Лазарь Лагин — раб волшебной лампы (о жизни и книгах автора «Старика Хоттабыча»)⁠⁠ (9 фото)

Я всегда восхищался работой Лагина — и не только смелостью его фантазии, не только сюжетным мастерством, но и превосходной стилистикой, умением пользоваться словом, своеобразной интонацией, по которой узнавал автора с первых же строк, что, как известно, можно сказать далеко не о каждом писателе.
Аркадий Стругацкий

Лазарь Лагин... Вряд ли найдётся в нашем отечестве человек, который не читал, не смотрел или хотя бы не слышал историю древнего джинна Гассана Абдуррахмана ибн Хоттаба, попавшего в услужение к советскому пионеру Вольке. А где «Старик Хоттабыч», там и его автор Лазарь Лагин. Но так уж вышло, что этот замечательный советский писатель, подобно джинну, превратился в «раба волшебной лампы» — своей знаменитой книги. А ведь есть у Лазаря Лагина немало и других достойных произведений.

21 ноября 1903 года (по новому стилю — 4 декабря) в белорусском городе Витебске родился Лазарь Иосифович Гинзбург. В те годы в Витебске проживало много евреев (самый знаменитый выходец из местной общины, безусловно, Марк Шагал), и большинство прозябало в бедности; семья Гинзбургов не исключение. Отец будущего писателя Иосиф за гроши перегонял плоты по Западной Двине. Мама Хана занималась семьёй — забот ей хватало, пятеро детишек как-никак!

Чуть погодя Гинзбурги перебрались в Минск, где отец семейства открыл скобяную лавчонку. Когда Лазарь закончил школу, страна уже была охвачена гражданской войной. 16-летний парнишка уходит на фронт — и на чьей стороне прикажете сражаться потомственному голодранцу? Конечно же, за красных! Менее чем через год, в 1920-м, Лазарь Гинзбург получает партийный билет, а чуть позже становится одним из организаторов белорусского комсомола.

Писать Лазарь начал еще в окопах. Время было такое: в одной руке маузер, в другой книга. Поначалу юный большевик сочинял стихи — столкнувшись в Ростове с великим пролетарским поэтом Маяковским, Лазарь показал ему свои опусы и удостоился похвалы. Однако Гинзбург трезво оценивал свои возможности: «Говоря откровенно, у меня имеется немалая заслуга перед отечественной литературой: я вовремя и навеки перестал писать стихи».

Публиковался Лазарь с 1922 года как рабкор («рабочий корреспондент» — так называли тогда авторов-любителей, которые присылали в газеты материалы «с мест»). Одновременно учился: поскольку с детства любил петь, провёл год в стенах Минской консерватории, но бросил, не справившись с теорией, после чего уехал в Москву.

Там в 1925 году Лазарь закончил Нархоз, после армии поступил в аспирантуру Института красной профессуры, готовил диссертацию. И писал, писал, писал. В то время родился его псевдоним Лагин — от слияния начальных слогов имени и фамилии (с 1956 года псевдоним официально заменил фамилию).

До конца жизни Лагин оставался корреспондентом «Крокодила».

В 1933 году Лагина пригласили на работу в главную газету страны — «Правду». Ещё через год он занял пост заместителя главреда сатирического журнала «Крокодил». В 1936-м Лазаря приняли в Союз писателей СССР. Всё в жизни складывалось вроде удачно.

Но на дворе рычал «век-волкодав». После ареста возглавлявшего «Крокодил» Михаила Кольцова ежовские молодчики принялись хищно коситься и на Лагина. Спас его глава СП Александр Фадеев, отправив Лазаря в длительную командировку на Шпицберген. Именно там у Лагина родилась идея сказки о старике Хоттабыче. Некогда Лазарь прочёл повесть англичанина Ф. Энсти «Медный кувшин», в которой древний сосуд с джинном находил взрослый мужчина. Однако Лагина никак нельзя обвинять в плагиате: выражаясь современным языком, «Старик Хоттабыч» — вольный римейк (как и «Волшебник Изумрудного города», к примеру, или «Приключения Буратино»).

Лагин — офицер Черноморского флота.

В 1938 году повесть одновременно была напечатана в журнале «Пионер» и газете «Пионерская правда», а в 1940-м вышла отдельным изданием. С тех пор «Старик Хоттабыч» переиздавался бессчётное количество раз, переводился на английский, немецкий, китайский и многие другие языки.

Во время Великой Отечественной Лагин участвовал в обороне Одессы и Севастополя, войну закончил в Румынии. После Победы работал на радио, в нескольких издательствах, в прессе. И сочинял сатирическую фантастику — в основном антивоенные и антифашистские памфлеты.

Его романы «Патент АВ», «Остров разочарования», «Атавия Проксима», «Голубой человек», повести «Съеденный архипелаг», «Майор Велл Эндъю» и «Белокурая бестия» пользовались большой популярностью. Занимательный сюжет, качественный литературный язык, яркие характеры, острые коллизии... Однако все книги Лагина несут в себе чёткие приметы советского времени — эпохи жёсткого идеологического противостояния.

Лазарь Иосифович Лагин умер 16 июня 1979 года. Он был достойным сыном своего противоречивого века — отважным, честным человеком, который твёрдо знал, что такое долг. Он дружил с Олешей, Светловым, Ильфом, Зощенко. И писал очень хорошие книги, увы, ныне несправедливо забытые. Кроме одной. «Старик Хоттабыч» жив до сих пор...

