“Маленький Гитлер” из Лос-Анджелеса, или Семейный бизнес на костях (8 фото)

Семья Сконс из Лос-Анджелеса была идеальной американской семьёй, такие семьи называют all-american, то есть американские с головы до ног. Мать Лорейн Ламб-Сконс в свободное время играла на органе в местной церкви, отец Джерри Сконс, бывший футболист и тренер футбольной команды, и красавец-сын Дэвид, похожий, как утверждали знакомые, на молодого Пола Ньюмана. Они были настолько американскими, что их однажды выбрали для рекламы стиральной машины. И как полагается стопроцентной американской семье у них был семейный бизнес - похоронный дом с крематорием. В конце 1980-х такие же идеальные американские семьи, читая газеты, поражались, как же Сконсы натворили то, что натворили.

Главный герой этой кровавой истории Дэвид Сконс унаследовал от матери внешность кинозвезды, а от отца - обаяние и тягу к мошенничеству. Отец Лоррейн не одобрил её брак, он считал, что Джерри - лодырь, неудачник и мошенник. Эта характеристика применима и к его сыну. В колледж он поступил исключительно благодаря отцу, который был в то время тренером футбольной команды в том колледже. Однако все матчи команда Дэвида проиграла, и его отчислили. На кривую дорожку Дэвид Сконс вступил ещё на первом курсе учёбы - он дважды ограбил свою бывшую девушку, отомстив ей за то, что она его бросила. После колледжа Дэвид захотел стать полицейским, но не прошёл отбор в полицейскую академию из-за дальтонизма. Сконс-младший от безделья с футбольными приятелями избивал бомжей (позже это умение его друзей ему ещё пригодится в деле всей его жизни).

Родители предложили Дэвиду получить лицензию бальзамировщика и продолжить семейное похоронное дело. Гримировать трупы и укладывать их в гробы Дэвиду не понравилось. Зато погрузившись в похоронную индустрию, он понял, где можно хорошо и быстро заработать, и выпросил у родителей отдать ему в управление крематорий. Он получил лицензию на управление крематорием и начал покорять рынок ритуальных услуг.

Бизнес идея у Сконса-младшего была гениальна в своей простоте - сжигать трупы по цене в два раза меньше, чем у конкурентов. Во все похоронные дома Калифорнии были разосланы рекламные буклеты компании Сконса Coastal Cremations Inc. с выгодным предложением. Калифорнийские похоронщики не почувствовали подвоха и стали отправлять тела в крематорий Сконса. Дэвид брал за сжигание одного тела $50 долларов, в то время как ценники других крематориев начинались от $100. В начале 1980-х в Калифорнии был настоящий бум кремации, так что возможность сэкономить и честные голубые глаза красавца Дэвида убедили владельцев похоронных домов довериться Coastal Cremations Inc.

Дела Сконса-младшего быстро пошли в гору, к 1985 году его маленькая компания стала ежегодно приносить $1 млн дохода. Секрет бизнеса Дэвид был в неуважении к смерти. Если в обычном крематории на сжигание одного тела уходило два часа (час на полное сжигание, час на остужение печи и сбор праха), то у Сконса два часа уходило на сжигание минимум 5-6 тел. Технология была такая же, как и у всех, да и печи по размерам были такие же, просто Сконс запихивал тела в печь как дрова. Его личный рекорд - 13-18 тел в одной печи. На современной кремационной линии при 16-часовой работе 5 дней в неделю можно осуществить 3500 кремаций в год. Сконс сжигал минимум 8000 человек в год, имея две печи, установленные его дедом в конце 1920-х. За стахановские показатели подручные Сконса (те самые футболисты) прозвали его “Маленьким Гитлером”. А сам хозяин в ознаменование успехов на похоронном поприще установил на авто табличку I BURN 4 U (“я сжигаю для вас”).

В 1986 году сотрудники Сконса (все работники крематория работали неофициально и получали зарплату в конвертах) в попытке побить рекорд и запихнуть в печь 19 мертвецов спалили дедов крематорий дотла. Но Дэвид как раз к тому времени достроил и запустил новый крематорий в ста километрах от Лос-Анджелеса, так что бизнес почти не пострадал. Он назвал его Oscar Ceramics и заявил, что отныне изготавливает керамическую теплозащитную плитку для космических шаттлов.

А как же прах? Ведь если затолкать в печь десять человек, то прах будет невозможно отделить. Сконс рассудил, что сожжённый толстяк будет отличаться от сожжённой хрупкой девушки всего лишь несколькими фунтами праха. Отсыпать родственникам из общей кучи и родная мать не узнает, кто там в урне. Норма у него была такая: 1,5-2 кг из общей кучи останков - женщина, 2-3 кг - мужчина. Так что воспользовавшиеся услугами Сконса хоронили непонятно кого.

