"Они ничего не знали о её проблемах": история Нэнси Спанджен, у которой не было шансов (13 фото)

Общепринятое мнение таково, что Нэнси была разбитной хитрюгой, увязавшейся за группой, втянула Сида в крайне нездоровые отношения, присыпанные огромным количеством запрещённых веществ всех видов и сортов. Не сказать, чтобы Сид был ангелом, но почему-то Нэнси всегда обвиняют больше. Но мало кто знает настоящую биографию Спанджен, узнав которую становится понятно, что она была обречена с самого рождения.

Нэнси родилась в Филадельфии (штат Пенсильвания) 27 февраля 1958 года. Родителей её звали Дебора и Фрэнк: мать владела небольшим магазинчиком органических продуктов, а отец трудился коммивояжером. В общем, обычная семья среднего класса.

Роды были тяжёлыми: девочка родилась на седьмом месяце, а во время родов было обвитие пуповины и произошла тяжёлая гипоксия, в результате которой Нэнси практически умерла от недостатка кислорода. Ей сделали полное переливание крови.

Девочка кричала всегда, причём это был не просто обычный плач младенца, это были настоящие истерики. Уже в три месяца врач назначил девочке жидкий барбитурат. Мама вливала его дочери, она прекращала плакать на два-три часа и потом все повторялось заново. Дебора рассказывала в интервью:

Я знала, что крики у младенцев - это нормально, но Нэнси только лишь постоянно плакала. Больше она ничего не делала.

В два года девочка начала заикаться.

Несмотря на все эти проблемы, в пять лет Нэнси была умна и сообразительно не по годам и ей даже позволили перескочить третий класс. А вот друзей у неё было мало, потому характер девочки с годами не выровнялся, она была неуживчивой, истеричной и неуступчивой. Нэнси страдала от галлюцинаций и припадков, она ни с того ни с сего начинала рвать на себе волосы и постоянно на всех срывалась, несмотря на то, что первый контакт она устанавливала очень легко.
У Деборы и Фрэнка позже родились ещё дети - Дэвид и Сьюзан. Нэнси постоянно пыталась навредить брату и сестре. Она угрожала убить ножницами свою няню, пыталась напасть на своего психиатра, который обвинил её в том, что она просто привлекает внимание своим поведением.

В 11 лет Нэнси исключили из школы, когда она просто перестала туда ходить и две недели не появлялась в учебном заведении. В тот момент Нэнси решила, что учёба ей больше не нужна, плюс сыграли свою роль прописанные психиатром препараты - они вызывали галлюцинации. Родители были измотаны поведением старшей дочери и записали её в школу-интернат, но она сбежала и оттуда в 1972 году. Тогда же она попыталась совершить первую попытку суицида, разрезав себе ножницами запястья. Для этого срыва достаточно были лишь того, что дома никто не ответил, когда Нэнси звонила. В 15 лет психиатр предварительно поставил ей диагноз-приговор - шизофрения.
Школу она всё-таки закончила и даже поступила в университет, но меньше чем через полгода её арестовали за покупку марихуаны. Нэнси выгнали из университета и из Боулдера, где как раз находился университет.

Обследование за обследованием и врачи никак не могли прийти к единому мнению. Не было конкретного диагноза, но один доктор выдвинул предположение, что к состоянию Нэнси привела та самая серьёзная родовая травма...
Нэнси даже умудрилась получить права, но дважды разбивала машину, и когда мама не позволила ей сесть за руль, девушка разбила голыми руками окно, серьёзно себя покалечив. Её снова отправили в психиатрическую клинику. В этот момент Дебора решила прибраться в комнате дочери и нашла закопчённые ложки и шприцы... Вскоре пациентку из дома отправили домой, отказавшись лечить, и с тех самых пор больше девушка не получала психиатрической помощи.

Дальнейшая история Нэнси известна.
Атмосфера панка и отрицания, царившая в тот период, отлично укладывалась в её внутренний хаос. В декабре 1975 года она поселилась в квартирке в Нью-Йорке, в паре кварталов от отеля "Челси". Мама первое время, когда навещала дочь, даже радовалась за неё - холодильник полон, Нэнси не дерзит, публикует свои заметки о панк-музыке в журналах. Но затишье было недолгим девушка звонила родителям всё чаще, то жалуясь на то, что её никто не любит, то выпрашивая денег. В тот период Нэнси начала входить на панк-сцену, знакомясь то с одной группой, то с другой, вступая в отношения то с одним, то с другим.

Чуть позже Нэнси рассказала маме и папе, что устроилась работать стриптизёршей в одном из клубов на Таймс-сквер. Одна из её приятельниц утверждала, что девушка периодически оказывала сексуальные услуги мужчинам за деньги, и этот доход позволил ей окончательно подсесть на героин.
Однако уже в 1976 году Нэнси прошла курс лечения на метадоне, полностью очистившись. Ненадолго. Уже через месяц она начала колоться заново, потом снова курс метадона и в 19 лет, будучи полностью чистой, отправилась за компанию с друзьями в Лондон. Случилось это в марте 1977 года.

