38k
4 года назад · 8 фото · 8988 просмотров · 17 комментариев
Кровавая "Ночь печали", или Как конкистадоры умерли богатыми (8 фото)
Для одних "Ночь печали", а для других "Победная ночь".
Монтесума II и Кортес.
Когда в ноябре 1519 году испанский конкистадор Эрнан Кортес вошёл в столицу ацтеков Теночтитлан, император Монтесума II, которому суждено было стать последним императором ацтеков, устроил в честь гостя пышный приём. Монтесума умело управлял своей империей и мог бы при желании уничтожить войска Кортеса, несмотря на то, что испанцы владели более совершенным оружием. Но император полагал, что Кортес - бог (а иначе как объяснить выстрелы из пушек и извержение вулкана Попокатепетль, случившееся как раз к приходу испанцев), поэтому решил с ним не связываться.
Далеко не все ацтеки разделяли тактику Монтесумы. Когда индейцы напали на Веракрус и убили коменданта, Кортес взял Монтесуму и его семью под домашний арест, чтобы показать индейцам - ещё один такой случай, и мы убьём вашего правителя. Излюбленный приём Кортеса.
Эрнан Кортес.
Испанцы, заболевшие золотой лихорадкой и синдромом завоевателя, вели себя не как боги, а как бесы. Поэтому через несколько месяцев совместного проживания с испанскими конкистадорами в Теночтитлане, даже у Монесумы не осталось сомнений в том, что Кортес и его люди - не боги, а простые люди.
В мае 1520 года Кортес с третью своего войска отправился в Веракрус, чтобы разобраться там с отрядом, посланным его злейшим врагом Диего Веласкесом для усмирения Кортеса. С людьми Веласкеса он быстро разобрался, но в его отсутствие оставшиеся две три войска устроили бессмысленную и кровавую резню в храме во время ацтекского праздника. Среди жертв внезапной атаки были знатные и уважаемые люди города, все они пришли в храм безоружными. Причём праздник проходил с разрешения испанцев. Когда конкистадоры начали резать жрецов, ацтеки стали защищаться. В итоге ацтеки убили 6 испанцев.
Резня в главном храме Теночтитлана.
Ацтеки не собирались прощать испанцам их злодеяния. Когда 24 июня Кортес вновь вошёл в Теночтитлан, никакого пышного приёма ему уже не оказали. Его вообще никто не встретил, улицы столицы с населением 1 млн человек (по меркам XVI века это рекорд) были пусты. Войдя в город, Кортес стал думать о том, как вывести оттуда свои войска, пока не поздно.
Современное изображение Теночтитлана.
На улицах начались стычки межу ацтеками и испанцами. Теперь испанцы укрылись во дворце, боясь расправы. Монтесума по приказу Кортеса попытался утихомирить подданных, но императора закидали камнями насмерть.
Испанцы оказались в осаде. Они были хорошо вооружены, но ацтеки многократно превосходили их числом. После смерти Монтесумы 29 июня Кортес решил уходить. Отступление он назначил на день похорон императора, когда ацтекам вроде как будет не до него. Накануне побега конкистадоры как следует затарились золотом. С такой драгоценной ношей не то что тайком отступать в дождливую ночь, но свободно прогуливаться было тяжело.
"Ночь печали", которая на картинке прикинулась днём.
Теночтитлан находился на острове на озере Тескоко. Уйти из него можно было по одной из длинных и узких дамб. Накануне ацтеки разрушили несколько переправ на дамбе, и испанцам пришлось делать переносной мост. Ночью 30 июня ацтеки атаковали пытавшихся бежать испанцев. Ацтеки подплыли на лодках и плотах и били испанцев, пока сломанный мост не наполнился телам врагов, по которым оставшиеся в живых конкистадоры смогли бежать дальше. Кто-то бросился назад во дворец, где их закрыли, а затем уничтожили. Кто-то попытался выбраться из города вплавь. Но пловцов утянуло на дно золото - конкистадоры умерли богатыми.
Мануэль Рамирес Ибаньес "Ночь печали Эрнана Кортеса", 1890 год.
Из отряда в 1300 человек уцелели примерно 440. Все выжившие были ранены. Кортесу тоже удалось пережить "Ночь печали" (с 30 на 1 июля 1520 года). Сидя под деревом, которое позже было названо "Деревом Ночи печали", Кортес смотрел на остатки своего войска, на грозный Теночтитлан и оплакивал своё поражение и все те богатства, которые не удалось прихватить с собой. Через год после "Ночи печали" Кортес вернулся и взял город-государство в осаду. 70 дней продолжалась осада Теночтитлана, 13 августа 1521 года город пал. Город был разграблен и разрушен, примерно 100 тыс. жителей были убиты в ходе осады.
