Она хотела стать единственным ребёнком в семье (7 фото)

Дочка их прекрасно училась в школе и особенно ей удавалось изучение английского языка. Гвенн хотела стать врачом, а в свободное время принимала участие в соревнованиях. Луис же был отличным спортсменом, а в будущем планировал адвокатскую карьеру.

И вот благодаря Гвенн, известной своей добротой, в семье в 2021 году появился ещё ребёнок. Дженис было 17 лет и с Гвенн они познакомились на чьём-то семейном торжестве, где Дженис присматривала за чужими детьми. Девушки быстро нашли общий язык и выяснилось, что новая подруга Гвенн сирота и при этом ей ещё и негде жить. Магуад не могла оставить в беде Дженис и пошла разговаривать с родителями на предмет взять подростка в свою семью. Родители, Ловелла и Круз, будучи оба учителями искренне любившими детей, не смогли пройти мимо горя Дженис.

В июле того же года Дженис перебралась к Магуадам. Ей оказали самый радушный приём и относились к ней так же, как к родным детям: оказывали помощь в учёбе, давали ей деньги на карманные расходы, планировали отправить её в университет. Однако, проблемы с Дженис возникли почти сразу: в первые же месяцы у супругов исчезло около двухсот долларов. Нашли их быстро - под подкладкой в рюкзаке приёмной дочери. Девушка немедленно разрыдалась и довольно искренне извинялась за этот поступок. Его восприняли как последствие её прошлой жизни и не стали сильно наказывать. Отношения даже стали как-то крепче и роднее. Дженис и Гвенн были как родные сёстры, Луис решил спать в гостиной, чтобы его новая родственница спала с комфортом, в его комнате.

10 декабря Круз и Ловелла были в школе, когда Крузу позвонили и попросили как можно быстрее ехать домой, потому что в него ворвались какие-то люди. Через четверть часа мужчина примчался домой и у входа увидел окровавленное покрывало и нож. Круз начал звать детей, но ему никто не ответил. Входная дверь была заперта, задняя тоже и мужчина просто выломал её. В гостиной он нашёл тело Гвенн, а у входной Луиса. На теле девушки не было живого места - порезы, синяки, раны. Луис был с кляпом во рту, связан и так же как и сестра, весь исколот и изрезан. Вокруг валялись осколки от бутылок, бита, молоток. Круз стоял посреди этого кошмара, но нигде не видел третьей дочери. Он решил обследовать дом, с ужасом понимая, что скорее всего найдёт третий изувеченный труп. Но в этот момент Дженис, целая и невредимая (вот только вся мокрая) вышла из комнаты.

Круз утверждал, что приёмная дочь была перепугана, а криков отца и того, как он выламывал дверь, она не слышала, потому что "принимала душ". Круз был несколько поражён тем, что Дженис решила помыться, пока в соседней комнате умирают её брат и сестра, но в тот момент списал это всё на шок.

Круз позвонил в полицию и Ловелле. Она долго не могла поверить в то, что её родных детей больше нет, что их убили, да ещё и так жестоко. Полиция тут же принялась допрашивать единственного выжившего ребёнка - Дженис.
Девушка начала рассказывать, что в дом ворвались трое мужчин в масках, тут же накинулись на её брата. Дженис утверждала, что она спряталась под кровать у себя в спальне и написала пост в социальной сети, что в доме находятся неизвестные. Вот поэтому Крузу и позвонил тот неизвестный номер. Полиция легко поверила девушке, потому что характер нанесённых ран говорил о том, что убийца был не один. Так же быстро они нашли вещи нападавших, они сняли с себя окровавленную одежду прямо в доме и пытались выбросить пакет в реку, но тот зацепился за ветку дерева.

Но что-то в словах Дженис было не так. Она рассказала, что Луиса убили первым, вот только когда Круз вломился в свой дом, то его раны были совсем недавними, из них сочилась кровь. В комнате выжившей был такой беспорядок, что стало понятно, что под кроватью ей при таком обыске было не спрятаться. Вызывал вопрос само появление убийц - обычно грабители стараются взять как можно больше и скорее сбежать, а тут было крайне жестокое убийство. Ударов было нанесено много и с сильным ожесточением. А забрали грабители только сотовые телефоны.

Выяснилось, что смерть Луиса и Гвенн наступила примерно в 14:00, а пост в социальной сети Дженис выложила лишь около трёх часов дня. Причём в этот же момент девушке позвонил её встревоженный молодой человек и она взяла трубку, но молчала. И на заднем фоне была полнейшая тишина, а ведь там убивали двоих людей и, судя по обстановке, перерывали весь дом.

Орудия убийства все были собственностью Магуад. Только Гвенн и Дженис были в курсе, где точно лежит молоток, а бита вообще хранилась на полке в шкафу, расположенном в комнате Дженис. То есть они туда зашли, нашли биту, но не нашли Дженис?

После снятия отпечатков пальцев выяснилось, что они идентичны с отпечатками Дженис. А когда 16 декабря её вызвали в полицию на повторный допрос, то девушка не выдержала и выдала правду своему адвокату: она убила своих брата и сестру. А помогал ей в этом молодой служитель близстоящей церкви по имени Карл. Ему тоже было 17 лет и когда в руках полиции оказалась их переписка, то стало ясно, что они всё спланировали.

Но... Зачем? Зачем надо было убивать тех, кто относился к ней как к родной сестре, впустил в свой дом и окружил любовью и заботой?

На допросах о причине такого жестокого убийства, Дженис ответила, что всему причиной "зависть и злость".
Знакомые Дженис вспоминали при опросах полиции, что она не раз плохо говорила о семье Магуад, презирала их и считала бедняками. А позже выяснилось и ещё кое-что: не была она сиротой. Родители её были живы, здоровы и у них было ещё трое детей. Правда мама оставила отца с детьми и ушла, а он не слишком заботился о своих отпрысках. Дженис и её приходилось выживать и полностью самостоятельно заботиться о себе. Круз рассказал полицейским, что Дженис была очень не уверена в себе и её раздражала популярность Гвенн и то, что её все любили.
Она назвала Круза и Ловеллу папой и мамой впервые в тот самый день.
В тот, когда она стала их единственным ребёнком.

Обоих убийц, поскольку они были несовершеннолетними, направили под надзор Департамента социального обеспечения и развития Филиппин. Оба родителя сказали, что стараются очень много работать, чтобы заглушить страшную тоску по своим родным детям.