День Зажигания Маяка (11 фото)

Алекс не бывал в метро давно: как-то не приходилось с тех пор, как обзавёлся машиной. Но сегодня после репетиции он выпил лишнего –

и за руль сесть не решился, а на такси деньги тратить не хотелось. Жил он один, и дома его никто не ждал.

Завтрашний концерт, первый концерт его группы, ещё недавно бывший событием отдалённым, внезапно пугающе придвинулся и страшил своей неотвратимостью. Завтра. Уже завтра. Первый концерт в большом клубе. Страшно! Хотелось пропустить этот день – и жить так, как будто он уже случился. Как будто уже сыграны все песни, зал опустел, музыканты привычно сматывают провода и перекидываются ничего не значащими шуточками. А после – в бар и домой на такси. После концерта можно себе позволить. А сегодня лучше так, на метро.

До нужной станции оставалась пара остановок, когда внимание Алекса привлекла тетрадь, лежащая на сиденье рядом с ним. Она была коричневого цвета и почти сливалась с обивкой, неудивительно, что он не заметил её раньше. Ещё и лежала странно, как будто только что выпала из чьего-то рюкзака. Алекс огляделся вокруг. Вагон был пуст. Он протянул руку и взял тетрадь, небрежно пролистал её. Это оказался чей-то дневник. Страницы его были щедро усыпаны рисунками и цитатами, обведёнными в рамочки.

«Ерунда какая-то, – подумал Алекс. – Неужели в наше время кто-то ещё ведёт дневники?» Он пролистал тетрадь до конца. Последняя запись была датирована сравнительно недавним 2019 годом. Алекс открыл дневник на середине, вчитался в написанные беглым небрежным почерком строки.

«12.IX.18
Я здесь совсем один вот уже полгода. Только волны шумят вокруг. Мысль о том, что я здесь надолго, сводит с ума. Спасают мелкие дела, а их невпроворот. Согреть воды, помыть посуду, поставить чайник и заварить чай. Сварить кашу, поесть. Вновь помыть посуду. Так и проходит день до вечера. А вечером я приступаю к своему главному делу, ради которого я здесь – зажигаю Маяк.

15.IX.18
Сегодня пасмурная погода – и свинцово-серые волны яростно бьются о берег. Крики чаек разрывают душу. Даже птицы не могут справиться с ветром, а что я могу против него, слабый человек на своём крошечном островке? Утешает одно: тем, кто сейчас в океане, гораздо хуже – и им не справиться без моей помощи.

18.IX.18
Сегодня я зажёг Маяк позже обычного. Теперь испытываю жгучее чувство вины: а вдруг из-за меня кто-то сбился с пути? На океане такая буря, что, кажется, Маяк не устоит. Брызги воды долетают до моего окна. Я хотел разтопить камин, но ветер такой сильный, что задул огонь. Остаётся только закутаться в одеяло – и слушать рёв волн...»

Алекс с трудом оторвался от чтения. По всему выходило, что это дневник смотрителя Маяка. «Что за чушь? – подумал Алекс. – Разве в современном мире нужны смотрители Маяков? Всё давно автоматизировано и управляется электроникой. Это какая-то выдумка».

Он положил тетрадь обратно на сиденье, потом передумал – и взял её снова, решив, что отдаст дежурному. Вагон дёрнулся, замедляя ход, мигнул свет, и в окнах замелькали стены последней станции. Двери распахнулись. «Поезд дальше не идёт. Просьба покинуть вагоны», – раздался голос из динамиков.

Алекс вышел, прихватив с собой тетрадку, и зашагал по платформе, не глядя по сторонам. Поезд тут же с грохотом умчался в тоннель. Алекс поднял голову, провожая его взглядом, и замер от удивления. Это была не его станция. Это была вообще незнакомая станция – которой, он мог поклясться, никогда не было на этой ветке. Он не узнавал этого места.