Дерево и бронзовый плачущий Кортес в городе Долорес-Идальго.
Поражение Кортеса в 1520 году вошло в историю как "Ночь печали". Спустя 500 лет мексиканцы решили, что для них это вовсе не ночь печали, а ночь победы и переименовали битву в "Победную ночь". А в Мехико на месте, где было "Дерево Ночи печали" (оригинальное дерево погибло в 1960-х, но его отросток посадили в городе Долорес-Идальго), установили мемориальную табличку в память о сотнях тысячах жителей Теночтитлана, храбро сражавшихся с захватчиками.
Метки: #Испания #Мексика #ацтеки #история #конкистадоры #кортес #мехико #монтесума #ночь печали
Откуда 1300 человек? Есть же первичные источники, например, мемуары Берналя Диаса дель Кастильо "Правдивая история завоевания Новой Испании" (полный текст по ссылке: https://www.litmir.me/br/?b=111245&p=1)https://www.litmir.me/br/?b=111245&p=1).
Он четко пишет сколько их было (кстати, он сам был ранен в "ночь печали", отступая с арьергардом дона Педро де Альварадо):"Здесь же, за три дня, что мы были на острове Косумель, произведен был и окончательный подсчет всех наших сил; оказалось нас 508 солдат, не считая маэстре, пилотов и матросов, которых было 100. И 16 жеребцов и кобыл, добрых и хорошо обученных; и 11 кораблей, больших и небольших, в том числе у нас было 32 арбалетчика и 13 аркебузников, и 2 бронзовых пушки и 4 фальконета".
Всё - это вся армия Эрнана Кортеса с которой он покорил империю ацтеков.
Сколько же "продвинутые" европейцы перерезали народу по миру???
Известная история. Prime Video выпустили сериал "Эрнан" основанный на данных событиях. Но поскольку авторами сериала были Испанцы, то Кортес представлен неким благородным романтиком искренне сопереживавшим индейскому народу, а не вором отморозком каким он был на самом деле.
"напали на Веракурс" и другие ошибки исправь.
"Избрали мы управителей нового города, алькальдов и рехидоров; первыми алькальдами стали Алонсо Эрнандес Пуэрто де Карреро и Франсиско де Монтехо, на торговой площади мы водрузили позорный столб, а за городом построили виселицу. Так положено было начало первому новому городу Новой Испании Вилья Рика де ла Вера Крус" (мемуары Берналя Диаса дель Кастильо "Правдивая история завоевания Новой Испании").
Ну, самые нужные вещи построили в первую очередь...
Для полноты картины автору не мешало бы рассказать как именно "праздновали" ацтеки и вопрос почему взбеленились испанцы отпадет сам собой. Итак, "безоружные знатные люди" пришли посмотреть как жрецы будут массово резать глотки и вырывать сердца у наловленных по округе пленников из подчиненных племен. А че такого? Дело житейское, распутили бы на ремни пару сотен индейцев, умилостивили бы индейских богов, они бы таки послали бы наконец дождик. А тут какие-то испанские варвары вмешались в древний и красивые народный обычай со своими варварскими придирками "людей в жертву приносить нельзя!". Ну и с испанские заходами "индейцы тоже люди у них тоже душа как и у европейцев" протестанты (англосаксы и голландцы) им до сих пор простить не могут. У продвинутых прогрессивных протестантов что индейцы, что негры, что аборигены Полинезии, Микронезии и Австралии официально числились животными.
Церковный диалог со множеством дискуссий "есть ли у индейцев душа" все-таки был немного позже. Индейцы тоже не особо пушистые были, но по началу политика испанцев в отношении варваров не особо отличалась от протестантской.
Таки не так. Испанский церковники в частности и католическая церковь в целом никогда не ставила под сомнение, что у всех людей разных цветов есть душа, которую надо спасать, приведя в лоно оной католической церкви (думаю не надо объяснять корни и цели такого поведения?). И политика активного крещения аборигенов велась с самых первых голов колонизации.
А вот есть душа или нет, это уже софтистика как раз протестантов. У этих перцев в терминальной стадии даже единоверцы по секта не достигшие некоего параметра (богатства, цвета одежды, фасона шляпы, материала платка) уже за людей переставали считаться, а тут какие-то разноцветные обезьяны.
