Семь самых наглых надувательств в истории человечества (8 фото)

Дело Пьера Брассо возникло из-за желания подвергнуть испытанию современное искусство и его знатоков. В 1964 году шведский журналист Оке «Дакке» Аксельссон решил проверить, сможет ли он убедить группу критиков в том, что картины, созданные шимпанзе, являются авангардным современным искусством. Он подошел к смотрителю шимпанзе в местном зоопарке и убедил его дать шимпанзе Питеру бумагу, кисти и краски. Затем Аксельссон выбрал лучшие работы Питера и выставил их в галерее вместе с картинами других художников. Он утверждал, что они были написаны ранее неизвестным художником по имени Пьер Брассо.
В то время как один критик был достаточно проницателен, чтобы заметить, что «только обезьяна могла нарисовать это», другие критики были полностью одурачены. Рольф Андерберг, работавший в газете Göteborgs-Posten, описал художника как обладателя «деликатности балеруна». Впрочем, несмотря на скандал, подход искусствоведов к современному искусству "дело Пьера Брассо" не изменило.

28 декабря 1917 года газета New York Evening Mail опубликовала статью Х. Л. Менкена, в которой он сетовал на то, что 75-летие первой американской ванны, прошедшее неделей ранее, осталось никем не замеченным. В статье под заголовком «Забытая годовщина» Менкен подробно описал, как Адам Томпсон, приехавший в Англию из Цинциннати, был поражен ванной, изобретенной лордом Джоном Расселом в 1828 году. Вернувшись в Соединенные Штаты 20 декабря 1842 года, он первым делом обустроил и принял первую в истории американскую ванну. Поначалу новая затея встретила большое сопротивление, рассказывает Менкен, потому что врачи объявили принятие ванны опасным, а скептики утверждали, что это ненужная и слишком дорогая роскошь. Но, продолжал автор, когда Миллард Филлмор установил ванну в Белом доме, любое сопротивление этой идее исчезло.
В 1949 году Менкен подробно рассказал, почему он написал такую ​​статью, и как он был поражен тем, что ее продолжают цитировать через много лет после того, как он открыто объявил, что она полностью ложна.
«Успех этого простенького розыгрыша, сделанного во время войны, когда писать о более серьезных вещах было невозможно, меня чрезвычайно изумил, - говорил Менкен. - Не проходит и месяца, чтобы я не увидел этот текст перепечатанным не как удачную шутку, а как факт».

Нацистская атрибутика с послевоенных лет стала большим бизнесом, к которому мечтали присоседиться многие жулики. В конце 1970-х годов мелкий вор и фальшивомонетчик Конрад Куяу уже имел прибыльные связи в отрасли. У него уже был опыт подделки личных записей ключевых нацистских деятелей, он также зарабатывал на жизнь, создавая картины, которые, как он утверждал, были написаны Гитлером. И вот, наконец, он решил сделать следующий выгодный шаг — подделать дневники Гитлера.
Жулик потренировался подделывать почерк, сбрызнул страницы старого дневника чаем и побил книгу о стол, чтобы придать ей состаренный вид. Затем, заполнив несколько тетрадей своими измышлениями, он выставил их для продажи. В какой-то момент книга привлекла внимание Герда Хайдемана, журналиста немецкой газеты Stern, который хотел опубликовать дневники.
Для определения подлинности экспертам по почерку была передана страница одного из дневников вместе с образцом почерка Гитлера, который также был подделан Куджау. Но почерк оказался подделан настолько искусно, что подделку сразу не опознали. Доверия жулику придавало и то, что Куджау создал шестьдесят томов дневника. Это помогло обмануть экспертов, поскольку, как позже сказал историк Хью Тревор-Роупер: «Кто стал бы подделывать шестьдесят томов, когда для достижения его целей было достаточно шести?» Потребовался не один год, чтобы вывести жэулика на чистую воду.

