Белый адмирал Беренс против красного адмирала Беренса (6 фото)

Брат на брата

Побывав в День народного единства в Севастополе, Владимир Путин возложил цветы к мемориалу, посвященному окончанию Гражданской войны на Юге России.

«Памятник очень хороший, рекомендую посмотреть, - сказал президент. - И история очень острая. Здесь изображены в полный рост два брата Беренс. Один командовал флотом красной республики, а второй - белым флотом. Оба адмиралы! И после того как один из них ушел в эмиграцию, больше не виделись. Я надеюсь, что эта символика станет символом возвращения к единению российской нации».

Драматическая история двух адмиралов, разведенных 104 года назад Октябрьской революцией по разные стороны фронта, наглядно символизирует братоубийственность Великой русской смуты 1918 - 1922 гг.

Беренсы - русский дворянский род остзейского происхождения. Первый адмирал в роду - Евгений Андреевич Беренс-старший (1809 - 1878 гг.). Участник двух кругосветных плаваний с заходом на Камчатку и Русскую Америку (Аляску). Во время Крымской войны участвовал в обороне Кронштадта от нападения англо-французского флота. Крестным отцом его сына Андрея был сам государь император Николай I. Андрей Беренс умер в 33 года, оставив троих сыновей. Евгений и Михаил, как и дед, окончили Морской кадетский корпус, стали служить на флоте. Младший, Сергей, ротмистр Нижегородского драгунского полка, погиб в начале Первой мировой.

«Врагу не сдается наш гордый «Варяг»!»

Первым на легендарный крейсер попал Михаил. Старшим штурманом. Но вскоре его перевели на другой боевой корабль. А место брата занял Евгений. В Русско-японскую войну «Варяг» и канонерская лодка «Кореец» находились в нейтральном корейском порту Чемульпо. Вражеская эскадра блокировала порт. Наши моряки решили прорваться с боем в русскую крепость Порт-Артур, но силы были слишком неравны.

Михаил встретил Русско-японскую войну в Порт-Артуре. 11 месяцев противник осаждал крепость. Перед сдачей Порт-Артура генералом Стесселем (вопреки решению Военного совета и желанию оборонявших его солдат) командир миноносца «Бойкий» Беренс прорвал блокаду японцев и ушел в открытое море, избежав плена. За храбрость в той войне был награжден двумя боевыми орденами и именной золотой саблей.

«После возвращения команды «Варяга» в Россию Евгений Беренс продолжил службу на кораблях, - пишет доктор исторических наук Кирилл Назаренко. - В 1908 году, будучи старшим офицером броненосца «Цесаревич», проявил исключительную самоотверженность, помогая жителям итальянской Мессины, пострадавшим от землетрясения. С 1910 года служит в военной разведке на должности морского агента (атташе) в Германии, а после начала Первой мировой войны - в Италии. После Февральской революции его отозвали в Россию и тут же назначили начальником статистического (или иностранного) отдела Морского генштаба. Под этим названием скрывался разведотдел».

Михаил же Первую мировую встретил командиром новейшего эсминца «Новик». Особенно отличился 4 августа 1915 г. Командуя «Новиком», атаковал германские эсминцы V-99 и V-100, всадив в них 11 снарядов. Первый вражеский корабль загнал на минное поле, где тот подорвался и затонул, второй, получив значительные повреждения, отступил, потеряв 17 человек убитыми и 39 ранеными. На русском эсминце было лишь двое легко раненных осколками. За этот подвиг Михаил получил орден Святого Георгия 4-й степени, как и его старший брат за 10 лет до того.

И разошлись, как в море корабли

Октябрьский переворот развел боевых офицеров по разные стороны фронта. Руководитель иностранного отдела Евгений Беренс заявил: «Надо думать о России и работать, господа, работать». Он и стал новым начальником Морского генштаба. Затем возглавил Морские силы республики (весь Рабоче-Крестьянский Красный флот). Член Высшего военного совета. В заслугу Беренсу ставят Ледовый переход в 1918 году Балтийского флота из Ревеля и Гельсингфорса в Кронштадт. 236 кораблей и подлодок не попали тогда в руки немцев. Он же летом 1918 года предложил затопить корабли Черноморского флота в Новороссийске, чтобы немцы их не захватили. (Повторялась история «Варяга» и «Корейца».) Правда, часть экипажей отказалась выполнить приказ.

