Налоги в Стране Советов (как это было)

Исторически первой функцией государства, как известно, было ограбление мирного подвластного населения. Собственно, и возникали государства, когда шайка рэкетиров во главе с лихим уголовным авторитетом (Ромул, Рюрик, Вильгельм Завоеватель и т.п.) брала на себя обязательства по крышеванию рабоче-крестьянского населения от беспредела совсем уже отмороженных коллег (Аттила, Чингисхан, Наполеон и т.п.).

На заре истории такие государственные мужи, как царь Саргон Древний (князь Игорь Старый, император Карл Великий и т.п.), могли себе позволить весьма оперативный метод сбора платы за свои услуги: полноценный военный поход с сожжением дотла населенных пунктов и массовой посадкой на кол злостных неплательщиков, но лет 200 с небольшим назад наступила более вегетарианская эпоха. Всеобщую резню стали заменять подоходным налогом. Дальше – больше. Некоторые государства дошли до такой крамолы, как провозглашение идеи об отмене практически всех налогов, взымаемых с физических лиц. Наглядный пример – обещание, данное лидером СССР Никитой Хрущевым, об отмене подоходного налога. Что из этого вышло? Об этом читайте ниже.

К истории вопроса
Впервые в России подоходный налог был введен в 1916 году, когда дела на фронтах Первой мировой складывались совсем плохо. Но воспользоваться этим финансовым ресурсом правительство толком не успело, грянули революционные события. А уже большевистское правительство вернулось к идее подоходного налогообложения физических лиц в разгар НЭПа. И цель этого фискального новшества носила не столько экономический, сколько политический характер: нужно было держать в узде нарождающийся класс новых капиталистов, проклятых частников. Собственно, НЭП и был удушен все более туго затягивающейся налоговой петлей.

Потом наступило военное лихолетье. Тут уж было совсем не до церемоний. Государство стало широко практиковать добровольно-принудительное изъятие денег у населения в форме подписки на облигации государственных займов, в возврат которых уже тогда никто всерьез не верил. Прибавьте сюда столь же добровольно-принудительные профсоюзные, комсомольские ДОСААФ-овские и партийные взносы – фактическое налоговое бремя было монументально тяжелым. Зарплаты при этом были очень скромными. Положение прикрепленных к колхозным землям крестьян было и вовсе незавидным.

Оттепель или слякоть?
После Великой Победы началась эпоха восстановления народного хозяйства. Усиление политических репрессий отчасти компенсировалось экономической либерализацией. Как пел знаменитый советский бард – «Было время, и цены снижали». Отменили карточки, начали рекламировать крабовые консервы. Умер великий друг физкультурников и налогоплательщиков, к власти пришел большой поклонник кукурузы. Наступила эпоха, которую кто-то называет Оттепелью, а кто-то именует Слякотью. Все помнят невыполненное обещание волюнтариста Хрущева: к 80-у году нынешнее поколение будет жить при коммунизме.

Было и еще одно обещание, не такое грандиозное, но столь же блистательно проваленное: отменить подоходный налог с рабочих и служащих. Это было сделано отчасти для того, чтобы сгладить ужасное разочарование населения СССР по поводу отказа государства от погашения тех самых добровольно-принудительных займов. Это произошло в 1957 году (в том же году был запущен в космос первый искусственный спутник Земли), что и породило частушку: спутник, спутник, ты могуч, ты летаешь выше туч, ты летаешь на орбиту – забери с собой Никиту.

Они все подсчитали
Придворные финансисты сообщили Хрущеву о том, что налоговые послабления не нанесут нокаутирующего удара по государственному бюджету. И некоторые основания для этого у них были. Доля налогов, собираемых с населения, составляла всего 7,8 процента от общего объема поступлений в казну. Большая часть финансовых вливаний в бюджет состояла из сборов с промышленных предприятий и колхозов. Кроме того, серьезные (но, как впоследствии выяснилось, абсолютно необоснованные) надежды возлагались на принимаемый в то же самое время семилетний план развития народного хозяйства. Дескать, страна разбогатеет, деньги рекой потекут. Да и политическая составляющая налоговой политики перестала быть актуальной: про НЭП давно уже забыли, кулаки были изничтожены как класс, остались только трудящиеся.

И, наконец, нужно было учитывать идеологическую компоненту. Тогдашние власти, пытаясь выстроить то, что впоследствии назвали социализмом с человеческим лицом, вели кампанию борьбы с культом личности. А в народном сознании фигура самого эффективного менеджера в российской истории прочно ассоциировалась не только с Победой, но и с регулярным снижением цен на жизненно важные продукты питания. Противопоставить этому Хрущев ничего не мог, продовольственный кризис в стране его кукурузная эпопея лишь усугубила. Что оставалось делать? Правильно, пришлось прибегнуть к древнейшему искусству – откровенной демагогии воистину геббельсовского масштаба.

С высоких трибун XXI съезда КПСС в 1959 году было заявлено о том, что снижение цен на самом деле лишь усугубляет неравенство между высокооплачиваемыми и низкооплачиваемыми гражданами, поскольку первым оно приносит гораздо больше пользы, чем вторым. А потому – не наш метод. Мы вместо этого проведем налоговую реформу.

Была образована комиссия, которая проработала схему налоговой реформы, состоялось ее обсуждение в союзных республиках (в тамошних ЦК и правительствах).