Она позвонила маме через несколько дней и с восторгом рассказала, как познакомилась с группой Sex Pistols. Она была воодушевлена, полна творческих планов, но на этом всё. Дальше планов дело не зашло.

Знакомство с Сидом неожиданно переросло в крепкие и в каком-то роде нежные отношения. Они жили то там, то тут, употребляли всё что можно, и ни гастроли Вишеса, ни характер Нэнси не могли эти отношения испортить. Они были друг за друга всегда, у них обоих не было никакого счастливого детства, да и вообще мало чего хорошего было в жизни.

Стоит отметить, что Сид только на сцене и в интервью был эдаким раздолбаем-панком, который ни во что не ставил хоть какие-то социальные нормы. В жизни это был довольно спокойный парень, немного застенчивый, чей характер сильно контрастировал с напористой и скандальной Спаджен. Её, кстати, ненавидела вся группа, вместе с продюсером Sex Pistols Малкольмом Маклареном. Её винили в том, что она не просто сама хотела медленно покончить с собой, но и в том, что она захотела забрать с собой Вишеса.

С последней встречи Деборы и Нэнси прошло полтора года. В 1978 году мать навестила вернувшуюся в Нью-Йорк дочь и была шокирована:

Она выглядела как жертва Холокоста: посиневшая кожа, выбеленные волосы, глубоко запавшие глаза, тёмные круги под ними, шрамы и болячки на лице. На ней была грязная чёрная одежда. Она очень похудела.

8 октября девушка позвонила маме. Она просила три тысячи долларов, а Сид, стоявший рядом, присоединился к мольбам. Дебора просто положила трубку. Нэнси набрала её снова и внезапно, вместо привычной истерики, требований и скандалов, девушка сказала матери, что очень любит её и папу, она говорила, что скоро приедет домой, потому что находится уже на самом дне. Она слёзно просила мать найти ей с Сидом детокс-клинику в Пенсильвании. Дебора выполнила обещание, только в клинике попросила перезвонить 12 октября для уточнения наличия свободных мест.

11 октября Сид, Нэнси и их друзья пошли по магазинам, и Нэнси купила Сиду подарок - огромный складной нож для самообороны. Молодой человек рассказывал, что в клинике, где он проходил курс лечения на метадон, на него не раз нападали наркоманы.

Вечером пара пришла к своим друзьям, снимавшим номер в том же отеле "Челси", где жили Сид и Нэнси. Музыкант был в ужасном состоянии: он постоянно твердил, что у него нет будущего, что он уродливый, что вообще не умеет играть. Нэнси требовала наркотиков. Компания бродила из номера в номер и в итоге оказалась в комнате №100, где жила пара и который был просто проходным двором.
Сид закинул в себя какое-то нечеловеческое количество таблеток и просто-напросто отрубился.
А потом настало утро... 12 октября Нэнси нашли лежащей в ванной комнате всю в крови, исколотую тем самым ножом.

Да, набитый веществами Сид на допросах признался в том, что он убил свою подругу, но многие уверены, что он не мог этого сделать, потому что он не то, что стоять не мог в тот вечер и ночь, а даже просто открыть глаза был не в состоянии. Что уж говорить о том, чтобы нанести множество ножевых ранений довольно сильной девушке, пусть даже и находящейся под наркотиками.

Сид пережил Нэнси на несколько месяцев и скончался от передозировки.

Нэнси Спанджен похоронили 15 октября на кладбище штата Пенсильвания. Её друзей попросили не приносить цветы на могилу, а вместо этого сделать пожертвования в реабилитационный наркологический центр, где Дебора и Фрэнк учредили фонд имени своей дочери. Перед погребением волосы Нэнси перекрасили в натуральный цвет и облачили её тело в выпускное зелёное платье.

Дебора Спанджен вспоминала, как пресса накинулась на Нэнси:

Все мы, и друзья и родственники, были в ужасе от той вульгарности, с какой Нэнси унижали в прессе. Для них всех она была Тошнотворной Нэнси, какой-то богатой шлюхой-наркоманкой, изголодавшейся по удовольствиям. Они ничего не знали о её проблемах. И их это не интересовало.

Романтизировать наркоманию - нельзя. И вообще, наркотики - это плохо. Это аксиома. Но эта история призвана показать, что наркомания - это не просто зависимость от веществ от распущенности. Нэнси с тем же успехом могла стать игроманом или алкоголичкой. Это был человек, с самого рождения подверженный зависимостям и не последнюю роль в этом сыграли врачи, порекомендовавшие поить младенца веществами, явно для него не предназначенными. И её жизнь с самого начала оказалась просто снежным комом, который стремительно катился в могилу.