Германия. Евреям и полякам пирожные не продаются (3 фото)

В список добровольно сотрудничавших с нацистами вошла и Пирожкова Вера Александровна, которая родилась в семье доцента псковского педагогического института в 1921 году, родители коей не питали симпатии к советской власти.

Предшествовавшие события развивались следующим образом.
Шёл 1938 год. Пирожкова поступила в Ленинградский университет на математико-механический факультет, успела проучиться всего три года, а в июне 1941 года Германия напала на Советский союз и оккупировала Псков.
Вера Пирожкова в это время находилась в гостях у родителей в Пскове, а когда нацисты оккупировали Псков, она добровольно пошла на сотрудничество с немцами и ей предоставили работу переводчика в немецкой русскоязычной газете «За родину», затем доверили писать пропагандистские публикации и со временем перевели на место редактора.
Статьи, которые она писала для немецкой газеты «За родину» содержали нацистскую направленность и антисоветский материал.
Её коллега по работе Олимпиада Полякова (газетный псевдоним Лидия Осипова) в «Дневник коллаборантки» охарактеризовала Пирожкову, как "пронацистски настроенную", а по словам историка Олега Будницкого, в своих газетных материалах Пирожкова прославляла Германию, немецкий образ жизни при нацистах и нацизм.

Успешные наступательные действия Красной армии привели к поражению германских войск и их союзников на поле боя, и вследствие чего в зоне немецкой оккупации происходила спешная эвакуация германской армии, немецких пособников, вывоз материальных и культурных ценностей в более безопасные места.
Таким образом нацисты эвакуировали Пирожкову с отцом и матерью вначале из Пскова в Прибалтику, затем в 1944 году переправили в Германию.
Вера с семьей боялись и опасались отвечать за свою антисоветскую деятельность перед суровым советским судом и советским народом, поэтому предпочли бегство с нацистами на Запад.
По её мемуарным воспоминаниям, она в первое время продолжала в Германии поддерживать связь с нацистами, власовцами, и членами партии НТС (Народно-трудовой союз русских солидаристов).

В послевоенные годы Пирожкова с родителями благополучно осталась жить на Западной Германии, своё обучение продолжила в Мюнхенском университете на философском факультете, впоследствии став профессиональной журналисткой и профессором политологии Мюнхенского университета.
За рубежом она издавала журнал «Голос зарубежья» публикуя антисоветские материалы направленные против Советского союза, и одновременно совмещая должность главного редактора в этом журнале.
После распада Советского союза (в ельцинскую эпоху) Вера Александровна возвратилась в Россию и уже в 1993-1995 гг. читала лекции российским студентам в МГУ и СПбГУ, а в 1998 году издала свой мемуар под названием "Потерянное поколение" .

Пирожкова в опубликованном ею мемуаре описывала следующее отношение немцев к тем русским, украинцам и к полякам в нацистской Германии, которые добровольно работали на немцев:

Хотя по возрасту я больше подходила младшей из сестер, но интереснее мне было со старшей, с которой я и сдружилась. Она рассказывала, что приехала в Германию уже довольно давно и добровольно, когда стали (кажется, в 1942 году) набирать специалистов. Поехала она из любопытства — посмотреть другую страну, и попала поначалу в ужасные условия. Их поместили в общие бараки, кормили преимущественно водянистой вареной брюквой и водили гулять под конвоем, как преступников. Но по мере того, как положение на фронте для немецкой армии становилось все хуже, положение русских специалистов и рабочих улучшалось. Сначала отменили прогулки под конвоем и стали лучше кормить, потом выдали немецкие продуктовые карточки, и они таким образом получили возможность самостоятельно себя обеспечивать, и, наконец, перевели в этот хороший барак, дав отдельную комнату.

Мы попали в Германию, когда все эти метаморфозы уже совершились, так что нас уже никто не запирал, мы сразу получили немецкие карточки и не должны были носить значок «Ost». Впрочем, и те, кто его носили, имели уже немецкие карточки и получали деньги за свою работу. Однажды я зашла в булочную, чтобы купить пирожное. Для этого надо было отдать маленький талончик хлеба, жиров и сахара.
На стене висело объявление: «Евреям и полякам пирожные не продаются».
Мне стало неприятно, и я вспомнила рассказ отца о дискриминации поляков. Как раз в этот момент вошла элегантно одетая (холя и в явно обношенную одежду) женщина со значком «Р» на груди. Полька на довольно хорошем немецком языке спросила пирожное и протянула свою продовольственную карточку. Но продавщица ее отклонила, указав на надпись. И тут же вошла закутанная в платок простая русская или украинка со знаком «Ost» ткнула пальцем в пирожное и протянула продавщице продуктовую карточку. Та молча ее взяла, вырезала талоны, завернула просимое пирожное и взяла деньги. Полька наблюдала все это молча. Можно вообразить, каково было ее оскорбление — ей пирожного не продали, а какому-то «быдлу», слова по-немецки не умеющему сказать, продают!

Соседка-химичка рассказала мне, что у нее есть жених-немец, но для того, чтобы он получил разрешение на ней жениться, она должна была сходить в так называемую расовую службу, где определили ее расовое достоинство. Она была шатенкой с карими глазами, но на это не обратили особого внимания, главным было измерение формы головы. Лицо у нее было продолговатое, даже значительно, что портило ее внешность. Но «специалисты по расе» нашли, что как раз это хорошо. Ее отнесли к разряду длинноголовых, а не круглоголовых, то есть к высшей, по мнению этих специалистов, расе. Разрешение на брак было выдано.

Не хорошо быть предателем своего народа и своего отечества. Но удивляет в этой истории совершенно другое, это свершившийся факт того, как в России победивший немецкий фашизм, пособники нацистов свободно и безнаказанно читали лексии в университетах Москвы, Санкт-Петербурга и других городах России. Чему они могли научить молодежь? Предавать Родину?

Спасибо за чтение. Всем мира и добра.