Странное покушение: какие загадки в деле Фанни Каплан, которая хотела убить Ленина (6 фото)

В 1918 году ситуация в стране была не просто напряженной. Большевикам тогда необходимо было сохранить власть, а убедить народ через заметки в газетах вряд ли получилось бы. И тогда было решено каждую пятницу проводить серии митингов на ведущих предприятиях, чтобы поддерживать атмосферу сплоченности.

И хотя Ленин не был сильным оратором, однако и ему предстояло выступать. В частности, 30 августа 1918 года. День, в принципе, был непростым. Тогда из Петрограда сообщили, что был убит председатель городской ЧК Моисей Урицкий. Убил деятеля бывший студент и бывший юнкер Леонид Кеннигисер. Его сразу приняли за эсера, которые совсем недавно были союзниками большевиков, а теперь стали «врагами». Впрочем, до сих пор мотивы юноши не совсем понятны.

Выступления Ленина, впрочем, не отменили, хотя у него в тот день был запланирован целый «вояж». Сначала он выступал на Хлебной бирже, а уже вечером на заводе Михельсона. Охранник при этом у вождя был один, он же шофер Степан Гиль. Особой подготовки у него не было.

Уже после встречи с народом Ленин в окружении толпы вышел с завода, и в тот момент, когда он садился в автомобиль, к нему обратилась работница завода Мария Попова. В то же время звучат выстрели – Ленин оседает – Попову ранят. А дальше – не совсем понятно даже сейчас.

В частности, непонятно, кто задержал предполагаемую исполнительницу Фанни Каплан. По воспоминаниям Гиля, когда вождь пришел в чувства, он поинтересовался, задержали ли ЕГО, то есть, вероятнее всего, Ленин считал, что стрелял мужчина.

По версии советских властей, задержал Каплан председатель заводского комитета Николай Иванов, который не позволил ей убежать слишком далеко – женщину поймали неподалеку от места покушения, на трамвайной остановке на Серпуховской улице. На нее указали некоторые мальчишки. Впрочем, сейчас эта версия ставится под сомнение, поскольку не совсем понятно, как Иванову это вообще удалось.

Другой популярной версией является то, что задержал Каплан все-таки помощник военного комиссара 5-го Московского пехотного полка Стефан Батулин. Впрочем, его показания весьма путанны.

Так, Батулин заявил поначалу, что задержал Каплан прямо на месте. По его словам, он услышал три выстрела и увидел Ленина упавшим на землю. После этого он крикнул что-то вроде «Держи, лови», а позади себя увидел террористку, которая в тот момент «вела себя странно». На его вопрос, кто она и что тут делает, она ответила, что «это сделала не она», а когда Батулин задержал ее, из толпы женщина выкрикнула, что стреляла именно она.

Вот только уже спустя неделю, когда женщину расстреляли, Батулин рассказывал другую версию: он же сначала принял три сухих хлопка за автомобильные выхлопы. Стрелявшего в Ленина он вообще не видел, выскочил на Серпуховку, где была паника, а там его внимание привлекли две бегущие женщины. Затем он понял, что они просто испугались.

После этого он, по его собственным словам, около дерева увидел с портфелем и зонтом в руках женщину, которая странным видом остановила внимание. У нее, по словам Батулина, был странный перепуганный вид загнанного и затравленного человека. У женщины он поинтересовался, кто она и зачем тут присутствует, а она же в ответ спросила: «А зачем вам это нужно?».

После этого он ее обыскал и взял портфель и зонтик, а затем сказал идти с ней. По дороге он, словно предчувствуя, спросил, зачем она стреляла в Ленина, а она в ответ спросила: «А зачем вам это нужно знать?». Эти слова, отмечал на допросе Батулин, и убедили его окончательно в том, что Каплан стреляла в Ленина.

В противоречие этой версии говорит то, что Фанни Каплан, конечно, очень плохо видела в темноте, медленно ходила, да и непонятно, зачем террористке зонт и портфель. Но странности в этом не заканчиваются.

Когда Каплан доставили в Замоскворецкий военкомат, в портфеле обнаружили пистолет системы Браунинга. Гиль же, в свою очередь, показал, что оружие стрелявшая женщина бросила шоферу под ноги. К тому же, и Каплан, и Гиль, называют браунинг почему-то револьвером, хотя это не так.

Впрочем, Каплан сама призналась в убийстве практически сразу. Притом без насилия.

«Я стреляла по собственному убеждению. Сколько раз я выстрелила — не помню. Из какого револьвера я стреляла, не скажу, я не хотела бы говорить подробности. Я не была знакома с теми женщинами, которые говорили с Лениным. Решение стрелять в Ленина у меня созрело давно. Стреляла в Ленина я потому, что считала его предателем революции и дальнейшее его существование подрывало веру в социализм Я стреляла по собственному убеждению. Сколько раз я выстрелила — не помню. Из какого револьвера я стреляла, не скажу, я не хотела бы говорить подробности. Я не была знакома с теми женщинами, которые говорили с Лениным. Решение стрелять в Ленина у меня созрело давно. Стреляла в Ленина я потому, что считала его предателем революции и дальнейшее его существование подрывало веру в социализм», - говорила Каплан на допросе.

При этом из раза в раз протоколы разнятся, но в одном всегда схожи: она везде признается в том, что Ленина пыталась убить именно она. По личным убеждениям.

Интересно и то, что публичного суда не было, хотя казалось бы – повод весомый. А уже на четвертый день происходит казнь, а тело скрытно уничтожается в железной бочке. Однако суд случился уже после ее смерти на процессе «эсеров». Тогда там обвинили политических активистов в подготовке терактов против крупнейших деятелей партии. И вот тогда впервые мы видим полную картину событий, которую многие учили в школе.

Так, экс-эсеровец, в тот момент уже работник Разведывательного управления РККА Григорий Семенов рассказывал, что Каплан была инициативницей, сама пришла к террористам и сперва предлагала отравить Ленина, а потом уже и застрелить. Покушение якобы было разрешено членами ЦК Донским и Гоцем. А Семенов и его помощница Коноплева курировали организацию дела. Эта версия и легла в основу приговора.

К слову, после смерти Каплан, объявляется политика красного террора. А именно – пятого сентября, когда председатель ВЦИК Яков Свердлов заявил, что на покушения, направленные против его вождей, рабочий класс ответит беспощадным массовым террором против врагов Революции.

Тогда же в деле прослеживались и следы западных стран. В частности, британскому послу хотели устроить очную ставку с еще живой Каплан, но идею оставили. Зато эсеры явно были похожими на тех, кто мог совершить теракт.

До сих пор в деле остается множество загадок. Вот только факты налицо: Фанни Каплан призналась в убийстве вождя. Она была на заводе Михельсона. Ленина она ненавидела.