где занимался написанием текстов на протяжении нескольких часов. Только тогда, когда силы не хватало, чтобы удерживать перо в руке, работа прекращалась.

Несколько лет все усилия медиков были направлены на то, чтобы побороть мучивший сатирика ревматизм, но ситуация ухудшалась. Тем удивительнее тот факт, что скончался старик не от ревматизма, а от банальной простуды, которая вызвала сильные и резкие осложнения в истощённом организме.