Ален Делон – прекрасный снаружи, ужасный внутри⁠⁠ (25 фото + 1 видео)

Мясо

Делон причисляет себя к поколению «титанов, которых сожрали карлики». Под карликами подразумеваются деятели современного кино, превратившие это искусство в никчемный базар. Отчасти, поясняет он, дело в современных актерах. Делон сравнивает их с нежными комнатными растениями, не знающими подлинной жизни. Тогда как многие герои старого кино – Жан Габен, Лино Вентура, да и он сам – пришли в кино с улицы. Они знали, что такое война, бедность, тяжелый труд, поэтому выглядели так убедительно на экране.

У молодого Алена были все шансы стать хорошим мясником. Его отчим содержал колбасную лавку в Бур-ля-Рене, городке под Парижем, и Делон был вполне готов продолжить семейный бизнес. Позже он шутил, что никто среди актеров не умеет нарезать ветчину лучше его. Карьере мясника помешал беспокойный нрав: юноше не сиделось на месте.

Отношения с родителями были сложными. Ален много лет обижался на отца, считая, что тот бросил их с матерью. Но и к матери не испытывал теплых чувств, упрекая ее в равнодушии. Когда она написала мемуары, актер был очень раздражен, утверждая, что она врет и обеляет себя.

Все это определило знаменитую делоновскую холодность и закрытость. Мир для юного Алена не был дружелюбен. Доброе семейство Неро, в которое его отдали пожить несколько лет, уже не могло переделать характер трудного подростка.

Морпех на гауптвахте

В 17 лет, даже раньше призывного возраста, обманув военную комиссию, Делон попал в морскую пехоту. Родители спешили пристроить неуправляемого юношу в надежное место, да и он сам торопился на поиски приключений. В армии ему нравилось. «Я был счастлив там. Я познал, что такое братство. Я мог бы стать кадровым военным. У меня были задатки великого солдата», – говорил позже Делон.

Но не сложилось. После обучения Ален попал на войну в Индокитай, где этот великий солдат прославился подвигами особого рода: то подерется с кем-то, то напьется, то украдет оборудование, то угонит и разобьет вдребезги казенный джип. На гауптвахте Делон проводил больше времени, чем в казарме, и свое двадцатилетие встретил в карцере. В итоге его просто уволили и выслали во Францию.

Не особо торопясь вернуться в колбасную лавку, Делон осел в портовом Марселе, где завел знакомства с местными бандитами. Когда впоследствии ему доставались роли гангстеров, Алену было легко играть, ведь он хорошо знал эту среду.

Молодой Делон замечал, что его внешность производит впечатление. Но использовать ее в кино у него даже и мысли не было. Поэтому, когда однажды к нему на улице подошел странный американец, представившийся Гарри Уилсоном, и предложил поехать на кинопробы в Рим, Ален не знал, что и подумать. Это был 1956 год, и голливудский режиссер Чарльз Видор вместе с продюсером Дэвидом Слезником экранизировал хемингуэевский роман «Прощай, оружие!». 21-летнего Делона соблазнила идея попасть в Рим. Пробы оказались удачными, Слезник предложил юноше контракт, но тот не поверил неожиданно свалившемуся на него счастью и попросил время на размышление.

Будь красивым и не молчи

Размышлял он, живя в Париже в дешевом отеле на площади Пигаль, в знаменитом квартале проституток. Местные девушки полюбили молодого красавца. Работал Делон грузчиком на Центральном рынке, «Чреве Парижа», как его стали называть благодаря Золя. Это казалось сыну мясника более приемлемым, чем сниматься в кино.

Круг общения Делона составляли не только проститутки: среди его новых знакомых были молодой актер Жан-Клод Бриали и актриса Брижитт Обер. Он рассказал друзьям о своих римских пробах и расспрашивал о мире кино: стоит ли с ним связываться?

Однажды в 14 лет он сыграл в любительском фильме, и ему этот опыт не понравился. Но Бриали посоветовал Делону попробовать еще раз и привел к маститому актеру Бернару Блие (сын которого, Бертран, впоследствии снял «Вальсирующих», «Холодные закуски» и много других фильмов). Блие в это время снимался в фильме Ива Аллегре «Когда вмешивается женщина» (1957) и убедил режиссера взять Делона на маленькую роль наемного убийцы Джо. Вспоминая своих марсельских дружков, Делон сыграл весьма убедительно.

Аллегре, в свою очередь, рекомендовал Алена своему старшему брату Марку, тоже режиссеру. Так Делон попал в свой второй фильм, «Будь красивой и молчи» (1958), на съемках которого познакомился с другим молодым актером, Жан-Полем Бельмондо. Столь разные и внешне, и по характеру, они стали друзьями-конкурентами на всю жизнь. Но больше все-таки друзьями.

