До и после «Джунглей» (22 фото + 7 видео)

Советский и российский гитарист, автор песен, основатель и лидер группы Джунгли Андрей Отряскин  родился 15 мая 1963 года в Калининской области. Родители его работали на металлургическом заводе, отец — мастером, мать — инженером. В доме постоянно звучала музыка — родители любили петь, отец даже посещал самодеятельный хор. Не удивительно, что и Андрея музыка увлекла ещё с детских лет: он пел в безымянном школьном ансамбле, играл на бас-гитаре в другом ансамбле, интересовался музыкальными новинками. А затем, классе в 10-м, видя его увлечённость, старший двоюродный брат подарил ему его первую полуакустическую гитару.

В 1980 году Отряскин окончил школу, после чего, мечтая о самостоятельной жизни, переехал в Ленинград, — подальше от родительской опеки, — где поступил на истфак ЛГПИ/Педагогического института им. А. Герцена. После окончания института некоторое время работал учителем в школе. Затем, до января 1989 года, проработал дворником в Ленинградской академической филармонии им. Д.Д. Шостаковича.

«Попутно», в 1981 году, для реализации собственных музыкальных идей, Андрей собрал группу, в которой выступил в качестве певца и гитариста. Помимо него, в группу вошли Владислав «Влад» Шапиро (бас, клавишные) и, учившийся в том же ЛГПИ на географическом, Алексей Мурашов (барабаны). Лидером группы, игравшей тогда хард- и арт-рок собственного сочинения в традициях King Crimson и Genesis, стал выпускник музучилища Шапиро, уже имевший тогда опыт профессиональной работы на сцене. Отряскин в ту пору активно интересовался мировой музыкальной культурой, всякий раз стремясь применить услышанное на практике.

Они репетировали на истфаке ЛГПИ, пару раз выступали перед его студентами, но особого прогресса не было заметно до тех пор, пока Мурашов не привёл на репетицию своего одноклассника Игоря Тихомирова и его приятеля Андрея Мягкоступова, которые в то время работали в учебном театре ЛГИТМиК — Театрального института.

Они ранее привлекали Отряскина к постановке очередного студенческого спектакля, и, хотя проект этот так и не добрался до сцены, у музыкантов возникло полное взаимопонимание. Некоторое время оба трио существовали параллельно, но всё встало на свои места, когда репетицию на истфаке посетили 3 студента Театрального, которые до этого озвучивали спектакль-капустник «Ах, эти звёзды!» — пародию на тогдашних поп-звёзд, — и вовсю сочиняли собственные песни, стилизованные под музыку 1960-х гг.

«Зимой 1981 года я протирал штаны на 3-м курсе исторического факультета Ленинградского пединститута. После очередной лекции Дима Генералов — поэт, интеллектуал и большой жизнелюб — схватил меня за рукав: «Хочу познакомить тебя с человеком небезынтересным. Оригинал, каких поискать и музыку любит». Встреча состоялась на улице, в институтском дворе. Помню, подошедший к нам жизнерадостный малый носил овчинный полушубок. Он был крепок, розовощёк и учился на 1-ом курсе того же исторического. Взгляд имел трезвый и насмешливый, а познаниями в музыкальной области так просто поразил. Признаюсь, впоследствии я никогда особенно не интересовался его прошлым, несмотря на завязавшуюся дружбу, знаю только, что происхождения он самого что ни на есть пролетарского (отец был рабочим), дома остались мать и сестра, а сам он без всякого блата, чуть ли не как Ломоносов, притопал в Питер, поступил в институт и устроился работать не куда-нибудь, а дворником в филармонию. Но самое главное, как и я (да впрочем, как и многие тогда вокруг нас), он был помешан на музыке и играл на гитаре. Пальцы у него были короткие и толстые. Я удивился — как можно быть гитаристом с такими коротышами? Но он ловко играл — для самоучки (уже в то время) весьма недурно. «Андрей», — представился крепыш. Сошлись мы почти мгновенно» (из интервью И. Тихомирова журналу «РИО»).

