Мир Конана как основа фэнтези. Хайборийская эра — из чего Роберт Говард создал свою Вселенную⁠⁠ (16 фото)

Тексты Говарда характеризуются дочеловеческой, почти мифологичной чистотой — в его текстах заложены первичные черты фэнтези-жанра. Современные герои фэнтези-романов и эпопей мучимы множеством этических проблем, сюжетными многоходовками и личными комплексами. В то время как создание проще и чище Конана-варвара сложно представить.

Хайбория: мир из лоскутов

Художник Марк Шульц

Поначалу авторы фэнтези писали о чем угодно, только не о Средиземьях. Идея иного мира, в котором будет разворачиваться действие сказочной эпопеи и героических приключений, была для литературы чужда. Эдгар Райс Берроуз, Герберт Уэллс и прочие патриархи фантастики обосновывали уход от реальности в своих романах тем, что действие происходит в далеком, чужом месте. Но миры их были реальны при всей фантастичности декораций — Марс, Венера, Луна, Земля далекого будущего…

Писатели говардовского окружения занимались больше мистическими, пугающими, приключенческими сюжетами — и помещали героев либо в малоисследованные уголки Земли, либо в обыденные обстоятельства, куда вторгались темные силы. Тем же поначалу занимался и Говард — циклы его рассказов о Соломоне Кейне и некоторых других персонажах, путешествующих по дебрям Амазонки и прочим таинственным местам, вполне соответствовал общей тенденции развлекательной литературы. Американские беллетристические журналы того времени — Oriental Stories, Amazing Stories, Weird Stories — вошли в историю как котел, в котором сварилось героическое фэнтези.

На этой клокочущей идеями литературной кухне Говард шагнул дальше всех по жанровой дороге. Он соединил фантастические декорации и реальный мир. Шагнул в далекое прошлое Земли и обратился к мифологическим истокам тогда, когда Джон Рональд Руэл Толкин еще не придумал благоустроенную кроличью нору.

Рассказы о Конане на обложках «бульварного» журнала Weird Tales

Причины были те же, что и у Профессора: любовь к истории. Говард всегда интересовался кельтами, и строил по их поводу множество совершенно ненаучных, но близких его сердцу гипотез. Переписка Говарда с куда более подкованным в этих вопросах Лавкрафтом показывает, насколько наивны были его представления о кельтах, пиктах и древней истории народов Европы. Но эти гипотезы стали основой фантастического мира, возникшего у Говарда в голове. Результатом его изысканий (впервые, кстати, появившимся не в рассказах о Конане, а в новеллах о другом бесстрашном и могучем воителе — Кулле, короле Валузии) стал древний мир, впитавший мифологические, исторические и фантастические мотивы различных культур.

Говард, как алхимик, смешал мифологическую Атлантиду с реально существовавшей Гондваной; как Мичурин, скрестил скандинавский Асгард с греческой фантазией — «Гипербореей», а древнеиндийского Митру — с египетским Сетом. Как удачливый шеф-повар, обладающий чутьем и чувством меры, он привел ингредиенты в такое состояние, которое характеризовалось одним главным качеством: смутной узнаваемостью.

Странный мир, будто скроенный из лоскутов, был смутно знаком любому читателю. И он, читатель, подсознательно испытывал «родственные» чувства к образам, странам, народам, богам и героям новой вселенной. Этот мир, не предпринимая никаких усилий, становился близок читателю за счет знакомых с детства образов и слов.

Роберт Ирвин Говард

Все знают Говарда как создателя Конана из Киммерии, знаменитого героя фэнтези. Менее известно, что Говард написал несколько сотен стихотворений и поэм. Его перу принадлежат произведения в жанрах приключения, хоррора, мистики, вестерна, эротики, пародии и даже спортивного репортажа. Уникальный говардовский синтез исторического приключения, фэнтези и ужаса закончился созданием нового литературного поджанра, теперь известного как «Меч и колдовство».