Делами Делона стала заниматься Ольга Хорстиг, импресарио многих известных актеров. Ален называл ее своей крестной матерью в кино. Быструю адаптацию в профессии, еще недавно совершенно чуждой ему, Делон объяснял просто: «Есть три типа актеров: плохие, хорошие и великие. С плохими все ясно, они играют бездарно, хорошие играют хорошо. А великие ничего не играют. Они просто живут перед камерой. Как Жан Габен, как Брандо. Как я».

Большие роли

На съемках третьего фильма, костюмированной драмы «Кристина» (1958), произошло еще одно важное знакомство: партнершей Делона стала немецкая актриса Роми Шнайдер. Их любовь началась с неприязни: Шнайдер критически отнеслась к Делону, заметив, что он «слишком красавчик, слишком ухоженный». Но вскоре они стали парой, к ужасу аристократических родителей Роми, считавших Алена безродным псом.

Ален Делон и Роми Шнайдер

В 1961 году они сыграли вместе в спектакле «Жаль, что она шлюха», поставленном Лукино Висконти. Но в целом Делон и Шнайдер, два востребованных актера, нечасто видели друг друга, будучи все время на съемках. Это подкосило их отношения, которые Делон однажды решил жестко разорвать: вернувшись домой с очередных съемок, Роми нашла на столе сорок черных роз и записку, в которой Ален писал, что дает ей свободу, но оставляет себе ее сердце. Последняя фраза была трагически точна: Шнайдер до конца жизни не оправилась от этого безжалостного разрыва.

В 1960 году 25-летний Делон получил две роли, сделавшие его настоящим большим актером: снедаемого завистью и чувством классовой ненависти Тома Рипли, убивающего богатого приятеля в картине «На ярком солнце» Рене Клемана, и молодого боксера Рокко Паронди в драме Лукино Висконти «Рокко и его братья». Это был пропуск в классики, в большое кино.

Висконти стал для Делона учителем, хотя слухи, поддерживаемые и родителями Шнайдер, говорили о более неформальных отношениях: итальянский мастер был геем. Комментируя это, Делон говорил: «Лукино эстет, он любил красоту, отдавая предпочтение мужской красоте. Он не был влюблен в меня, но увлечен, это верно».

Через два года Висконти снимет Делона в еще одном своем фильме, «Леопард» (1962). Режиссер и актер вынашивали идею экранизации цикла романов «В поисках утраченного времени» Марселя Пруста, но эти проекты не были воплощены. Когда в 1983 году Ален сыграл барона де Шарлю в фильме Фолькера Шлендорфа «Любовь Свана», осуществленной наконец прустовской постановке, он говорил об этой работе как о долге перед покойным Висконти.

Лучшее время

В 1963-м Делон удостоился личной ретроспективы в парижской Синематеке. Ему было что показать: к уже упомянутым картинам в его фильмографию добавились такие крупные работы, как «Затмение» Микеланджело Антониони, «Дьявол и десять заповедей» Жюльена Дювивье и «Мелодии из подвала» Анри Вернея. В последней картине он впервые сыграл с Жаном Габеном, ставшим его близким другом. Вместе они также снимались в фильмах «Сицилийский клан» (1969) и «Двое в городе» (1973).

Делона раздражало, что многие видели в нем только красавчика. В первые годы ему пришлось доказывать, что он не просто обладатель смазливой внешности, но и неординарный актер. Но доказывать это нужно было скорее зрителям и критикам, так как все работавшие с ним режиссеры признавали за Аленом особый дар подчинять себе пространство кадра и приковывать внимание.

Меняя роли и экспериментируя, Делон, тем не менее, создавал некий узнаваемый мужской типаж собранного, серьезного, немногословного человека. Он явно шел по тропе своих старших товарищей и кумиров: Жана Габена, Лино Вентуры, Берта Ланкастера, Хамфри Богарта. Они предпочитали не удивлять зрителей чудесными перевоплощениями, а давать им с некоторыми вариациями определенный и хорошо узнаваемый кинообраз.

Хотя он уже был звездой, Делона задевало невнимание со стороны режиссеров модной в то время новой волны: Годара, Маля, Шаброля, Трюффо. Они с охотой снимали его друга Бельмондо, но к Алену были равнодушны.

Добившись признания на родине, в середине 1960-х Делон отбыл в Голливуд, где снялся в пяти фильмах, но вернулся назад еще до окончания контракта: большого американского успеха не вышло.

Во Франции же его ждал невероятно плодотворный период: за несколько лет Делон показал себя в массе головокружительно великолепных фильмов, может быть, лучших в его жизни: «Искатели приключений» (1967) с Лино Вентурой, «Самурай» (1967) Жан-Пьера Мельвиля, «Прощай, друг» (1968) с Чарльзом Бронсоном, у которого тогда был «французский период», «Бассейн» (1968) с Морисом Роне, Роми Шнайдер и Джейн Биркин, «Борсалино» (1969) с Бельмондо, «Красное солнце» (1971) с Бронсоном и Тосиро Мифуне.

