Странности и парадоксы могилы Софьи Блювштейн (7 фото)

Роскошное итальянское надгробие на Ваганьковском кладбище – объект часто посещаемый. Здесь покоится легенда преступного мира – Сонька Золотая Ручка, в миру Софья Блювштейн. Об этой преступнице написана масса книг, сняты десятки фильмов. Насколько они соответствуют действительности – вопрос, поскольку эта девушка с виртуозной легкостью меняла обличье, мужчин, место жительства, нося множество масок. Поэтому можно только догадываться об истинном лице.

Что совершенно точно очевидно, так это то, что величайшей любовью женщины были деньги. Поиском и нечестным присвоением которых она и занималась всю жизнь.

В соответствии с официальной версией, преступница сгинула где-то в лагерях, отбывая наказание. А неофициальная и менее романтическая гласит, что она тихо доживала свою жизнь при дочерях, ставших успешными и состоявшимися в творческой профессии (оперетта). Были и те, кто верил в побег авантюристки. И то, что она продолжила своё триумфальное преступное шествие. Ведь тот, кто горел ярким пламенем, не должен закончить свою жизнь потухшей свечой.

Как бы там ни было, но на Ваганьковском кладбище Соньке установлен кенотаф – памятник, считающийся надгробным, но без захоронения под ним. Своего рода подгон организовала одесская воровская братия.

И, начиная с лихих 90-х, сюда потянулись вереницы бандитов всех мастей и рангов, несущие императрице преступного мира букеты и просящие фарта в воровских делах. Подчас это заканчивалось для них печально, поскольку о славе могилы знала и милиция и неоднократно организовывала на этом месте облавы.

Сейчас к кенотафу Соньки идут не только связанные с криминалом личности: студенты просят лёгкой сдачи сессии, люди творческие – вдохновения, а более приземленные - … Чего может попросить обычный человек – хорошей денежной работы.

Сотрудники кладбища устали постоянно стирать надписи с постамента и даже вывесили объявление с просьбой обращаться к великой махинаторше устно, а не писать обращения на памятнике.

Кенотаф Соньки – место противоречивое. С одной стороны, народ идёт и просит, а с другой – обращаться с просьбами к преступнице как-то неправильно и не по-христиански. Впрочем, кого это останавливает? Ведь в душе даже самые закоренелые циники могут верить, что призрак фартовой дамы витает где-то поблизости, всё слышит и вполне может замолвить словечко перед кем надо.