И да, принадлежность к христианству никак не спасала от грабежа и сверхэксплуатации. Но в данном конкретном случае испанцам Кортеса предъявить за ацтекскую знать нечего - в реалиях того времени и того менталитета то, что они увидели на "празднике" это был натуральный портал в ад, и они его захлопнули в тот раз навсегда.
Добавлю к вашему интересному комментарию цитату из мемуаров капитана армии Кортеса дона Берналя Диас дель Кастильо (кстати, он сам был ранен в "ночь печали", отступая с арьергардом дона Педро де Альварадо):
"Ежели же читатель спросит: «Что же сделали вы, все эти конкистадоры, в Новом Свете?» Я отвечу так. Прежде всего, мы ввели здесь христианство, освободив страну от прежних ужасов: достаточно указать, что в одном лишь Мешико ежегодно приносилось в жертву не менее 2 500 людей! Вот что мы изменили! Переделали мы, в связи с этим, и нравы, и всю жизнь. Множество городов и селений построено заново; введено скотоводство и плодоводство на европейский манер; туземцы научились многим новым ремеслам, и новая работа закипела в новых мастерских. Возникло немало художественных зданий, а ребята обучаются даже в правильных школах; что же касается самого Мешико, то там учреждена Универсальная коллегия, где изучают грамматику, богословие, риторику, логику, философию, и где раздаются ученые степени лиценциата и доктора. Книг там множество, и на всех языках. Всюду устроены добрые суды и поддерживается полная безопасность; индейцы привыкли уже выбирать себе своё самоуправление, и все мелкие дела решаются по их праву и обычаю. Касики по-прежнему богаты, окружают себя множеством пажей и слуг, имеют знатную конюшню, зачастую владеют конскими заводами и стадами мулов, пуская их с большой выгодой под торговые караваны. Индейцы ловки, удачливы, сметливы, легко все перенимают. Словом, и страна, и люди улучшаются".
Конечно, полностью доверять словам конкистадора Дель Кастильо нельзя - конечно, он пытался в своих мемуарах выставить себя и своих товарищей в наилучшем свете. Но, учитывать и взгляд "с той стороны" все же необходимо. "Правда" она никогда не бывает одна, у всех своя и очень разная.
Капитан в своих мемуарах несомненно приукрашивает. Но по итогу 500 лет колонизации в плане кто считал индейцев за людей, а кто нет, можно судить по тому сколько их к северу от мексиканской границы, и сколько к югу от границы США. И как они в обоих случаях вовлечены в социальную и экономическую жизнь стран проживания.
Почитайте (хоть по диагонали) сами, довольно занимательное чтиво: https://www.litmir.me/br/?b=111245&p=1https://www.litmir.me/br/?b=111245&p=1
Учитывая уровень ваших комментариев вам должно понравиться. По ссылке его мемуары полностью в переводе д.и.н. профессора Егорова. Книга по объему не сильно большая, но для людей интересующихся историей очень интересная - все же он непосредственный участник и свидетель событий.
Не видели в жизни ничего прекраснее золотого кирпича.
Теночтитлан находится в Мехико, а памятник Кортесу установили в городе Долорес-Идальго - это километров 200 на север.
Да и вообще, это тоже самое что в Хиросиме установить памятник Труману.
Не правы. Мексиканцы и вообще латиноамериканцы по крови потомки и иберийских конкистадоров, и индейцев, и рабов из Африки (в большей части все же индейцев), но по языку (а португальский это диалект испанского, галисийский диалект испанского тот же португальский язык), культуре, религии они принадлежат к "испанскому миру". Отец мне рассказывал, в начале 60-х он возвращался из командировки из Монтевидео (он был советский дипломат) на корабле (тогда у "Аэрофлота" не было трансатлантических рейсов) и ночью проходили Гибралтарский пролив и берега Испании (тогда там правил Франко и не было у нас дипломатических отношений и наши корабли в их порты не заходили), так все латиноамериканцы, кто был на судне выскочили на палубу и ночью с благоговением смотрели на огни берега их "страны матери" (так они её называют), которую их предки покинули сотни лет назад и некоторые при этом плакали.
Да, я знаю что современные мексиканцы, португальцы и прочие латиносы считают своей мамой-родиной Испанию. Т.е они отдают себе отчет что живут на чужой земле, которую их предки "очистили" от аборигенов. Устанавливать памятники завоевателей на поверженной земле - ну, это как-бы оскорбление для кореного населения.
Хорошо. А тогда памятник Ермаку или Дежневу это тоже оскорбление?