После Гражданской войны контр-адмирал Евгений Беренс вернулся на дипломатическую (читай, разведывательную) работу. Был советским военно-морским атташе в Великобритании, Франции, представлял СССР на крупных международных конференциях…

Брат Михаил, однако, власть большевиков не принял. Отказался выполнять требование судового комитета матросских депутатов уволить одного из офицеров. Его арестовали. Могли запросто шлепнуть. Вмешалось руководство Балтфлота. Героя «Варяга» освободили и даже назначили начальником штаба Минной обороны Балтийского моря. Короткое время он исполнял обязанности начальника Морского генерального штаба. Но в январе 1918 года Михаила уволили со службы без права на пенсию. Он пробрался к белому адмиралу Колчаку, с которым был знаком еще по обороне Порт-Артура. Вместе довелось им воевать и в Первую мировую. Колчак присвоил Беренсу звание контр-адмирала и назначил командующим Морскими силами белых на Тихом океане. После расстрела Колчака в январе 1920 года Михаил эвакуировал на судах из Владивостока в Китай гардемаринов Морского училища и гражданских беженцев. А сам уплыл в Крым, к генералу Врангелю.

Но белый Крым уже был обречен. Контр-адмиралу пришлось заниматься эвакуацией Белой армии. В ноябре 1920 года из Крыма в Константинополь на 126 судах ушло около 150 тысяч беженцев: войска, семьи офицеров, часть гражданского населения. Одной из групп кораблей руководил Беренс.

В Константинополе Врангель переименовал Черноморский флот в Русскую эскадру. По соглашению с Парижем она ушла из Турции на французскую военно-морскую базу Бизерта (Тунис). Михаил Беренс стал командующим Русской эскадрой. В ее составе, кстати, были суда, экипажи которых в 1918 году отказались выполнять приказ его брата Евгения о затоплении. В далекой Африке Беренс обеспечивал ремонт кораблей, сохранял личный состав, обучал кадетов и гардемарин. 29 октября

1924 г. Франция признала СССР. Русскую эскадру разоружили. Михаил Беренс в последний раз спустил на эскадре Андреевский флаг.

А вскоре в Бизерту прибыла советская делегация на предмет возвращения судов в СССР. В ее составе был красный контр-адмирал Евгений Беренс. Однако накануне визита белый контр-адмирал Михаил Беренс покинул базу. Неизвестно, почему он не захотел встретиться с братом. По одной версии, не простил Евгению перехода к большевикам. А может, побоялся, что чекисты не простят брату встречи с видным белогвардейцем. Так они и не увиделись.

Ну а Русскую эскадру французы под разными предлогами так и не вернули Москве. Часть судов забрали себе, остальные продали на металлолом.

Пистолет маршала - последний аргумент

Евгений умер в 1928 году от рака. Торжественно похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Ему был 51 год… Михаил после ликвидации эскадры перебивался в эмиграции случайными заработками, шил дамские сумочки. Умер в 1943-м. Похоронен в Тунисе. Ему было 64.

Но и после смерти в судьбе братьев-адмиралов продолжались совпадения, подчас мистические.

В 2000 году в эмигрантской газете «Новое русское слово» появилось тревожное сообщение старейшины русской общины в Тунисе Анастасии Александровны Ширинской-Манштейн, летописца Русской эскадры (восьмилетней девочкой она прибыла в Бизерту на корабле, которым командовал ее отец.) «Кладбище, где покоится прах Беренса, подлежит сносу. Нужны средства, чтобы перенести останки контр-адмирала в русский отдел столичного кладбища Боржель и установить памятную плиту тому, кто является символом доблести и чести русских морских офицеров». Основную часть средств передал российский бизнесмен Алимжан Тохтахунов. Более известный как Тайванчик.