Говард родился в Техасе 22 января 1906 года. В 1921 году сделал первую попытку в писательском ремесле — посылал рассказ в журнал Adventure. В 1924 году его ждали первые профессиональные успехи: журнал «Сверхъестественные истории» (Weird Tales) принимает рассказы «Копье и клык», «Гиена» и «Потерянная раса». Роберт берет курсы машинописи и стенографии в Колледже Говарда Пейна (Howard Payne College, Brownwood). В августе 1928 года опубликован рассказ «Красные тени». Вскоре стартует сериал о Кулле.

В 1930 году завязалась переписка Говарда с Лавкрафтом. В декабре 1932 года родился новый герой Говарда — Конан из Киммерии. Первый опубликованный рассказ о Конане — «Феникс на мече».

В 1935 году мать Говарда перенесла тяжелую операцию, после которой впала в кому. На плечи Говарда легли тяжелые расходы и уход за матерью. 11 июня 1936 года Роберт, не в силах смириться с судьбой, застрелился в своем автомобиле. Мать пережила его лишь на несколько часов.

География Хайбории

Карта Земли в Хайборийскую эру, художник Sapiento

Земля в эту эпоху представляется почти квадратным материком, на котором расположились, пожалуй, все известные на Земле типы культур — правда, взятые из разных времен и смешанные автором согласно его личному желанию.

На севере обитают черноволосые киммерийцы и рыжеволосые варвары Асгарда. С востока и запада северные земли окружают такие же дикие страны, Ванахейм и Гиперборея, покрытые снегами. Суровые и не знающие пощады земли воспитали простые нравы и неразвитые культуры, характерные для северян. Однако, как и все прочие, даже эти варварские страны и народы, их населяющие, имеют свои отличительные характеристики. Асиры, рыжеволосые викинги-завоеватели, вспыльчивые и яростные. Свободолюбивые черноволосые киммерийцы, наследники канувшего в пучину народа атлантов. Гиперборейцы, идолопоклонники, жестокие и хитрые каннибалы… Говард старается каждому из народов, привлеченных на страницы своих новелл, даровать нечто неповторимое, свойственное лишь ему.

«Средняя полоса» Хайбории представлена диким смешением культур и цивилизаций — перечислим с запада на восток. Дебри Пиктов (древняя Шотландия) соседствуют с Зингарой, морским королевством (прообразом которой стала Испания). Сразу три страны продвинутого феодализма — Аквилония (нечто среднее между Францией и Германией), Немедия (ближе всего, пожалуй, сильно видоизмененная Португалия) и Бритуния (пояснения излишни). Аргос (греческий город), рядом с ним (и чуть пониже Немедии) Офир (Персия), затем Коф (что-то неуловимо-восточное), Замора (снова Испания), выше них Коринфия — это еще один греческий город-порт, Коринф (эк разнесло Грецию во все стороны!). Морей и прочих водных ресурсов на территории Коринфии нет, наоборот, есть Карпашские горы (Румыния) и Шем (то ли Турция, то ли Иран).

Джеймс Эрл Джонс в роли Тулсы Дума

Если представить себе вместо этих фэнтезийных названий их реальные прообразы, расположенные на карте именно в таком порядке, можно бесповоротно сойти с ума. Этнографы и географы сороковых годов, говорят, читая Говарда, быстро меняли место работы и профессию.

Восток Хайбории поделен между Империей Туран (нечто среднее между Монгольской и Сирийской культурой), Вендией и Кхитаем — что логично. А юг гордо украшают такие страны, как Стигия (Египет) и набор черных королевств, наполовину арабских, наполовину негритянских.

Первую карту мира создал, разумеется, сам Говард, а впоследствии их было нарисовано великое множество.

Хайборийская история

Художник Марк Шульц

Хайборийская история началась десять тысячелетий назад. Древние материки Туран, Атлантида и Лемурия, империи Валузия и Грондар… Легендарные имена, покрытые мраком забвения и величием могущества. Эти земли были наполнены древнейшими людскими цивилизациями, из тьмы веков до которых проглядывали призраки ушедших иных, темных рас, которых поглотило не знающее пощады время. Катаклизм, опустошивший мир и потопивший континенты, уничтоживший Атлантиду и Лемурию, захлестнул материк. Кулл, король Валузии — великий герой Хайборийской эпохи, первый из персонажей Говарда, связанных с Хайборией — канул в забвение вместе с ее первой эпохой.

