Малоизвестный герой русской обороны Вильно (4 фото)

Войны за обладание древнерусскими землями, которые вели между собой Московская держава и Речь Посполитая, знали не только затяжные военные конфликты, но и перемирия. Так было и в 1656 г., когда обе воюющие стороны заключили договор о прекращении войны, чтобы противодействовать Швеции. Согласно договору, города, захваченные к этому времени царём Алексеем Михайловичем, оставались под его управлением, и на них не должны были совершать нападения войска польского короля. К этому времени русские войска заняли практически всю территорию современной Белоруссии, русский гарнизон стоял и в Вильно – столице Великого княжества Литовского. Именно здесь было подписано перемирие, важнейшим условием которого было назначение царя Алексея Михайловича преемником престола польского короля Яна Казимира. Как показали дальнейшие события, это был лишь тактический ход польской стороны, временная уступка, считавшаяся поляками необязательной к исполнению. В условиях перемирия, когда местная шляхта, присягнувшая московскому царю, всячески уклонялась от выполнения своих обязательств по снабжению находившихся в Белоруссии русских войск, когда жителей разоряли шайки «шишей» и немилосердно косила чума, когда само московское обладание землями Великого княжества Литовского казалось непрочным, посреди всего этого разброда ярким примером мужества и верности государю выступила фигура виленского воеводы князя Даниила Ефимовича Мышецкого. Назначенный на свою должность в условиях нарастающей военной угрозы со стороны Польши в мае 1659 г., он выполнил свой долг по защите города до конца. Даниил Мышецкий происходил из удельной линии Рюриковичей – князей Тарусских. Родоначальник фамилии получил в управление волость Мышегу, откуда и сам род получил свою фамилию. Род Мышецких разросся в XVI в., его представители постепенно набирали значение на царской службе. Ефим Мышецкий, отец Даниила, во время Смуты возглавлял оборону от шведов невской крепости Орешек. Гарнизон держался почти девять месяцев, число защитников сократилось в десять раз, когда крепость была захвачена и Ефим попал в плен к шведам. Мужество, проявленное тогда отцом, стало семейной легендой, оставившей глубокий след в памяти подрастающего Даниила. Он начал свою придворную службу при царе Михаиле Романове, поднимаясь постепенно в дворянских должностях. В 1641 г. Даниил Мышецкий вступил на дипломатическую стезю, сопровождая отца в посольстве в далёкую Грузию. Проявленные тогда способности обратили на себя внимание нового московского царя Алексея Михайловича, который ввёл Даниила Мышецкого в круг ближайших помощников. Князь ездил с дипломатическими поручениями в сопредельное Великое княжество Литовское, в Персию, в столицу Дании. Везде ему удавалось успешно отстаивать интересы Москвы.

Новое назначение в Вильно Даниил Мышецкий получил после того, как польско-литовские войска несколько раз вторгались на территорию вокруг литовской столицы. Виленскому воеводе предстояло укрепить город к возможному нападению противника. Оборону осложняли разные обстоятельства: малочисленность гарнизона, недостаток провизии и боеприпасов на случай длительной осады. А главным препятствием была «шаткость» местной шляхты и горожан. Они мало сочувствовали московскому правлению и тяготели к прежним польским порядкам. Против измены Даниил Мышецкий принимал крутые меры, сурово расправляясь с ослушниками.

В июле 1660 г. к Вильно подступило литовское войско под предводительством Михаила Паца. Однако с ходу овладеть городом ему не удалось: Мышецкий выжег посады, а сам с гарнизоном крепко заперся в верхнем замке. Не имея достаточных сил для штурма войско Паца взяло замок в осаду. Однако русский воевода предпринял удачную вылазку и послал отряд за подмогой. Послы были перехвачены, русское командование поздно узнало об осаде и обстановке в Вильно. Мышецкому оставалось рассчитывать лишь на мужество своего небольшого гарнизона и на то, что со временем помощь подоспеет…

Башня Гедемина

Осенью к осаждающим подошло подкрепление во главе с гетманом Павлом Сапегой. Были предприняты несколько штурмов, под стены замка иностранные инженеры подводили подкоп. Однако русский гарнизон держался, нападающие несли тяжёлые потери. Было решено брать виленский замок измором. Его взяли в плотное кольцо, даже протекающая мимо река Вилия была перегорожена стругами. Изнурительная осада продолжалась до осени 1661 г.

В начале октября 1661 г. на помощь виленскому гарнизону выступил воевода Иван Хованский. Русское войско было встречено превосходящей польско-литовской армией под командованием Стефана Чарнецкого. У деревни Кушлики состоялись несколько сражений, в результате которых русская армия была с потерями отброшена. Теперь героям виленской обороны ждать помощи было неоткуда.

В ноябре 1661 г. к осаждающим прибыл польский король Ян Казимир. Польская сторона начала переговоры о сдаче замка, но Даниил Мышецкий решил, что лучше погибнуть, чем сдаться. Тем временем среди ослабевших от ран и голода осаждённых обнаружилась измена. Семеро из оставшихся 78 человек перебежали к полякам и рассказали о бедствующем положении русских. Однако и оставшиеся с Мышецким солдаты восстали, вынуждая его сдаться. Участь замка решилась: либо захват в результате штурма, либо добровольная сдача. Мышецкий попытался затянуть дело переговорами, а сам приказал приготовить десять бочек пороха, чтобы подорваться, когда торжествующие враги вступят в замок. Однако когда этот замысел воеводы был открыт, собственные люди схватили его и впустили неприятеля. Так 3 декабря 1661 г. закончилась оборона Вильно, которая почти полтора года держалась мужеством и умением князя Даниила Мышецкого.

Схваченный русский воевода отказался просить милости у польского короля. Над ним состоялся суд, приговоривший Мышецкого к смертной казни за то, что он жестоко карал местных жителей. Сам князь Даниил в своём завещании утверждал, что король вынес такой приговор «за побитие многих польских людей на приступах и за казнь изменников».

Несколько дней перед исполнением приговора иезуиты уговаривали русского воеводу принять католичество, но получили твёрдый отказ. Накануне казни Даниил Мышецкий написал своё завещание, в котором немногословно изложил обстоятельства осады и сдачи замка. Тут же он записал: «Я принял здесь смерть, исполняя великому государю крестное целование и памятуя о вас, не хотя вам и роду своему принести вечные укоризны, чтобы вы службу мою помнили, а изменником не называли». Слова, исполненные мужественной простоты и достоинства!

10 декабря князя возвели на эшафот на главной площади Вильно. Перекрестившись и поклонившись на все четыре стороны по русскому обычаю, Даниил Мышецкий преклонил голову на плаху. Приговор исполнил его собственный повар, предатель Антоний. Тело князя похоронили, по его завещанию, в Свято-Духовом монастыре. Впоследствии место захоронения героя виленской обороны было утеряно. Память о нём воскресили местные православные историки-краеведы только в конце XIX в. Их стараниями имя Даниила Мышецкого стало известно в Виленском крае даже школьникам.

Перипетии XX в. снова стёрли память о его подвиге. Однако в последние годы усилиями отдельных публицистов имя русского воеводы снова возвращается из забвения и восстанавливается на скрижалях памяти русского Вильно.

Вид на замковую гору.