Так в мае 1982 года на свет и появились группа Джунгли.

«Джунгли — некий символ природы, сплетение всевозможных вариантов, в том числе, неизвестных нам. Большой город — это каменные джунгли, в которых так легко затеряться, и, наконец, есть джунгли человеческого мозга, где больше всего шансов запутаться» (А. Отряскин).

В дальнейшем группа постоянно претерпевала изменения в составе и стиле, а Отряскин оставался её единственным постоянным участником. Так Мурашов перебрался в Секрет, а Шапиро и вовсе исчез (работал одно время в Ленконцерте с различными эстрадными артистами, потом появился в Бриллиантах От Неккермана, работал в Ленинградском Рок-клубе). И Джунгли остались в составе: Тихомиров (бас), Мягкоступов (клавишные) и Валерий Кириллов (барабаны).

В следующем июне, расширив состав до квинтета — его усилили музыканты группы Кандидат Алексей Михайлов (гитара), и Анатолий Смуров (барабаны), — Джунгли устроились играть на танцах в клубе пос. Первомайское Зеленогорского района.

По такому случаю Отряскин сочинил целую песенную программу в духе модной тогда «новой волны», добавив к ней десяток песен The Police и Дэвида Боуи, однако к октябрю танцевальная эпопея закончилась, и группа вернулась к исходному трио и инструментальной музыке, инспирированной идеями Роберта Фриппа.

Уже тогда Отряскин говорил, что большое влияние на него оказали Питер Гэбриэл, King Crimson, Oregon, музыка польского композитора Кшиштофа Пендерецкого (однажды ему даже удалось взять у мэтра автограф — работа в филармонии давала определённые преимущества). Любил Пэта Мэтини и Майлза Дэйвиса. К музыке же Beatles, в отличии от многих тогда, был абсолютно равнодушен. Из «наших» очень нравится гитарист Юрий Наумов (подробнее — здесь: https://fishki.net/4140312-demon-s-gitaroj.html) — именно как инструменталист. Обожал музыку русского композитора-символиста А.Н. Скрябина.

В самом начале 1984 года в группе появился барабанщик Валерий Кирилов (ех-Волшебное Путешествие, Пепел, Странные Игры). Тогда же возник и замысел 1-ой программы, стержнем которой стали инструментальные пьесы Отряскина и поэтические иллюстрации к ним, автором которых был их приятель, также выпускник истфака, молодой питерский литератор Илья Бояшов.

«Существуя внутри рока, мы хотели делать другую, свою музыку. Когда ты молодой, тебе хочется покорить мир, и никаких ограничений для творчества ты не видишь. Бывало, что некоторые уходили с наших концертов, но люди уходят с любых концертов. А такого, чтобы кто-то кричал: «Рок давай!» не было. Энергетика, с которой мы подавали нашу музыку, была, скорее, рОковой: много напора. И люди начинали вслушиваться» (из интервью А. Отряскина Андрею Бурлаке, журнал «Иванов» (Тула), №3 за 1990).

Одно время Отряскин увлёкся ещё и живописью — рисовал, как заведённый, картины акварелью, которые дарил затем всем вокруг.

Руки у него вообще всегда были на месте. Занимался Андрей и столярным ремеслом. Состояние дел с музыкальной техникой в те времена вызывало отчаяние. Отечественная делалась на оборонных заводах как побочное производство и представляла собой само воплощение халтуры: в ней постоянно что-то трещало, фонило, горело и лопалось. Иностранная же баснословно, запредельно и заоблачно дорого стоила. Тогда у какой-то команды Отряскин приобрёл самопальный усилитель. И не раздумывая, взялся за молоток и дрель. Вся его комната покрылась стружками. В перерывах между беготней в институт, маханием метлой и репетициями он строгал, сколачивал, обтягивал, мазал эпоксидной смолой — и сделал-таки для группы отличные (неимоверно тяжёлые!) колонки.