Эта мистификация, придуманная журналом Rolling Stone в 1969 году, оказалась настолько успешной, что мистификаторы позже добавили к ней вторую часть. Стремясь высмеять популярный в то время тренд на «супергруппы», редактор журнала Rolling Stone Грейл Маркус сделал рецензию на полностью выдуманный альбом. под названием «Мародеры в масках». Воображаемая группа состояла из Боба Дилана, Мика Джаггера, Джорджа Харрисона, Джона Леннона и Пола Маккартни. Статья была написана с изрядной долей самоиронии, с шутками типа «Дилан сияет на третьей стороне, демонстрируя свой новый глубокий бас». Пола Маккартни автор сравнивал с Эдди Фишером, восклицая: «И они говорят, что белый мальчик не может петь блюз!" Однако люди по-настоящему заинтересовались рецензией и начали просить копии альбома. Столкнувшись с такими просьбами, Маркус и еще один редактор привлекли малоизвестную группу под названием Cleanliness and Godliness Skiffle Band для записи альбома, который они продали студии Warner Brothers.

Ни один список надувательств не будет полным без самой известной мистификации, совершенной П.Т. Барнумом. Он представил публике неизвестное существо, которые называл «русалкой с Фиджи». Это мумифицированное существо на самом деле представляло собой голову и туловище маленькой обезьяны, пришитые к хвосту рыбы. По общему мнению, это было ужасное зрелище. Даже в своей автобиографии Барнум описывал ее как «уродливую, высохшую, черную на вид крошечную особь».
Когда Мозес Кимбалл из Бостонского музея принес это существо Барнуму в 1842 году, Барнум попросил натуралиста изучить его. Когда натуралист заявил, что не может утверждать, что образец подлинный, Барнум все равно решил показать его людям. Убедив своего помощника Леви Лаймана выдать себя за «доктора Дж. Гриффина», Барнум организовал шумиху, написав анонимные письма в газеты об этой удивительной находке. Он также приказал Лайману забронировать отель в Филадельфии и показать существо любопытному домовладельцу, который пригласил своих друзей (включая редакторов газет) прийти и посмотреть на него. В итоге мистификация на долгие годы стала для публике доказательством существования русалок.
К сожалению, оригинальный экземпляр позднее погиб в результате пожара, но многочисленные копии «русалки с Фиджи» сохранились до наших дней.

В 1954 году книга «Летающая тарелка с Марса» произвела фурор во всем мире. Автор, Седрик Аллингем, утверждал, что общался с инопланетянином после встречи с НЛО недалеко от Лоссимута, Шотландия. Уфологи по всей Британии приложили значительные усилия, чтобы выследить его, но он был на удивление неуловим. Когда с ним связались его издатели, они сказали, что он находится в Швейцарии на лечении.
Одним из тех, кто утверждал, что встречался с ним, был лорд Даудинг, бывший главный маршал Королевских ВВС во время Второй мировой войны. Даудинг пригласил Аллингема прочитать лекцию в местном клубе уфологов, сказав после этого: «Мы все были сильно впечатлены тем, что он рассказал правду о своем реальном опыте».
В конце концов, в 1986 году исследование в журнале Magonia выявило сходство в стиле письма Аллингема и астронома Патрика Мура. Исследователи связались с другом Мура, Питером Дэвисом, который сказал, что он написал книгу в соавторстве и появился на мероприятии Даудинга с накладными усами. Хотя Дэвис не назвал имя другого автора, многие думали, что это Мур. Хотя астроном отрицал свою причастность, было указано, что единственная фотография Аллингема показывает, как он стоит рядом с телескопом — очень похожим на тот, что принадлежит Муру — в саду, который очень похож на сад Мура.

Когда молодая женщина в странной одежде, говорящая на непонятном языке, была найдена блуждающей по городу в Глостершире, Англия, ее отправили в Бристоль, чтобы судить за бродяжничество. Однако португальский моряк смог перевести ее слова и сообщил всем, что она принцесса Карабу. Она была захвачена пиратами, но прыгнула за борт и уплыла в Англию.
В течение десяти недель она была в гостях у местного жителя Сэмюэля Уорролла и его жены, и многие знатные горожане приходили навестить ее. Фотография и история принцессы Карабу появились во всех газетах. Это ее и погубило. Миссис Нил, хозяйка пансиона, заметила фотографию Карабу в местной газете и сообщила Уорроллам, что на самом деле это Мэри Уиллкокс, дочь сапожника, которая работала прислугой, но затем оказалась безработной и скитается по стране.
Разоблаченная Мэри поехала в Америку, чтобы выставить себя принцессой Карабу, но не добилась большого успеха. По возвращении в Англию она снова не смогла вызвать интерес к себе и в итоге стала зарабатывать на жизнь, продавая пиявки Бристольскому лазарету.