«Видимо, ошибся поездом, или маршрут за это время изменился», – решил Алекс. Он хотел спросить, что это за станция, но вокруг не было ни единого человека. Эскалаторы уже не работали. Алекс взбежал наверх, но и там тоже было безлюдно. Оставалось только выйти на улицу, чтобы понять, где он, так уж и быть, вызвать такси, посмеяться вместе с водителем над своим промахом – и оказаться уже наконец дома.

Но все двери оказались заперты, и город за ними выглядел пустынным. Или это был совсем не город? Алексу казалось, что он отчётливо слышит за дверями шум моря.

Ему стало совсем не по себе. «Наверное, я сплю, – подумал он. – Задремал в метро. Сейчас поезд остановится, и я проснусь».

Шум моря стал сильнее... Алекс ущипнул себя, чтобы убедиться в том, что это всего лишь сон, но боль была реальной. Липкий ужас сдавил грудь. Алекс осознал, что заперт на пустой станции метро. В голову полезли всякие дурацкие мысли о призраках питерской подземки и прочей ерунде.

Он усилием воли отогнал их, но на всякий случай отошёл к стене, прижался к ней спиной – и внимательно огляделся вокруг.

«А если выключат свет?» – мелькнула мысль. Сердце сжалось от страха.
– Я буду жаловаться! – возмущённо пробормотал он. – Жаловаться... Точно! – Алекс с облегчением разсмеялся. Ведь есть же телефон. Можно позвонить диспетчерам, а если не удастся дозвониться – тогда в полицию. Где-нибудь да ответят – и скажут, что делать. Посмеются, конечно. Но это не так страшно, как просидеть всю ночь в тёмном вестибюле станции.

Алекс вытащил мобильник из кармана, и его постигло жестокое разочарование: связь не ловила. Сети не было совсем. Он уже хотел убрать безполезный телефон в карман, но тут вспомнил, что экстренный номер работает и там, где связь не ловит, и решительно набрал «112».

– Экстренная служба «112», диспетчер слушает, – отозвался женский голос на другом конце.
– Здравствуйте! – торопливо заговорил Алекс. – Меня заперли на станции метро, двери закрыты, связь не ловит, это, наверное, по части полиции...
– Какая станция? – сухо спросила женщина.
– А... – Алекс вдруг понял, что не знает, как называется станция. Он огляделся вокруг – и впервые заметил то, что раньше не показалось ему странным: на стенах не было никаких указателей, объявлений, схемы метрополитена.
– Это, наверное, какая-то строящаяся станция, – осенило его. – Но я точно не знаю какая.
– На каждой станции есть дежурный, обратитесь к нему, – сухо и раздражённо отозвалась женщина.
– Но здесь никого нет, – воскликнул Алекс, – совсем никого!
– Значит, подождите, сейчас придут.
– А если никто не придёт? – возмутился он.
– Послушайте, мужчина, я вам ничем не могу помочь! Вы даже не можете сказать, где находитесь! Выясните эту информацию и перезвоните снова! Это служба спасения, а не поисковый отряд! – женщина бросила трубку.

Алекс честно заглянул в каждый уголок вестибюля, но никаких указаний на название станции не нашёл. Он ужасно устал, хотелось поскорей попасть домой, выпить горячего чая, принять душ и завалиться в кровать, позалипать в телефоне, а потом крепко уснуть. Вообще-то, завтра важный концерт, и перед ним нужно было хорошо выспаться. «Так и знал, что всё пойдёт наперекосяк... – с тоской подумал Алекс. – И так уже какие-то галлюцинации от усталости».

Море шумело за дверями станции, билось в каменные стены... Алекса охватило отчаяние. Он тяжело вздохнул, сел на скамью, прислонился к стене. Потом хотел лечь, но помешало что-то в кармане. Он сунул туда руку и обнаружил найденный в вагоне дневник. Шум моря вновь стал сильнее.

