Интересные факты о Михаиле Булгакове (5 фото)

У писателя было шестеро младших братьев и сестер. Пути их сильно разошлись. Был там талантливый ученый-биолог и профессиональный музыкант-балалаечник (явная нить к Шарикову /Климу Чугункину). Но вот литературное дарование проявил в столь большом семействе один Михаил Афанасьевич.

Ни Мастера, ни Маргариты не было в первых версиях знаменитого романа. Изначально Булгаков делал роман о Сатане («Инженер с копытом»), а параллельно им вынашивался замысел романа о Понтии Пилате и его отношениях с историческим предшественником Христа (каким тот описан в книге Эрнеста Ренана «Жизнь Христа»). Две задумки в конце концов объедились в общий проект, а несколько позже к ним была добавилена линия автобиографическая — про страдающего писателя и его любовницу. Эти два персонажа появились в рукописях спустя 10 лет (!) после начала работы над романом.

Знаменитая сцена гибели Берлиоза в деталях повторяет реальный случай в семействе его последней жены. Именно так погиб отец первого мужа Елены Шиловской.

Пристрастие к морфию сопровождало Булгакова большую часть его жизни. Начало их отношений относится к 1917 году, когда будущий писатель работал врачем в прифронтовой полосе. И повод для старта столь пагубного увлечения был достаточно странный. Судите сами.

Булгаков, по его словам, начал прием морфина для того, чтобы «облегчить аллергические реакции на антидифтерийный препарат, который он принял, опасаясь дифтерии после проведённой операции». Согласитесь, звучит сия история не слишком правдоподобно?

Так это было или нет, но наркотик писатель с перерывами принимал потом всю оставшуюся жизнь. Следы морфина обнаруживались даже на страницах рукописи «Мастера и Маргариты».

Одним из главных прототипов профессора Преображенского стал родной дядя писателя. Звали его Николай Покровский. Это был весьма известный московский акушер-гинеколог. Именно тот факт, что оба брата мамы были врачами и неплохо зарабатывали, и определил выбор профессии юного Михаила.

Определенные черты Филиппа Филипповича Булгаков заимствовал у других знакомых врачей, а ещё у знаменитого физиолога Ивана Пирогова, которого чрезвычайно ценил Ленин, и которому в точности как Преображенскому были обеспечены все необходимые условия для работы.

Вообще по одной из версий (коих литературоведы наплодили десятки) главным прототипом Преображенского был сам... Владимир Ильич Ленин. Который из пролетариата, как известно, хотел вылепить нового высокоразвитого человека (и, кстати, весьма в этом проекте преуспел, несмотря на скептическую оценку Булгаковым перспектив подобного эксперимента).

За писателя в начале 30-х перед Сталиным хлопотал сам Максим Горький. Логика была достаточно проста. Талантливых литераторов в Советском Союзе не так много, и их волей-неволей приходилось беречь. Не было абсолютно никакого смысла делать из них «мучеников за идею». Булгаков, естественно, автор никакой не пролетарский, но зато ярко одаренный и его, по мнению Горького, легко можно было перевоспитать. Ведь единственное, о чем Михаил Афанасьевич на тот момент просил — помочь ему материально («не на что жить»).

Кстати, в том же письме классик соцреализма говорит о том, что Булгаков просит его устроить личную встречу со Сталиным. И считает, что такая встреча была бы очень полезна в пропагандистских целях — как дружественный сигнал для потенциальных «союзников» в стане литераторов-оппозиционеров.

Нет данных, что такая встреча состоялась, но известно, что Сталин был в восторге от раннего творчества Булгакова. Он десятки раз посещал постановку «Дней Турбиных» во МХАТе. И это довольно странно, если принять во внимание, что героями пьесы (и романа, по которому она сделана) — белогвардейские офицеры и их родственники, которые выведены в исключительно благожелательном свете. Даже простой факт подобной постановки в СССР тех лет, согласитесь, уже выглядит достаточно парадоксально.

Однажды Булгаков был актером. Он пришел на замену штатного артиста МХАТа в постановке «Записок Пиквикского клуба» Диккенса. Его игру похвалил сам Станиславский, который... не узнал писателя на сцене. Впитанная Михаилом Афанасьевичем атмосфера театральной закулисы потом нашла воплощение в его «Театральном романе».

Брак с третьей женой, Еленой Шиловской, продлился всего восемь лет. Когда-то писателю нагадали, что третий раз он женится по большой любви и будет этот союз «дьявольским».

Булгаков всю жизнь чувствовал мистическую связь с Гоголем. После его смерти Шиловская заплатила за то, чтобы камень «Голгофа» с могилы Николая Васильевича (ему тогда уже поставили памятник и огромный булыжник оказался никому не нужен) перенесли на могилу Булгакова. Кстати, сама она теперь покоится там же.