Почему Леонид Гайдай не любил Марка Захарова (9 фото)

Но так ли это было на самом деле?

Марк Анатольевич Захаров известен как гениальный театральный режиссёр. На сцене Ленкома он поставил поистине легендарные спектакли, которые в конце концов были признаны даже его недругами. Я не буду здесь перечислять, их больше тридцати. Многие из них сняты в формате телеспектаклей, и их увидела вся страна.

В кино он пришел уже состоявшимся театральным мастером в 1976 году, когда снял фильм «12 стульев» с актёром театра сатиры Андреем Мироновым в главной роли, хотя к тому времени уже ушел из театра сатиры и несколько лет работал в Ленкоме. Именно тогда Леонид Иович Гайдай невзлюбил и этот фильм, и самого Захарова.

Во-первых, Гайдаю показалось странным, что руководство выделило средства на вторую экранизацию этого романа всего через четыре года после премьеры его фильма «12 стульев». Премьера фильма Гайдая состоялась в 1971 году, а сценарий Захарова на второй фильм «12 стульев» был утвержден в начале 1975 года.

Такое было не принято в советском кинематографе, когда одно классическое произведение экранизировалось второй раз почти сразу после первого. И это был в своем роде прецедент, который как бы намекал на несостоятельность первой экранизации. По крайней мере, так казалось тогда Гайдаю.

Мало того, что и так шло постоянное сравнение его Остапа Бендера в исполнении Арчила Гомиашвили с Остапом Бендером в исполнении Сергея Юрского, которое часто было не в пользу Гайдаевского варианта. Причем никого не волновало, что они были из разных произведений Ильфа и Петрова. А тут вдруг должен появится еще и третий Остап Бендер в исполнении одного из лучших советских комиков того времени.

Гайдай расценил это как намёк на ущербность именно его картины, которую сам он считал вполне удачной. Поэтому было понятно, почему он с самого начала резко отрицательно относился к съёмкам Захаровской версии «12 стульев», а после премьеры жёстко критиковал этот фильм.

И, кстати, вполне заслуженно. Гайдай называл два основных недостатка картины Захарова. Первое - это чрезмерная затянутость и потеря динамики сюжета, которая есть у авторов романа и в фильме Гайдая. И с этим сложно не согласиться, когда Захаров за счет частых художественных аллегорий и музыкально-танцевальных сценок растянул сюжет на четыре серии.

Второе, на что указывал Гайдай, это то, что почти весь фильм был снят в закрытых павильонах с однообразными декорациями, хотя, по замыслу Ильфа и Петрова, почти весь сюжет романа происходит в уличных сценах, и к тому же в разных регионах страны (река, горы и т.д.). В этом Гайдай усмотрел некую «театральность» фильма Захарова, и то, что этот режиссер совсем не умеет работать с натурой.

В свою очередь Марк Анатольевич тоже отвечал колкостями на критику Гайдая. Он называл его комедии примитивными и перегруженными эксцентрикой.

Фильм «12 стульев» был первой самостоятельной работой в кино Марка Захарова, и с этой картины у режиссеров зародилась нелюбовь друг к другу, которая продолжалась потом всю жизнь.

Сегодня кинокритики утверждают, что Марк Анатольевич Захаров на самом деле открыл новый стиль в советском кинематографе, который можно назвать «павильонное кино». Его следующие после «12 стульев» киноработы - «Обыкновенное чудо», «Тот самый Мюнхгаузен», «Дом который построил Свифт» были сняты всё в тех же останкинских павильонах, и иногда даже с использованием повторяющихся декораций. Но от этого фильмы не становились менее замечательными. А то, что он всё-таки умеет мастерски использовать натуру, он доказал в своем пятом фильме «Формула любви», который был снят в классическом стиле, с большим количеством уличных съёмок.

Склонность режиссёра к павильонам была связана не только с его театральным стилем работы. Марк Анатольевич не мог оставить свой Ленком даже на несколько дней, поэтому он просто не мог себе позволить выезды на съёмки в другие регионы. Именно поэтому «Формулу любви» он снимал не под Смоленском, как было положено по сюжету, а в Подмосковье.

Сегодня оба фильма «12 стульев» имеет своих многочисленных поклонников, и я даже не хочу разбираться, у какого фильма их больше, так как обе картины заслуженно входят в Золотой фонд нашего кино. А творческие споры, взаимные несогласия и критика только повышали уровень советского кинематографа. Поэтому сравнивать таких разных, но одинаково талантливых режиссеров, как Гайдай и Захаров, это как сравнивать на вкус яблоко и апельсин и пытаться при этом выяснить, какой из этих фруктов вкуснее. Оба вкусные, просто разные.