Алекс открыл тетрадь. Ему сразу бросилось в глаза то, что он не заметил вначале: записи были сделаны разным почерком, словно дневник множество раз менял владельцев. Дрожащими руками Алекс пролистал пожелтевшие страницы – и открыл последнюю запись. Крупными печатными буквами вверху страницы было выведено: «Каждый, кто найдёт дневник смотрителя Маяка – САМ становится смотрителем Маяка».

Волны с грохотом обрушились на двери пустынной станции – и те не выдержали напора стихии. Мутная зеленоватая вода ворвалась в вестибюль, смывая все преграды. Запахло водорослями и морской свежестью. Очередная волна достигла ног Алекса, вмиг промочив ботинки. Он обречённо поднялся – и пошёл на зов моря. Волны, словно обрадовавшись ему, притихли – и лишь, как кошки, ласкались к ногам.

Над водой разстилался туман... Сквозь него тускло пробивались лучи разсветного солнца. Лестница станции незаметно перешла в каменистые уступы под ногами. Медленно и мерно бились о берег волны.

«У меня же завтра концерт...» – с тоской подумал Алекс, и тут же забыл об этом. Небывалый покой наполнил его сердце. Тропинка шла вверх – и, поднявшись на вершину холма, Алекс увидел невысокую башенку Маяка.

Низкая, изъеденная временем дубовая дверь легко отворилась, впустив нового хозяина. Алекс огляделся. Камин был давно не топлен, всё покрылось пылью. Нужно было наносить воды – и основательно здесь прибраться. Но прежде всех дел Алекс сел за стол у окна, отыскал в кармане ручку – и сделал свою первую запись в дневнике:

«Я новый смотритель Маяка».

ПИСЬМО СМОТРИТЕЛЯ МАЯКА

Здравствуй, моя ненаглядная девочка!
Как твои дела? Впрочем, я уверен, что у тебя всё хорошо. Ты ведь счастлива, правда?

Я пишу тебе из такого места, куда не придёт ответное письмо. Да и моё письмо ты, конечно же, не получишь. И так даже лучше: зачем тебе этот запоздалый привет из прошлого?

Ты не поверишь, моя девочка, я теперь смотритель Маяка! Ты не узнала бы меня, если б увидела. Я совсем не тот, что раньше. Жить в полном одиночестве среди скал, окружённых водой, не так уж просто. Но зато под шум океана легко размышлять о жизни.

Безконечный бег дней не даёт нам возможности подумать о главном… Наверное, мои слова покажутся тебе банальными, но вспомни о том, что я пишу тебе оттуда, где нет ничего, кроме шёпота волн и необходимости каждый вечер зажигать фонарь на Маяке.

Что будет, если я не зажгу фонарь? Ведь кто-то погибнет! Кто-то заблудится во тьме – и не найдёт дорогу домой! Кого-то не дождутся дома, и слёзы станут им вместо хлеба.

Вот что я понял, моя девочка: КАЖДЫЙ ИЗ НАС ДОЛЖЕН СТАТЬ СМОТРИТЕЛЕМ СВОЕГО СОБСТВЕННОГО МАЯКА – ЗАЖЕЧЬ ВЕЧНЫЙ ОГОНЬ В СВОЁМ СЕРДЦЕ !

Свет Маяка загорается в назначенный час для того, кому это необходимо. Маяк не выбирает, для кого светить – он всегда горит для всех. Маяк не гаснет, если какой-то корабль решил справиться без него. Он не потухнет, если кто-то решит, что его свет слишком тусклый для Маяка – и поплывёт в другую сторону. Его не сокрушат волны, и самый сильный ветер не задует его огня. Он тот, кто станет опорой во время шторма. Он тот, кто будет единственным ориентиром во тьме.

Свет Маяка – это любовь. Свет Маяка – это надежда. Ничто в этом мире не сияет так, как открытое сердце. Нет ничего постоянней любви безусловной. Когда кажется, что дороге нет конца, и нет уже ни цели, ни смысла – помни о том, что для кого-то ты Маяк. Даже если ты сама не видишь тот спасительный свет, на который нужно плыть, зажги СВОЙ Маяк – и свети!