«Старик Хоттабыч» (1938)

Советский пионер Волька Костыльков находит в речке старинную медную лампу, из которой появляется арабский джинн Гасан Абдуррахман ибн Хоттабб. Своему спасителю джинн предлагает обычные сказочные радости — золото, дворцы, рабов. Но у мальчика из СССР идеалы совсем другие: он страстно принимается перевоспитывать джинна в «нашенского» Хоттабыча. Особенно удался Лагину образ главного героя — нет, не «идейно правильного» пионера, а самого Хоттабыча, своеобразной комической вариации Дон-Кихота, всемогущего и беспомощного одновременно.

Первоначальный журнальный вариант показался некоторым бдительным товарищам недостаточно «правильным», и Лагину пришлось внести в текст «сталинские» пассажи. А вот из издания 1955 года «сталинизмы» уже надо было выбросить, разбавив текст «антиимпериализмом». Ныне повесть печатается в самом первом варианте.

Большой популярностью пользовался выпущенный в 1956 году фильм, который, однако, Лагину не понравился. По его мнению, лишь Николай Волков, блистательно исполнивший роль Хоттабыча, вытянул эту посредственную картину.

«Патент АВ» (1948)

Политический памфлет, действие которого происходит в вымышленной стране Аржантайе. Гениальный учёный Стивен Попф изобретает субстанцию, ускоряющую рост живого организма, мечтая избавить мир от голода. Однако власть имущие жаждут использовать «эликсир роста» совсем в иных целях. Роман не утратил актуальности: в мире, описанном Лагиным, мы живём здесь и сейчас... Сочиняя книгу, Лагин слегка похулиганил, применяя «говорящие» имена и названия, взятые из иврита. Такие шуточки могли дорого обойтись писателю: в стране шла кампания борьбы с «безродными космополитами». Случайный донос — и Лагина живо бы «заклеймили» и «призвали к ответу», а там и до Колымы рукой подать! Попытка была: в 1952 году в «Комсомольской правде» появился фельетон, где «Патент АВ» назвали плагиатом у Александра Беляева. Дело разбирала спецкомиссия СП, которая обвинения опровергла.

«Остров Разочарования» (1951)

В конце Второй мировой войны на затерянном тропическом островке в океане оказались двое немецких офицеров с секретным грузом, четверо «союзников» и советский моряк Егорычев. Учитывая характер груза (нацисты всё-таки создали своё «вундерваффе»!), люди не просто озабочены проблемой выживания, но и постоянно интригуют друг против друга, надеясь дождаться помощи «своих». Несмотря на ряд идеологических штампов, роман не устарел до сих пор — ведь человеческая природа за минувшие годы не изменилась.

«Атавия Проксима» (1956)

Действие происходит в вымышленной стране Атавия. «Холодная война» заканчивается, и, страшась этого, атавские власти готовят ядерный удар по некоторым своим союзникам, чтобы, свалив это чудовищное преступление на СССР, развязать мировой конфликт. Но случайно заряды взрываются прямо в пусковых шахтах, после чего Атавию вышвыривает в космос, превратив в мини-планету, где вроде бы сохраняется прежняя жизнь... Как всегда у Лагина, блестяще бичуются «язвы капитализма», которые не исчезли и по сию пору, приобретя характер метастазы. Книга многоплановая, во многом серьёзная, хоть по внешней лёгкости напоминает произведения О’Генри, особенно «Королей и капусту».

В 1972 году под названием «Трагический астероид» вышел переработанный вариант «Атавии Проксимы».

«Съеденный архипелаг» (1956)«Майор Велл Эндъю» (1962)«Белокурая бестия» (1963)

Из трёх больших повестей Лагина лучшая, безусловно, памфлет «Майор Велл Эндью, его наблюдения, переживания, мысли, надежды и далеко идущие планы, записанные им в течение последних пятнадцати дней его жизни». Перед нами — своеобразный фанфик по мотивам «Войны миров» Герберта Уэллса. Герой — английский офицер и «джентльмен», спесивый наглец, который, убеждаясь в непобедимости марсиан, становится их прислужником, «полицаем». В своём дневнике майор пытается оправдать измену философией приспособленца. Вещь очень мощная, поражает глубина проникновения писателя в самую суть изломанной предательской души. Лагину также удалась точная стилизация «под Уэллса», сохраняющая дух оригинала.

«Голубой человек» (1964)

Лагин считал этот роман своей лучшей книгой, однако некоторые «ура-демократы» заклеймили её позором — вероятно, из-за темы. Главный герой, обычный современный парень, студент истфака МГУ, в результате несчастного случая проваливается в прошлое. Точнее, его сознание переносится в Москву 1894 года. Перед нами — реалистический исторический роман, где глазами советского человека 1960-х показана царская Россия и зарождение большевистского движения. Герой пытается изменить историю, пусть и на локальном уровне. Негативное же отношение к книге вызвано, вероятно, тем, что сюжет связан с истоками компартии. Так, герой даже мельком встречается с Лениным. Зато написана книга великолепно — на порядок лучше большинства современных опусов о «попаданцах» в прошлое.

«Обидные сказки»

Серия коротких и острых сатирических рассказов в форме притчи. В отличие от других сатир Лагина, заряд «Обидных сказок» направлен «внутрь» советской жизни, из-за чего издатели долго не жаловали сборник.

О характере отношения к этим рассказам может служить следующий факт: когда Лагин написал на их основе несколько сценариев для мультфильмов, на Госкино СССР производство картин запретили с формулировкой «идейно порочные и клевещущие на советский строй».

Над «Обидными сказками» Лагин работал с начала 1930-х и почти до самой кончины. Полный вариант сборника был опубликован только в годы перестройки.