В мае 1984 года группа с успехом выступила на II фестивале Ленинградского рок-клуба с программой, стержнем которой стали инструментальные пьесы Отряскина и поэзия Бояшова.

Пришедшая буквально «с улицы», и принятая в рок-клуб чуть ли не за день до начала фестиваля, группа стала одним из его главных открытий, поразив слушателей и продуманной целостностью программы — с чередованием инструментальных и вокальных фрагментов, — и осмысленной взаимосвязью всех номеров, и чтецом, который в паузах между номерами декламировал свои неожиданно глубокие и образные тексты, а также нетрадиционным подходом к выбору выразительных средств. Сложные размеры, диссонирующие звуки всевозможных металлоконструкций, жёсткая гитара и упругий бас явились основанием того, что Джунгли безоговорочно стали лауреатами фестиваля, их песня «Музыка» была названа в числе лучших номеров, а сам Отряскин признан (наряду с Александром Ляпиным (Аквариум, Теле-У)) лучшим гитаристом.

Однако, после выступления на фестивале, Кириллов уходит работать в Зоопарк, освобождая место за установкой Александру Кондрашкину (ех-Странные Игры, АВИА, Пикник, Аквариум). Джунгли приобретают ещё и 2-х саксофонистов: москвича Юрия Орлова (ех-До-Мажор) и Николая Федоровича (ех-Библиотека). Помимо того, состав усилил ещё один экс-музыкант Библиотеки — перкуссионист Павел Литвинов. На этом этапе группа совсем отказалась от вокала и электричества в пользу акустического инструментала в традициях Oregon.

В этот период высокий профессионализм и независимое музыкальное мышление обусловили высокий спрос на участников группы, как на сессионных музыкантов: сам Андрей исполнил басовые партии на альбоме Народного Ополчения «Сума?шедший день» (1984), весной-летом 1985 года играл с Аквариумом, в 1986 году — с Алисой (этот момент в биографии запечатлён, кстати, в фильме режиссёра В. Огородникова «Взломщик», 1987), в начале 1987 года — в группе Луна (которую вообще всячески поддерживал), принял также участие в одном из шоу курёхинской Популярной Механики, а весной 1987 года выступил с экспериментальной группой Охота Романтических Их Дмитрия Матковского и Кирилла Миллера. Тихомиров также выходил на сцену с Алисой и ПМ, а в ноябре 1985 года стал параллельно и участником группы Кино.

Весной 1986 года Джунгли стали лауреатами IV фестиваля ЛРК, а на следующем, V фестивале (1987) получили специальный приз «За музыку».

Всегда относясь с повышенным вниманием к собственному звучанию, музыканты при этом старались в каждой своей программе, в каждой инструментальной пьесе найти наиболее адекватное своим идеям звуковое воплощение, найти единственно верный и точный звук, поэтому охотно использовали на концертах множество не самых привычных взору инструментов.

Так, ещё на Фестивале-83, вокалист Мягкоступов выходил на авансцену с какими- то палочками, досточками и колотушками, дополнявшими традиционные барабаны и перкуссию. Позже в арсенале группы появился рожденный совместными усилиями монстр, получивший название «пружнотрон»: металлическая рама с натянутыми внутри неё разнокалиберными пружинами и прочими железяками, по которым колотил тот же Мягкоступов. А ещё группа использовала в своих аранжировках… настоящее бревно! (существует предание, будто бы оно сохранилось от одной из первых Поп-Механик, когда его целый вечер пилили, да так и не смогли распилить Курёхин с Гребенщиковым).