«Самурай»-киллер Жеф стал для актера ключевой ролью: твердый, сдержанный, таинственный, произносящий слова только в случае крайней необходимости, – Делон считал, что этот образ максимально близок ему самому.

Человек и комод

Мельвиль, корифей французского неонуара, снял Делона также в «Красном круге» (1970) и «Полицейском» (1972). Ален как нельзя лучше соответствовал атмосфере его фильмов – холодной, отстраненной, предельно немногословной.

Примерно такое же представление сложилось у зрителей и о самом Делоне: что он скуп на чувства, замкнут и самодоволен. Это представление подтверждали и некоторые его партнеры по фильмам. Брижит Бардо писала в мемуарах: «Общаться с Аленом – это то же самое, что общаться с комодом! Это лицо, эти глаза ничего не выражают, они не волнуют, не притягивают, в них нет и намека на правду, на чувство, на страсть. Ален – существо холодное, он крайний эгоист; чтобы согреться, он не придумал ничего лучшего, как сняться в рекламе меховых изделий».

Совсем иной портрет рисует в своих воспоминаниях дочь Габена Флоранс, с которой у Делона были близкие отношения. Она говорит о нем как о заботливом, внимательном и нежном человеке.

Совсем уж неожиданная характеристика Делона всплыла, когда разразился очень тяжелый для актера скандал: в 1968-м недалеко от особняка Алена был обнаружен труп его товарища и телохранителя, серба Стевана Марковича. Пресса начала писать о контактах Делона с мафией. Было найдено и письмо погибшего своему брату в Югославию, отправленное незадолго до смерти. В нем Делон изображается «слабодушным и больным человеком, чье мнение постоянно меняется в зависимости от обстоятельств и который подчиняется любому, у кого характер посильнее, чем у него».

Другой гангстер и приятель Делона, «хромой корсиканец» Франсуа Маркантони, подозреваемый по делу Марковича, в своих показаниях описывал кинозвезду как «очень доброго» и «легко попадающего под влияние» человека.

Возможно, обычным людям актер казался суровым и неприступным. А по жестким меркам криминального мира, где человек человеку волк, он был слишком доверчив и мягок.

Непокоренный и нелюдимый

Расследование убийства Марковича длилось несколько лет, и шум вокруг него сильно потрепал нервы Делону. В 1970 году он даже написал открытое письмо президенту Помпиду с просьбой оградить его семью от возможных провокаций и клеветы.

Что касается характера «ледяного красавца», то довольно подробное и экзальтированное его описание оставил старый друг актера Жан Ко – писатель и автор сценария таких картин, как «Непокоренный», «Борсалино» и «Джеф». «Я не знаю более скрытного и замкнутого человека, чем он, – писал Ко. – Я не знаю более нелюдимого и одинокого человека. В сиюминутном порыве он способен отдать самое дорогое, проявить нежность. Но выглядеть это будет, будто он лишь защищается».

По словам Ко, Делон в жизни настолько нервный («напоминает дикого зверя, которого хотят поймать, и поэтому ему все время приходится скрываться от преследователей»), что, когда наконец удается немного расслабиться, он мгновенно засыпает от измождения. Похоже, такова цена ледяного спокойствия.

Впрочем, в публичной жизни Делон не отличался сдержанностью. Обладатель идеальной внешности, он не был примером утонченности и такта в общении с людьми. За глаза его называли неотесанным. Он вполне мог выйти из себя во время интервью, а уж для кинокритиков недобрых слов не жалел никогда. Когда назревал очередной скандал, Делон садился и писал открытое письмо в какую-нибудь газету. Свои недостатки актер и не думал скрывать: «Я Скорпион, увлекающаяся натура, у меня мерзкий и скорее неуживчивый характер. Отсюда многие мои неприятности в жизни».

От полиции не убежать

Героями самых успешных фильмов Делона были полицейские и воры. Желая выбраться из этого однообразия, актер в 1970-х много экспериментировал: удачно с художественной точки зрения, но не всегда удачно с финансовой. В фильме «Первая ночь покоя» (1972) он сыграл потрепанного жизнью школьного учителя, влюбленного в порочную нимфетку. В «Убийстве Троцкого» того же года – Рамона Меркадера, убийцу большевика. В «Мсье Кляйне» (1975) – равнодушного к страданиям людей дельца времен Второй мировой войны, прозревающего после того, как его по ошибке отправляют на казнь вместе с евреями. В «Спешащем человеке» (1977) почти самого себя (как признавался сам) – коллекционера, растратившего жизнь на погоню за ценными предметами. Но все эти интересные картины не имели того успеха, на который рассчитывал Делон, и это его задевало.

