Атлантический большеголов: эти рыбы живут 200 лет! (9 фото)

После спуска на километр вглубь всё, что тебя может побеспокоить — это высокое давление. Но оно всё равно ниже, чем давление общества.

Там, в потемках, большеголов без стеснения придается самовыражению. Никто не осудит твою ярко-красную окраску, если никто не сможет ее увидеть.

И никто не станет критиковать твою прокрастинацию, даже если ты уже взрослая 7-ми килограммовая рыба 80 сантиметров в длину.

Малоподвижное левитирование чуть выше поверхности дна занимает ровно половину строчек в списке ежедневных дел большеголова. В такой глубоководной медитации рыбины пребывают не в полном одиночестве, а в компании единомышленников. Правда, вместо того, чтобы жаться друг к другу, они, как истинные интроверты, держат дистанцию — на 1м² приходится примерно 2-3 особи.

Поставив галочку на этом деле, животины отправляются выполнять вторую половину списка. Да, вы правильно поняли, они двигаются за перекусом. В морских потемках с этим бывает туго, поэтому большеголов открывает табло пошире, чтобы осилить любую порцию. К счастью, сложностей с охотой не возникает, когда твоя добыча сияет в темноте. Светящиеся анчоусы и кальмары, сами того не зная, помогают большеголову себя поймать. На статус альфа-хищника большерот не метит. На дне хватает товарищей со ртом чуть побольше. Но все чудовища глубин не могли пошатнуть большеголова, пока на районе не появился зверь с самым большим аппетитом. У него нет пасти, зато есть траулерная сеть.

Оказалось, что большеголовы прятались неспроста: мясо у них мягкое и вкусное. С 70-х годов на рыбу вёлся промысловый лов. А потом животина начала преподносить сюрпризы. Сначала выяснилось, что Омега-3 большеголов практически не имеет, а потом оказалось, что животина буквально ядовита. Пусть и не осознанно. Всё дело в невероятном долголетии — за два столетия жизни большеголовы накапливают в своей тушке приличное количество ртути. Концентрация, конечно, не смертельная, но часто есть эту рыбу становится вредно.

В итоге численность рыбёх снизилась, но всё еще стабильна. Благодаря упорству разных организаций её стали ловить в пределах лимитов и квот. Но большеголовам всё ещё сложно оправиться. Когда живешь сотни лет, всё сильнее хочется пожить для себя, а не думать о восстановлении популяции.

К идеям детей рыбины приходят примерно в то же время, что и люди — когда им исполняется сильно за двадцать. Но и тут большеголовы не слишком стараются. Пока другие рыбы выбрасывают сотни тысяч икринок, эти товарищи ограничиваются 90 тысячами потомков. Это только кажется, что их много, а ведь молодому поколению предстоит выплыть на глубину в 200 метров и прожить 20-40 лет в открытом океане. И это только чтобы заделать своих малышей. А добраться до 200 лет смогут только единицы!