Родители Сконса, работавшие с трупами в похоронном доме, помогали сыну осквернять мёртвых и обманывать живых. Они обманом заставляли клиентов подписывать документы на донорство органов. Зачастую даже обманывать не приходилось. Понятно, что в похоронный дом люди приходят в таком состоянии, что не глядя подпишут что угодно. За отказавшихся они расписывались сами. Сконс нанял студентов мединститутов, опять-таки могучие друзья-спортсмены помогали, сам он тоже заделался патологоанатом - вскрывал грудные клетки ломом, как сундуки с сокровищами. Позже на суде его приспешники расскажут, как он выковыривал глаза отвёрткой, хранил глазные яблоки в банках из-под газировки, выдирал золотые коронки плоскогубцами. Золотые зубы, которые он продавал знакомому ювелиру, приносили дополнительно $6000 в месяц. Органы он официально продавал мединститутам. Известно, что за последние перед закрытием три месяца деятельности Oscar Ceramics было продано 138 мозгов на сумму $11000, 145 сердец ($13700), 100 лёгких ($6000). Гораздо больше денег приносила торговля органами на чёрном рынке. Сколько именно Сконсы заработали на продаже чужих глаз и сердец, неизвестно.

Чем больше тел сгорало в печах Сконса, тем больше его история становилась похожей на гангстерский фильм. Маленький Гитлер при помощи футболистов заставлял новых клиентов подписывать с ним договора и показывал конкурентам, кто в Калифорнии король кремации. Однажды вышибалы Сконса побили редактора журнала о похоронном бизнесе,  плохо написавшем о нём, а потом сам Сконс его отравил, инсценировав сердечный приступ.

Конец произволу идеальной американской семьи положил бывший узник нацистского концлагеря. Когда несколько дней подряд ветер относил дым из труб Oscar Ceramics к его дому, бывший узник позвонил в службу контроля качества воздуха и сообщил, что где-то недалеко жгут людей. Ему ответили, что это дымит фабрика по производству плитки для шаттлов. На что дедушка ответил: “Я знаю, как пахнут сгоревшие тела, я был в Аушвице!” К Сконсу наведались с проверкой, его методы работы были раскрыты, всей семейке были предъявлены обвинения. Газета Los Angeles Times в 1988 году, когда пришёл конец семейному делу Сконсов, писала, что в помещении Oscar Ceramics полы были чёрными и липкими, из печи во время осмотра вывалилась обгоревшая нога, и повсюду были расставлены банки с прахом.

Дэвида за похоронный рэкет, издевательства над трупами и незаконную продажу органов осудили всего на пять лет. Отравление так и не было доказано, три независимых эксперта разошлись во мнении. Сконс-младший отсидел половину срока и вышел по УДО в 1991 году, ему тогда было 34 года. Его родители предстали перед судом в 1992 году (Джерри тогда было 58, а его жене 55). Они свалили всю вину на сына, однако в 1995 году были приговорены к 3 годам и 8 месяцам тюрьмы за подделку документов и незаконное извлечение органов.

Дэвид так и не смог жить по закону. В 2013 году после нескольких арестов, нескольких нарушений условного срока и за попытку убийства конкурента-похоронщика ему дали пожизненное с возможностью выйти по УДО в декабре 2021 года.

Если Дэвид не извлёк урок из своей истории, то похоронная индустрия здорово изменилась. В 1980-х крематорий Сконса долгое время не могли нормально проверить, потому что для проверки нужен был ордер, а ордер просто так не выдают, тем более по документам у компании никаких проблем не было. Дело Сконсов заставило власти Калифорнии существенно увеличит полномочия инспекторов, проверяющих крематории и похоронные дома.

Если Дэвид Сконс слишком активно сжигал трупы, то его коллега из штата Джорджия Рэй Марш, напротив, ленился выполнять свою работу. В 2002 году полиция обнаружила 339 тел разной степени сохранности на территории крематория Tri-State Crematory. Только 226 из них были опознаны. Родственникам умерших Рэй Марш выдавал сухой бетон в урнах, а тела зарывал, прятал в подвале или просто выкидывал в прилегающий к крематорию лес. Любопытно, что Марш, как и Сконс, неудавшийся футболист, возглавивший семейный бизнес. На суде Рэй Марш не смог объяснить, почему он не сжигал тела. В 2007 году адвокат Марша заявил, что из-за неисправной вентиляции Рей Марш подвергся отравлению ртутью, содержащейся в амальгамных пломбах в зубах покойников. Возможно, от отравления ртутью умер и отец Марша, владевший крематорием до него. Летом 2016 году Рэй Марш вышел на свободу, отсидев в тюрьме 12 лет.