А на Новогоднем концерте в ЛРК 26 декабря 1986 года Отряскин, игравший на синтезаторе «Korg» и даже на флейте (чего никогда не делал в своей группе), усилил состав группы Луна. Группа эта тогда попала в отличную, но не особенно подходящую ей компанию: Олег Гаркуша (подробнее – здесь: https://fishki.net/3626239-staryj-pioner.html), Ноль (для которого этот концерт стал дебютным) и легендарный Аквариум (который на пару с Нолём и завладел всеми симпатиями аудитории). Игравшую 1-ой Луну тогда попросту не заметили, хотя неплохая запись их выступления сохранилась в архиве музыкального коллекционера Сергея Фирсова.

Выступление же на джазовом фестивале «Осенние Ритмы-87» позволило Джунглям добиться определенной известности не только на уровне независимой, «подпольной» рок-сцены, но и на «официальном», джазовом уровне.

Несмотря на успехи на фестивалях, Отряскин, ощущая опасность того, что группу растаскивают по частям, решился на её кардинальную реорганизацию.

И в октябре 1987 года группа появились в новом составе: Отряскин, Тихомиров, вернувшийся «на полставки» из АукцЫона Литвинов, и новобранцы — пианист Марк Бомштейн (ех-Полюс Звуков) и трубач Олег Васильев (ех-Союз Любителей Музыки Рок, Алиса). Мягкоступов же сцену покинул.

Так с 1987 года музыка Джунглей становилась всё более камерной, импрессионистской, испытав воздействие «стиля ECM» — фирмы, специализирующейся на джазовой и академической музыке «ECM Records» западногерманского звукорежиссёра Манфреда Айхера, который нашёл собственную формулу соединения этнической, джазовой и популярной музыки.

И в том же году Джунгли стали единственным на тот момент представителем ЛРК, побывавшим с концертами на Западе: участвовали в международном фестивале альтернативной музыки «Nowa Scena»/«Новая Сцена» в Гданьске (ПНР), выступили с серией концертов в Финляндии, дали 3 аншлаговых концерта в Дании. Довольно сдержанно оценив итоги визита, Отряскин, тем не менее, остался доволен произведенным группой впечатлением.

«— Джунгли — 100% инструментальная группа. Почему вы не используете текст? Вам нечего сказать?

— На мой взгляд, язык звука более универсален, чем язык слова. Я предпочитаю выражаться музыкально, хотя поэзию не отрицаю. Люблю Пабло Неруду, Гарсиа Лорку. Неруда в особенности близок и очень интересен мне в последнее время.

— Как бы ты определил свою музыку в стилевом отношении?

— Никак. Это не моё дело» (из интервью А. Отряскина Борису Суранову, журнал «Кукиш» (Сыктывкар) №1 за февраль 1989).

Музыкальный критик Артемий Троицкий назвал стиль Джунглей «неистовым фри-фанком с неожиданными атональными поворотами и взрывным ритмом».

« — На концертах у вас — импровизация?

— Да. И это тоже принцип. У каждого, конечно, он может быть свой. У нас — свой: чтобы музыка была живая, чтобы она жила, то есть находилась в процессе роста, становления, она должна быть незавершённа. Поэтому не люблю студийных записей, где необходимо всё представить в готовом, уже завершённом виде» (из интервью Б. Суранову).

В сентябре 1988 года, вновь ушедшего в «свободное плавание» Васильева (позднее — Оле Лукойе, АукцЫон), сменил другой «многостаночник» — саксофонист Николай Рубанов (ех-АукцЫон), что повлекло затем за собой появление любопытной программы «АукцЫон в Джунглях» (или «Карнавал в тропическом лесу»), показанной в марте 1989 года в концертном зале «Октябрьский», где вместе с ними играл камерный симфонический оркестр п/у Равиля Мартынова.

А 7 января 1989 года ЦТ транслировало поединок на «Музыкальном ринге» между московскими и питерскими рокерами. В 1-ом раунде «сражались» Джунгли и Вежливый Отказ, причём, несмотря на свою большую симпатию к ВО, группа Отряскина буквально «разгромила» московских коллег.

