Проспавший революцию: удивительный случай летаргического сна (5 фото)

Лег спать обычный мещанин Иван Качалкин 3 марта 1896 года, а проснулся, когда и страна уже была другая, и правители поменялись. Политическая ситуация в то время была далеко от стабильности. Видимо, это во многом и подкосило впечатлительную натуру молодого человека. Стрессы, эти проклятые стрессы. Надо их… переспать.

Организм как бы запускает механизм защиты, и все жизненные процессы замедляются. Человек выглядит как покойник: бледный, холодный, пульс и дыхание едва заметны.

Вечер для Ивана прошел обычно: попил чаю с домочадцами, обсудил новости. Но когда родня не смогла его разбудить на следующий день, то обратилась за помощью к медикам. Но те лишь развели руками и ничем не смогли помочь Ивану Кузьмичу. Мужчина провел в кровати две недели, когда об истории узнал известный столичный физиолог Иван Петрович Павлов.

Он распорядился перевезти спящего в свое отделение, вставил зонд для питания и ежедневно фиксировал состояние Качалкина, фиксируя все показатели. Запись в рабочих заметках медика за 1918 год:

Мужчина 60 лет, 22 года лежавший в больнице настоящим живым трупом, без малейшего произвольного движения, без единого слова... Последние годы начал делать движения: в настоящее время встает с постели... говорит много и разумно...

Когда Качалкин пришел в себя, он рассказал, что слышал все, что происходило вокруг. В качестве доказательства даже пересказал важные разговоры медперсонала, состоявшиеся в его присутствии. Все слышал, но сил, чтобы открыть глаза и подняться с кровати, не было. Все мышцы словно сковывала невидимая сила.

Понятно, что если бы мужчине довелось уснуть в какой-нибудь глухой деревеньке, а не посчастливилось попасть к светилу медицины, то жизненный путь спящего значительно бы сократился. Ведь подобные состояния лечили заговорами или молитвами. А радикальной методикой сонящницы, как называли в народе летаргический сон, было сожжение на груди спящего мотка пеньки с последующим вливанием в горло растворенное в воде золы. Люди считали, что это поможет заблудившейся душе снова вернуться в бренное тело.

Многолетние наблюдения позволили Павлову доказать ряд гипотез, касающихся теории сна. Физиолог считал, что основа нервной деятельности – чередование процессов возбуждения и торможения, то есть бодрствовании и сна. И если мозгу необходимо защитить организм от стресса, он включает защиту и погружает тело в длительный сон.

Хотя наблюдения во многом помогли развитию науки, в случае с пациентом счастливого конца не случилось. Новая страна, новый мир, новая власть (а Качалкин был ярым монархистом). Иван Кузьмич не смог всего этого выдержать. И сердце человека, проспавшего 22 года таким долгим, но совсем не здоровым сном, остановилось.

Нужно сказать, что не только изменившиеся реалии повлияли на исход. За два десятилетия мышцы пациента атрофировались настолько, что он даже не был в состоянии подняться к кровати без посторонней помощи. Передвигался маленькими шажочками на костылях, а ел исключительно жидкую пищу. Впрочем, к тому моменту Качалкин уже отметил 60-летие, что по тем временам было возрастом более чем солидным. Правда, две трети жизни он провел во мраке небытия. А на фоне изменений еще раз защитный механизм уже не смог запуститься.