30 апреля 2001 года прах последнего командующего Русской эскадры перенесли на столичное кладбище в Тунисе. Вскоре по инициативе адмирала Игоря Касатонова флагман российского Черноморского флота крейсер «Москва» доставил в Тунис мемориальную плиту из черного гранита с надписью «Россия помнит вас!».

Куда трагичнее оказалась судьба последнего приюта красного адмирала Евгения Беренса. В 30-е годы его могилу на Новодевичьем кладбище уничтожили. Видно, коммунисты не могли простить ему дворянское звание, службу на царском флоте, родство с белым адмиралом.

Но в 1989 году к руководителю патриотического союза «Россия» художнику Игорю Сычеву обратилась Ольга Михайловна Бобылева, супруга военного моряка, все годы при большевиках служившего адьютантом у Евгения Беренса. Попросила восстановить порушенную могилу адмирала «сразу слева у Северных ворот Новодевичьего кладбища». Сама она в 94 года поехать туда уже не может. Но точное место захоронения знает ее дочь Татьяна Громова, крестница Беренса.

Соратник Сычева гвардии полковник в отставке Ерофей Михайлович Левшов через военных моряков-ветеранов достал корабельный якорь, цепь. Укрепили на якоре памятную табличку. И предложили якорь в дар Москве. Чтобы Моссовет официально установил его на месте уничтоженного в 30-е гг. захоронения советского военачальника. Самим ставить памятник на главном кладбище СССР попахивало самоуправством.

Однако тогдашние столичные чиновники категорически отказались принять дар. Дескать, у них нет никаких сведений, где был похоронен Беренс. Впоследствии выяснилось, что это место на Новодевичьем кладбище было обещано одному высокопоставленному деятелю из Министерства внешней торговли СССР. Явно небескорыстно.

Тогда Левшов пошел ва-банк! В администрации Новодевичьего кладбища работал его бывший однополчанин, ветеран Великой Отечественной. 30 июля 1989 года - в День Военно-морского флота -он под видом экскурсии пропустил на территорию охраняемого правительственного кладбища три десятка ветеранов, офицеров-моряков, патриотов и Татьяну Громову. Они установили памятник и трижды торжественно поклялись не допустить повторного надругательства над могилой героя крейсера «Варяг».

Через несколько дней Левшов с группой ветеранов ВОВ посетил руководство исполкома Моссовета, чтобы договориться о документальном оформлении памятного знака. Встретили его весьма недружественно. Разговор сразу пошел на повышенных тонах. Дескать, это самоуправство, якорь надо снести.

Тогда гвардии полковник, бравший Рейхстаг, достал наградной пистолет, врученный ему лично маршалом Георгием Жуковым за выполнение специальных заданий партии и правительства. И спокойно заявил, что готов лично расстрелять как «врага народа» любого, кто посмеет посягнуть на памятник Беренсу: «Пусть меня потом судят, но второй раз осквернить могилу героя России я безнаказанно не дам». И убрал пистолет.

Чиновники наперебой стали уверять Левшова, что их не так поняли. Тут же позвонили директору Новодевичьего кладбища, чтобы он в течение трех дней оформил временные документы, пока идет подготовка решения исполкома Моссовета. Действительно, вскоре вступило в силу решение исполкома Моссовета под №1460 «Об увековечивании памяти Беренса Е. А.».

Первым пунктом стояло: «Выразить благодарность членам патриотического союза «Россия» за проведенную поисковую работу и передачу памятного знака…»

Вот как подействовал аргумент в виде наградного пистолета маршала Жукова. Лихие были времена на закате СССР.

С тех пор на могилу красного адмирала не было никаких поползновений. В 2002 г. по инициативе все того же адмирала Игоря Касатонова рядом с якорем легла мемориальная плита из черного гранита, как и на могиле его брата в Тунисе. Автор обоих памятников - севастопольский скульптор Станислав Чиж.

В апреле 2021 года в Севастополе был открыт монумент окончанию Гражданской войны на Юге России, созданный председателем Союза художников РФ Андреем Ковальчуком. Два брата-адмирала, красный и белый, наконец-то встретились. И навеки теперь будут вместе.

Читайте на WWW.KP.RU: https://www.kp.ru/daily/28361.3/4507856/