Осенью того же года Джунгли записали на питерском отделении ВФГЗ «Мелодия» свой дебютный альбом «Весна в Шанхае» (звукорежиссёр Виктор Динов), отпечатанный в декабре на виниле.

Помимо того, в октябре 1989 года Отряскин и датский музыкант Ким Сагилд стали сопродюсерами советско-датского молодёжного музыкально-экологического проекта «Laika: Next Stop Rock’n’Roll», для которого лучшие питерские и датские музыканты записали каждый по своей композиции. Джунгли представили пьесу «Посвящение датской королеве».

В январе 1990 года, на домашней студии Михаила Малина, Андрей записал музыку к д/ф Алексея Учителя «Обводный канал». А в августе-сентябре того же года Джунгли в компании с НО, Играми и Временем Любить побывали в Дании по линии движения «Next Stop Rock'n'Roll», где дали с десяток концертов и записали почти час своей музыки.

В то же время в группе снова наметился кадровый кризис. В начале 1990 года с ними недолго играл лидер Ноля «Дядя Фёдор» Чистяков (баян), но весной он организовал свой новый параллельный проект Чёрные Индюки и занялся записью его альбомом. Литвинов был плотно занят в АукцЫоне, Бомштейн занялся собственной музыкой, и Джунгли опять сократилось до трио: Отряскин, Тихомиров и Иван «Ян» Феденко из пушкинской группы Сепсис (барабаны, перкуссия). А в декабре 1990 года Тихомирова сменил бас-гитарист Михаил Смирнов (ех-Сан, Духи).

«Я не против участия музыкантов в различных проектах, в различных по стилю группах, я и сам в них участвую, я не против сотрудничества с другими музыкантами, но всё-таки, должно быть одно дело, которому человек должен себя целиком посвящать» (из интервью А. Бурлаке).

В таком составе группа в марте 1991 года выступила в «Юбилейном» на фестивале, посвящённом 10-летию ЛРК. И на этом этапе активность группы практически сошла на нет.

И Андрей, захваченный идеями музыкального самообразования, нацелился на Запад. Последнее его выступление дома (уже без Джунглей) состоялось 4 мая 1991 года в концертном зале «Ленинградский», где с ним в программе «Вечер волшебной ультрамузыки» на сцену вышли Николай Рубанов (саксофон, АукцЫон) и хорошо известный в мире «нового джаза» контрабасист Владимир Волков (дуэт Гайворонский-Волков, позднее — Волковтрио), после чего отправился в США.

Там он поселился под Сиэтлом (Вашингтон, ок. Кинг), где преподавал в школе, музыкой же занимался лишь как хобби.

А в одном из интервью 2011 года вообще заявил, что музыкой не занимается уже 7 лет, поняв, что от музыки в Штатах осталось лишь само слово «музыка», а любое творчество замкнуто на деньги или эпатаж. Зарабатывает ремонтом и реставрацией старых домов.

В последний на сегодня раз Отряскин посещал Питер в 2002 году.

Хотя в конце 1990-х гг. Джунгли много записывались как в Питере, так и за рубежом, кроме виниловой пластинки «Весна в Шанхае» и пары номеров на давно пропавших из обращения сборниках, музыка группы остаётся практически неизданной.

Дискография А. Отряскина:

Джунгли: «Весна в Шанхае» (1989), «Апрель» (сингл, 1989), «Шесть марокканских ямщиков (ч. 1,2)» (записан 1990, издан 2006).

P.S. В тексте поста присутствуют ссылки на мой же, внезапно переставший работать аккаунт, прошу не счесть за плагиат.

Источники:
https://www.livelib.ru/book/204200/readpart-zhizn-idiota-memuarnaya-proza-ilya-boyashov/~3

https://suranov.livejournal.com/37453.html

https://info.wikireading.ru/219671

https://rustam-bikbov.livejournal.com/26047.html

https://ex-pressa.ru/samizdat/ivanov/ivanov_03/ivanov_03_012/