Как поляк стал одним из лучших советских полководцев (12 фото)

«Блестяще знал военное дело, четко ставил задачи, умно и тактично проверял исполнение своих приказов. К подчиненным проявлял постоянное внимание и, пожалуй, как никто другой, умел оценить и развить инициативу подчиненных ему командиров. Много давал другим и умел вместе с тем учиться у них... Более обстоятельного, работоспособного, трудолюбивого и по большому счету одаренного человека мне трудно припомнить», — так талантливый советский маршал Георгий Жуков отзывался о не менее талантливом маршале Константине Константиновиче Рокоссовском, одном из главных творцов победы СССР над нацистской Германией.

Свой боевой путь уроженец Варшавы (бывшей в то время частью Российской империи) Рокоссовский начал в кавалерии на полях Первой мировой. Последовавшие в 1917 году две революции, крушение самодержавия, развал армии и страны поставили его и как и других поляков из 5-го Каргопольского драгунского полка перед выбором: участвовать в создании возрождающейся Польши или посвятить себя борьбе за «власть рабочих и крестьян» и за «победу мировой революции». В то время как сослуживец и двоюродный брат Константина Константиновича Франц Рокоссовский уехал в Варшаву, он сам примкнул к большевикам.

Сражаться против своей родины в разразившейся в 1919 году советско-польской войне Константину Рокоссовскому, однако, не пришлось. Большую часть Гражданской войны он воевал против белых на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке, где дослужился до командира кавалерийского полка.

Успешная военная карьера, да и сама жизнь Константина Константиновича могла прерваться во время «большого террора» — периода массовых репрессий, охвативших Советский Союз в конце 1930-х годов. 17 августа 1937 года комдив Рокоссовский был арестован по подозрению в работе на польскую и японскую разведку.

Два с половиной года ему пришлось скитаться по тюрьмам и выдерживать допросы, пока в марте 1940 года благодаря усилиям генерала Семена Тимошенко его не освободили и не восстановили в должности и в правах. «Он никогда не говорил об этом даже с самыми близкими людьми», — вспоминал внук (и тезка) полководца Константин Рокоссовский: «Только один раз, когда мама спустя много лет после войны спросила его, почему он всегда носит с собой пистолет, сказал: "Если за мной снова придут, живым не дамся"».

В ходе тяжелых оборонительных боев против вермахта летом 1941 года Рокоссовский проявил себя как способный и решительный военачальник. Имея в наличии скудные людские и технические ресурсы, он 28 июля сумел отбить у немцев город Ярцево (ставший одним из первых освобожденных советских городов), задержать продвижение противника в сторону Москвы и обеспечить выход из окружения из соседнего Смоленска остатков двух советских армий.

«Воюя под Москвой, надо думать о Берлине. Советские войска обязательно будут в Берлине», — говорил Рокоссовский корреспонденту «Красной Звезды» в октябре 1941 года. В этот тяжелейший период битвы за столицу его 16-я армия, испытывая колоссальное давление противника, прикрывала северо-западные подступы к городу. Сражаясь за каждый метр, войска остановили немцев и в начале декабря приняли участие в масштабном контрнаступлении Красной Армии, отбросившей вермахт на 100-150 км от города.

«Вряд ли можно назвать другого полководца, который бы так успешно действовал как в оборонительных, так и наступательных операциях прошедшей войны... Обладая даром предвидения, он почти всегда безошибочно разгадывал намерения противника, упреждал их и, как правило, выходил победителем», —  вспоминал Главный маршал авиации Александр Голованов.

Рокоссовский стал одним из авторов операции «Уран» по окружению и уничтожению 6-й армии Фридриха Паулюса в Сталинграде. В ходе Курской битвы летом 1943 года, после которой вермахт окончательно утратил инициативу в войне, он настолько грамотно организовал оборону на северном фасе Курской дуги, что лишил немецкие войска всех шансов на прорыв.

«Войска Центрального фронта выполнили задачу», — писал военачальник в своих мемуарах «Солдатский долг»: «Упорным сопротивлением они истощили силы врага и сорвали его наступление… Нам не понадобилось воспользоваться резервами Ставки, справились без них, потому что правильно расставили силы, сосредоточили их на том участке, который для войск фронта представлял наибольшую угрозу».

В 1944 году Константин Константинович командовал войсками 1-го Белорусского фронта, ставшими главной ударной силой в ходе операции «Багратион». Всего за два летних месяца «советского блицкрига» Красная Армия продвинулась в западном направлении почти на 600 км, освободила всю территорию Белоруссии, часть Прибалтики и восточной Польши. Была полностью разгромлена немецкая группа армий «Центр», в тяжелом положении оказалась группа армий «Север». 29 июня Рокоссовскому, которого противник прозвал «Генерал-кинжал», было присвоено звание маршала Советского Союза.

В ноябре 1944 года, когда войска 1-го Белорусского фронта были готовы к стремительному рывку к сердцу Германии, Константина Константиновича внезапно назначили командующим 2-м Белорусским фронтом. Рокоссовский вспоминал в своих мемуарах телефонный разговор со Сталиным: «Это было столь неожиданно, что я сгоряча тут же спросил: "За что такая немилость, что меня с главного направления переводят на второстепенный участок?" Сталин ответил, что я ошибаюсь: тот участок, на который меня переводят, входят в общее западное направление, на котором будут действовать войска трех фронтов — 2-го Белорусского, 1-го Белорусского и 1-го Украинского; успех этой решающей операции будет зависеть от тесного взаимодействия этих фронтов… Если не продвинетесь вы и Конев, то никуда не продвинется и Жуков, — заключил Верховный Главнокомандующий».

В разговоре со своим близким другом контрразведчиком генерал-лейтенантом Николаем Железниковым Рокоссовский был более откровенен: «Я самый несчастный Маршал Советского Союза. В России меня считали поляком, а в Польше русским. Я должен был брать Берлин, я был ближе всех. Но позвонил Сталин и говорит: "Берлин будет брать Жуков". Я спросил, за что такая немилость? Сталин ответил: "Это не немилость, это – политика"».

В итоге, войска 2-го Белорусского фронта под командованием Константина Константиновича разгромили противника в Восточной Пруссии и Померании и сковали 3-ю немецкую танковую армию, не позволив ей принять участие в битве за Берлин.

После победы маршал временно вернулся на родину. Он командовал Северной группой советских войск, дислоцированной на территории Польши. В октябре 1949 года по просьбе президента Польской Народной Республики Болеслава Берута и с разрешения руководства СССР Рокоссовский занял должность Министра Национальной обороны, на которой оставался вплоть до 1956 года. Константин Константинович был единственным советским маршалом в истории, который к тому же еще стал и маршалом Польши.