Помни, моя дорогая девочка, Маяк — не факел. Он не должен сгореть дотла. Заботься о своём Маяке. Береги свой свет. Никто не должен его погасить.

Прости, чернила немного растеклись. Наверное, через окно летят брызги солёной воды. Начинается шторм. Ночь будет тёмной.

Сейчас я закрою окно, поднимусь по старой, шаткой лестнице, вдохну пропитанный солью и свежестью воздух – и зажгу СВОЙ Маяк. Он будет светить через годы разлуки, через туман несказанных слов и несбывшихся надежд. И я всё ещё верю, что когда-нибудь ты увидишь этот свет.

Прощай! Не вспоминай обо мне.

Твой Алекс.

ДЕНЬ ЗАЖИГАНИЯ  МАЯКА

Когда на маленький рыбацкий городок спускается ночь, мамы разсказывают своим сыновьям о Маяках. Каждый ребёнок с детства знает, что некогда жизнь морякам спасали путеводные звёзды.

Пришло время – и звёзды отдали часть своего света людям. В тёмную ночь самые смелые и дружелюбные из них спускаются с небес, чтобы показывать дорогу заблудшим кораблям – и зажигать свет в Маяках.

И каждый ребёнок знает, что Маяк – это символ надежды. Потому что если ночь тихими шагами крадётся в ваши души, а сердца заволакивает тьма – надо зажечь Маяк в своём сердце, в своей душе!

И тогда в душе разгорится путеводный Огонёк надежды – который покажет верный путь и вам, и ещё многим потерянным в этом мире душам.

Сегодня – День Зажигания Маяка. Давайте и мы зажжём свою Вечную Искорку в ночи! Пусть по всему свету зажгутся путеводные Огни надежды...

ПРИТЧА О СВЕЧКЕ И МАЯКЕ

Наступил вечер. Некий человек взял маленькую свечку – и начал взбираться с ней по длинной винтовой лестнице.

 
– Куда мы идём? – спросила свечка.

 
– Мы взбираемся на башню, чтобы осветить кораблям путь в гавань.

 
– Но ни один корабль в гавани не сможет увидеть мой свет, – возразила свеча.

 
– Хоть твой огонёк и невелик, – сказал человек, – всё же продолжай гореть так ярко, как сможешь! Остальное же оставь за мной.

 
Так беседуя, они достигли вершины лестницы – и подошли к большой лампе.

 
Человек зажёг лампу при помощи маленькой свечки… И вскоре большие отполированные зеркала за лампой отразили лучи от маленькой свечки. И свет её распространился на мили окрест и вглубь моря, освещая путь кораблям и путешественникам.

 
... Как маленькая свечка или даже спичка могут разжечь огромный костёр – и указать путь сотням людей, так и малое пламя твоего душевного тепла и хорошего примера сможет в принципе изменить жизнь, мировоззрение и судьбы многих людей – даже если ты сам этого ещё не знаешь и не осознаёшь в полной мере.

 
Просто будь светом сам для себя и для окружающих тебя людей – как тот Маячок, который радостно направлял корабли в безопасную гавань.

Твой свет Души – Маяк в ночи кому-то ...
И уходя, оставь включённым свет –
Зажжённые тобою Маячки.

Свет ночного костра на пустом берегу –
Для кого-то спасенья Маяк...
Вот и я своим Вечным Огнём
В тёмной ночи Души горю! 

Зажёг свой лучик любви –
И кончилась ночь Души...
И свет мой для многих стал
Спасительным Маяком.

Моё Сердце – Маяк...

Солнечный Маяк морского утра...
Ты горишь – как Сердца
Вечный свет.

Попавшим в бурю кораблям ума
Пусть светит Сердца
Солнечный Маяк!

Стоит над морем колокольный звон...
Он, как Маяк, сердца и души греет
В тумане заплутавших моряков.