Интересные выдержки из новой биографической книги "Жизнь Елизаветы II" (4 фото)

Роберт Хардман в своей масштабной работе рассказывает о становлении королевы Елизаветы II, её пути от принцессы до монарха. Книга вышла в преддверии платинового юбилея Елизаветы II.
Итак, слово автору.

***
Утром 3 сентября 1939 года народ Британии собрался вокруг радио, чтобы услышать, как премьер-министр Невилл Чемберлен заявляет, что Британия находится в состоянии войны. Король Георг VI слушал это выступление в Букингемском дворце, рядом с ним была королева, по ее щеке катилась слеза.

Через несколько мгновений раздался первый вой сирены воздушной тревоги. «Король и я посмотрели друг на друга и сказали: «Этого не может быть!» — писала она потом, — но это было, и с бьющимся сердцем мы спустились в свое убежище в подвале. Мы были ошеломлены и напуганы и сидели, ожидая, когда упадут бомбы».

Это была ложная тревога. Однако скоро появятся и настоящие. Принцесса Елизавета и принцесса Маргарет услышали эту новость в Балморале, где они проводили свои летние каникулы.

В первые месяцы Элизабет и Маргарет оставались в Балморале, а на Рождество воссоединились со своими родителями в Сандрингеме. Было понятно, что в столице оставаться нельзя, и решение поселить девочек в Роял-Лодж, загородной резиденции рядом с Виндзором, показалось приемлемым. Поначалу там пытались вести такую же жизнь, как и раньше. 10 мая король написал в своём дневнике: «Я проснулся и обнаружил, что Германия вторглась в Голландию, Бельгию и Люксембург рано утром… . . началось давно обещанное наступление на Западном фронте».

Было принято немедленное решение, что принцессам слишком опасно оставаться в Роял-Лодж. Существовал не только риск воздушной бомбардировки, но и угроза похищения воздушными силами противника. 12 мая 1940 года гувернантке девочек было приказано привезти их в Виндзорский замок. И почти все последующие пять лет они оставались там, при этом их точное местонахождение обычно называлось просто «где-то в стране».

Уинстон Черчилль был назначен премьер-министром, и Великобритания готовилась к полномасштабному вторжению. Король и королева решили остаться в Лондоне, но что делать с принцессами?

Многие богатые семьи, такие как член парламента от консерваторов и ведущий дневник Чипс Чэннон, начали отправлять своих детей в Канаду или США. Тем временем постоянно ходили слухи, что принцесс также могут отправить за границу.

В учебниках истории принято мнение, что королевская семья отказывалась сделать то же самое и даже поддерживать подобные мысли.

Одной из самых известных цитат военного времени, приписываемых королеве Елизавете, было ее заявление о неповиновении: «Дети не могут уйти без меня, я не могу оставить короля, а король никогда не уйдет».

Однако военный дневник короля свидетельствует об обратном. Королевская семья, конечно же, не исключала эвакуации за границу для Элизабет и Маргарет. В какой-то момент король очень серьезно обдумывал этот вопрос и несколько раз поднимал его перед Уинстоном Черчиллем.

Но Уинстон Черчилль сказал «нет».

Вполне понятно, что король и королева серьёзно рассматривали вариант эвакуации дочерей. Дочь и внуки королевы Нидерландов Вильгельмины уже бежали, сначала в Великобританию, затем из Великобритании в Канаду. Трехлетний будущий король Норвегии Харальд со своей матерью и сестрами, который также нашёл пристанище в Великобритании, вскоре должен был отправиться в США. Однако Лилибет и Маргарет Роуз к ним не присоединятся. Черчилль победит.

Они остались. Конечно, место их пребывания было укреплено и усиленно охранялось. Но вряд ли эти меры безопасности могли кого-то удержать при настоящей опасности. Как сказала принцесса Маргарет много лет спустя: «Хилая колючая проволока никого не удержала бы, но она удержала нас внутри».

Георг VI обзавелся собственным пистолетом, а королева ежедневно брала уроки обращения с револьвером. «Я не упаду, как другие», — сказала она политику и писателю Гарольду Николсону.

9 сентября 1940 года Букингемский дворец получил первое прямое попадание (всего за время войны их было девять, а на территории рядом - гораздо больше). Первая бомба была устройством замедленного действия. Она взорвалась на следующую ночь прямо у частных апартаментов королевской семьи, уничтожив большую часть дворцового бассейна.

Король признал, что им повезло сбежать. «Накануне я сидел в своей комнате, не зная, что рядом находится бомба замедленного действия», — записал он в своем дневнике.

Три дня спустя он и королева стали свидетелями падения еще двух снарядов, и чудом не погибли.
«Мы посмотрели друг на друга, а затем выбежали в проход так быстро, как только смогли. Все произошло за считанные секунды. Мы все задавались вопросом, почему мы живы».

Королева наблюдала, как взорвалась первая бомба. «Мы видели, как она взорвалась, и в воздух поднялся огромный столб воды, который также попал в большую дренажную систему», — вспоминала она позже. «Пилот сбросил целую пачку бомб прямо на дворец. Неприятные последствия заключались и в том, что сад заполонили крысы — ужасные крысы».

По крайней мере, это дало возможность использовать уроки стрельбы из револьвера с пользой. «Всем было очень весело преследовать их, пытаясь застрелить».

В октябре 1941 года в замке впервые появилось новое лицо. «Филипп Греческий приехал, чтобы остаться», — записал король в своем дневнике. «Он проходит курсы в Портсмуте и является исполняющим обязанности младшего лейтенанта. Он рассказал мне о своих приключениях на «Валианте» на Средиземноморском флоте».

Филип недавно упоминался в депешах за командование прожекторами HMS Valiant во время битвы при мысе Матапан.

Он явно наслаждался своим пребыванием, так как два месяца спустя он снова вернулся, чтобы посмотреть виндзорскую рождественскую пантомиму с Лилибет в роли Прекрасного принца. Однако только к концу войны их дружба переросла в нечто более серьезное.

***
Выдержки взяты из книги The Life Of Elizabeth II. © 2022 Robert Hardman