В бюджете на 1960 год поступления налогов и сборов с граждан были закреплены на уровне 59,2 млрд. руб. (46,3 млрд. подоходный, 5,5 млрд. за бездетность, сельхозналог 4,1 млрд.).

В соответствии с перспективным планом по итогам семилетки предполагалось довести эти цифры до 87 млрд. руб. (70 + 7 + 4) соответственно.

Посовещались и решили
Тогда же, в 1960 году, Хрущев продемонстрировал еще один ораторский кунштюк: на сессии Верховного Совета СССР он заявил, что отказ от выплаты по государственным займам – настоящее достижение демократии нового типа. Логика кукурузного премьера была просто фантастической: мы выплачивать ничего не будем, зато и подписывать на новые займы больше не станем. Приведу пространную цитату из тогдашнего выступления Никиты Сергеевича:

«…с 1958 года прекращен выпуск государственных займов, размещаемых по подписке среди населения. Поступления по займам в бюджет составляли, как известно, в послевоенный период в среднем около 25 миллиардов рублей в год. В тот же период были отменены обязательные поставки сельскохозяйственных продуктов с хозяйств колхозников, рабочих и служащих. Все это значительно увеличило доходы населения и способствовало дальнейшему повышению жизненного уровня рабочих, крестьян и интеллигенции. Разве не говорит об этом крупный рост народных сбережений? Только за последние два года вклады населения в сберегательных кассах возросли на 20 миллиардов рублей и в настоящее время превышают 105 миллиардов рублей, а число вкладчиков составляет свыше 50 миллионов».

Затем Хрущев заговорил непосредственно о налоговой реформе. Он заявил, что отмена налогов с граждан будет проводиться поэтапно с 1960 по 1965 годы. Первыми льготы получат низкооплачиваемые категории трудящихся. Затем очередь дойдет и до высокооплачиваемых граждан. При этом было сказано о том, что те рабочие и служащие, тарифная ставка и оклад которых превышают 2000 руб. (до денежной реформы 1961 года) в месяц, будут освобождены от подоходного налога, но одновременно их зарплата будет уменьшена ровно на ту же сумму. Таким образом, объем их дохода не изменится. То есть раскулачивать не станем. И на том спасибо.

Мастер популистской демагогии, Хрущев и тут не удержался от очередного издевательского парадокса:

«… предусматривается отмена налогов с населения не по принципу уравниловки, а дифференцированно, исходя из того, чтобы заработная плата возросла прежде всего у низкооплачиваемых рабочих и служащих. Таким образом, будет уменьшен разрыв в заработной плате между рабочими и служащими, имеющими низшие и высшие ставки».

Затем Хрущев «порадовал» трудовое крестьянство. Он сообщил селянам, что сельхозналог, который уплачивался за использование приусадебных участков, отменять не станут. Тут на смену популистским тирадам пришла суровая большевистская логика: возможность получения дохода от продажи на рынках продуктов с приусадебных участков отвлекает колхозников от работы в коллективном хозяйстве. Чтобы укрепить производственную дисциплину на селе, величину этих доходов требуется подрезать при помощи сельхозналога.

И 7 мая 1960 года Верховный Совет СССР принял закон «Об отмене налогов с заработной платы рабочих и служащих».

Как водится, советский народ воспринял эту весть с пламенным энтузиазмом, наивно полагая, что это – первый шаг навстречу светлому коммунистическому будущему. ТАСС был уполномочен заявить:

«Отмена налогов в нашей стране — яркое доказательство преимуществ социалистической системы хозяйства перед капиталистической».

Хрущев по-прежнему проводил эскалацию необоснованных обещаний народу. Было заявлено о предстоящей отмене оплаты коммунальных услуг. Не успели граждане как следует порадоваться, как Хрущева сняли с должности (произошло это в 1964 году).

После волюнтаризма
Новое руководство КПСС не решилось публично отречься от обещаний предшественника-волюнтариста. На XXIII съезде (1966 год) говорилось о том, что налоговая реформа будет продолжаться. Но уже в 1971 году Брежнев пространно говорит о планах по росту зарплат и тарифов. За последующие пять лет намечалось повысить среднюю зарплату рабочих и служащих до 146 – 149 руб., а оплату труда колхозников до 98 руб. О налоговых послаблениях для отдельных категорий трудящихся говорилось в самых обтекаемых и ничего не значащих выражениях. Зато Брежнев сообщил гражданам о предстоящем погашении облигаций государственного займа на сумму почти 26 млн. руб. К 1990 году государство должно было полностью рассчитаться с населением по этим ценным бумагам.

А что касается самого грандиозного обещания Хрущева – построение коммунизма к 1980 году, народ по этому поводу мрачно шутил: на заседании Политбюро принято решение, мы тут посовещались и решили, что вместо коммунизма проведем Олимпиаду.

Но будем справедливы к тов. Брежневу и его наследникам: в 1990 году налоги с заработной платы в размере до 100 рублей были отменены.

Мы и сегодня, спустя столько лет, продолжаем платить подоходный налог, а разговоры о том, чтобы отменить НДФЛ с самых низкооплачиваемых категорий граждан, так разговорами и остаются. Не очень далеко мы ушли от времен товарища Хрущева.