Несколько ветвей человеческой расы столкнулись на израненной земле. Долгие столетия народы перемещались, гонимые нуждами, мелкими катаклизмами, войнами, потопами и нашествиями, перемежающими друг друга. Имена и названия, роды и династии, королевства и государства сменяли друг друга на одних и тех же землях, а затем на когда-то обжитых местах вставали курганы.

Художник Фрэнк Фразетта

Варварство, невежество и дикость — вот что осталось от древних цивилизаций, поглощенных катаклизмами и войнами. Даже древние боги канули в небытие вместе с народами, которые им поклонялись — и теперь пикты, «вечные варвары», сравнялись с бывшими атлантами, покорителями мироздания.

Затем начинается эпоха хайборийцев севера. Долго и утомительно перечислять все перипетии генезиса этой расы, но в результате именно она завоевывает материк и приводит его в соответствие с границами на карте, которую нарисовал Говард. Хайборийцы расселяются по свету, постепенно смешивая свою кровь с другими расами и ассимилируя их.

К исходу многотысячелетней истории, описанной самим Говардом и продолженной Спрэг де Кампом, многочисленные народы властвуют над Туранским материком. Культура и цивилизация их развивается, восставая из пепла эпох, равно как военное дело и магия. Эти страны во многом нецивилизованны и жестоки, человеческая жизнь здесь ценится ничуть не больше, чем в темном земном средневековье. Страны и культы воюют между собой, и сила магов иной раз значит больше, чем мощь мечей.

Именно в таком мире появился на свет Конан-киммериец.

В главной роли

Конан, как известно — великий герой, сразивший в своей жизни больше черных магов, чем все D&D-шные игроки, вместе взятые, и покоривший больше женщин, чем Элвис Пресли, Бекхэм и агент 007.

Портрет его гениально прост — это могучий двухметровый человечище с мускулатурой ледяного гиганта, роскошной гривой черных волос и ледяным взором синих глаз (наследство древних атлантов). Он очень силен, нечеловечески ловок, потрясающе вынослив. Кроме того, Конан обладает незамутненным варварским инстинктом, который помогает ему предчувствовать опасность, и варварской сопротивляемостью черной магии, которую он ненавидит.

Художник Фрэнк Фразетта

Конан — великолепный воин и любовник, бесстрашный и великодушный соратник, непобедимый враг и главный герой. Джентльменский набор в полной комплектации. Как же дошел он до жизни такой?

Согласно легенде, величайший воин в истории человечества появился на свет прямо на поле битвы, и, наверное, это определило его дальнейшую судьбу. Киммерийские женщины бились на полях сражений наравне с мужчинами, так что легенде стоит верить.

Отец Конана был кузнецом, и именно он выковал сыну первый меч. Киммерийские кланы постоянно сражались меж собой, и так детство киммерийца перетекло в юность. Пятнадцатилетие он отметил в жуткой резне, устроенной киммерийцами аквилонским захватчикам, когда варвары сходу взяли и разграбили пограничную крепость Венариум. Конан здорово отличился уже в том бою, удостоившись похвалы старейшин.

Сюжет фильма со Шварценеггером на самом деле сильно отличается от книжного

Затем, во время стычки с ванами, он попал в плен, и, пятнадцатилетний, пережил первое из своих приключений. Судьба погнала его из одного плена в другой, из одной смертельной опасности — в следующую. Спасаясь от них, он уходил все дальше и дальше от родины. Наконец, Конан очутился в Заморе, городе воров, где стал одним из лучших представителей профессии — но и оттуда ему пришлось бежать, чтобы не быть убитым. Минуя страну за страной, везде оставляя спасенных и поверженных, врагов и друзей, он добрался до самого Турана, и поступил на службу в наемники императора Йилдиза.