Картины со словом «полицейский» в названии он продолжал производить исправно: «Полицейская история», «За шкуру полицейского», «Слово полицейского», «Не будите спящего полицейского». С одной стороны, персонажи этих фильмов не всегда похожи друг на друга, с другой – они выглядят как части одной бесконечной истории.

Французская полиция должна поставить Делону памятник, учитывая то, сколько стражей порядка он изобразил в кино. И в советском фильме 1979 года «Тегеран-43» он тоже сыграл инспектора.

С середины 1960-х Делон продюсировал большинство своих картин. К началу 1980-х он дозрел до режиссуры и снял два фильма: хорошо встреченный критикой и зрителями «За шкуру полицейского» и принятый куда более прохладно «Неукротимый» (1983). Продолжать не стал, возможно, удовлетворив свои амбиции.

Все начинает портиться

В восьмидесятых годах отношения Делона с кинокритикой (а она во Франции традиционно имеет большую силу), и прежде напряженные, испортились окончательно. Это случилось после того, как он сыграл главную роль в «Нашей истории» Бертрана Блие в 1984-м. Блие сделал вполне типичный для себя фильм – непростой для восприятия и не сулящий финансовой прибыли, но Делон почему-то очень сильно рассчитывал на его успех. И когда критики разнесли картину в щепки, Делон не полез за словом в карман. Началась перебранка, в ходе которой звезде припомнили много чего, в том числе и симпатии к Ле Пену, лидеру французских ультраправых. В ответ Делон сказал, что всегда терпеть не мог коммунистов (что было явным преувеличением, так как он с удовольствием работал с режиссерами левых взглядов: Висконти, Лоузи, Годаром). Но эти сделанные в запале заявления многим не понравились, так как во Франции левые настроения очень распространены. Оборвав полемику, актер демонстративно переехал жить в Швейцарию.

В 1990-м история повторилась, когда Делону наконец представилась возможность «закрыть гештальт» – сняться у классика новой волны Жан-Люка Годара. Но критики обругали и этот фильм с примечательным названием «Новая волна». Похожую реакцию встречали и другие поздние работы актера: «Танцевальная машина» (1990), «Возвращение Казановы» (1991), «День и ночь» (1996).

Даже коммерческий блокбастер, дуэт со старым другом Бельмондо «Один шанс на двоих» (1998), не дал того эффекта, на который рассчитывали создатели. Делон решил, что больше нормальных фильмов для него нет.

Последняя картина с его участием вышла в 2008 году, и это был «Астерикс на Олимпийских играх». Фильм, конечно, получился веселый, но к статусу актера, работавшего с Висконти, Клеманом и Мельвилем, не добавил ничего.

Игра в театре («Загадочные вариации», 1996, «Дорога на Мэдисон», 2007, «Любовные письма», 2008) не смогла заменить стареющей звезде кинокарьеру, и Делон предпочел вовсе оставить актерство, выбрав жизнь затворника на швейцарской вилле в окружении любимых собак. И никаких женщин.

Суровый стиль

От женского внимания актер, похоже, устал смертельно. Последний брак, с голландской моделью Розали ван Бремен, на 36 лет младше Делона, закончился в 2002 году. Он подарил Делону двух детей – дочь Анушку и сына Ален-Фабьена. Они получили много внимания от отца, чего не скажешь о двух предыдущих: Антони от Натали Делон и Ари от немецкой певицы и актрисы Нико (той самой, что работала с Энди Уорхолом и пела на первом альбоме The Velvet Underground). Последнего актер и вовсе не признал. Более того, был зол на свою мать за то, что та взяла внука на воспитание.

Одинокий волк, он все же не такой бессердечный, как может показаться. Когда брошенная им после 15 лет совместной жизни Мирей Дарк попала в автокатастрофу, он моментально примчался к ней в больницу и дежурил у ее кровати несколько недель. Убедившись, что она выздоровела, Делон исчез окончательно.

Жизненный принцип Делона прост: мужчина должен быть мужчиной. Воспитывая в сыне Антони смелость, он вталкивал его в вольер со злыми собаками, натасканными рвать на куски любого, кроме хозяина. Сам с ружьем следил из-за решетки. Неудивительно, что отношения в этой семье не заладились.

В молодости Делон называл себя поклонником де Голля, в 1980-х начал поддерживать Ле Пена. За это его лишили почетного пожизненного места в жюри конкурса «Мисс Франция». Невелика потеря: Делон всегда предпочитал мужскую компанию. Дружил и с российским генералом Александром Лебедем, даже прилетал в 1998 году в Красноярск поддержать его на выборах в губернаторы. Когда Лебедь погиб, Делон сказал: «Нас связывали отношения двух солдат, двух настоящих мужчин. Не важно, что он генерал, а я актер. Мы дружили, как умеют дружить мужчины».