Перечислить все приключения и путешествия Конана невозможно. Книг, изданных только в России, около двухсот тридцати. Всего их свыше трех с половиной сотен, и приключениями пропитан каждый дюйм бумаги, на которой изложено жизнеописание Конана-киммерийца.

Сражаясь с магами, наемниками, бандитами, темными жрецами и солдатами, повергая королей, варвар исколесил весь континент. В результате сначала он осел в Аквилонии, стал ее королем и проправил больше двадцати лет. А затем — отправился в путешествие за море, задолго до викингов открыл Америку, сразился там с самой Смертью, обрел бессмертие и ушел по тропе миров в бессрочное странствие.

Карусель богов

Художник Марк Шульц

Естественно, не все эти книги написал Роберт Ирвин Говард. Судьба создателя Конана была печальной. Одинокий, от природы замкнутый, вспыльчивый и страдающий множеством комплексов (полная противоположность своему герою), Роберт не вынес тяжелого положения умирающей матери и покончил жизнь самоубийством в возрасте всего 30 лет.

Но популярность созданного им героя была слишком велика, чтобы тот умер вместе с ним. Жестокая ирония заключается в этом — двужильный варвар с его варварским инстинктом выживания на многие десятилетия пережил своего создателя, и здравствует поныне.

Множество писателей, от маститых до совершенно безвестных, прилагало руку к написанию продолжений «Саги о Конане». Это и Спрег де Камп, и Лин Картер, сами по себе прославленные фэнтези-классики, и Пол Андерсон, и Джон Мэддокс Робертс, и Стив Перри, и многие, многие другие.

Чисто русский Конан

Когда Конан пришел в Россию (в перестроечные времена), популярность его просто зашкаливала. Удивленные издатели попустительствовали тому, чтобы под звучными зарубежными псевдонимами публиковались наши «самоделы». Так, среди творцов «конины» присутствовали Елена Хаецкая, Андрей Мартьянов, даже Ник Перумов (про битву со Смертью и уход в иные миры, то есть про достойное окончание творческой карьеры героя — написал именно он).

Самое свежее на сегодняшний день издание романов Ника Перумова о Конане, вышло из типографии буквально на днях, в августе этого года.

А судьи кто?

Фэнтези живет и развивается. И естественно, что многим сегодняшним читателям претит простота и банальность конановских приемов, да и общий уровень текстов «Саги». Соглашаясь, что «Конан» не образец литературного шедевра, я обращу внимание на важный момент.

Многие считают повести и романы про Конана примером коммерческой писанины и глупости. При этом упускают из виду, что Конан сам по себе — лишь идея, которая привела нас к современному фэнтези в не меньшей мере, чем Фродо из Средиземья или Гед из Земноморья. Безусловно, большая часть беллетристики о могучем варваре оправдывает название, являясь «кониной», да еще и второсортной. Но это — платформа, на которой строился жанр.

Конан — ещё и герой комиксов от Marvel (и не только)

Вся «игровая литература» вышла из Конана, как и весь Лейбер, Муркок, а вслед за ними столпы высокого фэнтези — от Терри Брукса и Роджера Желязны до Роберта Джордана и других наших современников, до сих пор использующих созданный Говардом архетип и канон. Даже ролевые игры сформировались под непререкаемым влиянием героики, идеальный образ для которой сформулировал именно он, Говард. Не зря и в Америке второй половины 20 столетия, и в Европе, и в перестроечном СССР конца 80-х — начала 90-х годов Конан был безумно популярен.

Простое и доступное всегда необходимо для развития, и часто — для пересмотра пройденного. Харизма Конана, увлекательность его похождений, тот минимализм, который был заложен Говардом и воспринят толпой продолжателей — это черты, требующие уважения и внимания.

И покупая замечательное произведение, например, «Бурю Мечей» Мартина, я отдаю себе отчет, что в центре этой Бури лежит Меч Конана. Меч, который Говард выковал ещё до того, как прославленный Толкин сел за стол и написал: «Была нора, и в ней жил хоббит».

В 2022 году издательство Феникс в серии Шедевры фантастики выпустило три тома о Конане — два с произведениями Говарда и один с романами Перумова.