«Нечистые» против «чистых»: Россию убила сословная сегрегация (2 фото)

Тезис «Гражданская война — форма классовой борьбы» был основополагающей догмой советских историков. И вот сейчас слышны в телеэфире лозунги: «Мы никогда не простим Ленину призыв войну империалистическую обратить в войну гражданскую!»

А ведь статью об этом Ленин писал за рубежом в газете тиражом не более двухсот экземпляров. И сколько ни бились официальные историки, они так и не смогли доказать, что хотя бы один экземпляр этой статьи Ленина попал в Россию до 1918 года.

Революцию в России в случае начала войны предсказывали не только большевики, но и в ближайшем окружении Николая II. Так, в феврале 1914 года Пётр Дурново отправил царю обширную записку о последствиях войны. Создаётся впечатление, что её писал «засланец» из Советской России. Сбылось всё в деталях.

А кто такой Пётр Дурново? Флотский лейтенант, ходивший 8 лет в трёх океанах и пяти морях. С 1872 года служил в МВД. С 1884 года — директор департамента полиции. С 5 ноября 1905 года — управляющий МВД.

Об опасности революции в случае продолжения войны Николая II лично предупредили великие князья Николай и Александр Михайловичи.
Премьер-министр С.Ю. Витте писал, что именно Григорий Распутин убедил царя порвать указ о вступлении России в войну. В начале 1914 года Григорий Ефимович писал Николаю: «В войну ввяжешься — и империю порушишь, и династию погубить… Не начинай войну, худо кончится».

Летом 1914 года Распутин поехал в село Покровское Тобольской губернии, и там через две недели после выстрелов в Сараево некая Хиония Гусева ножом тяжело ранила Распутина. О начале войны Григорий Ефимович узнал, лёжа в больнице в Тобольске. Историки спорят, изменилось бы что-либо, если б Распутин в это время находился в Царском Селе?

О возможности революции в России в случае вступления в войну писали и в западных СМИ. Так, в 1914 году итальянская газета «Аванте» опубликовала статью о неизбежности революции в России, если она ввяжется в войну. Статья была написана известным итальянским журналистом, Бенито Муссолини.

Сейчас нам кажется удивительным, что подавляющее большинство людей, предсказывавших революцию в России, даже не помышляли о кровавой трёхлетней гражданской войне.

И действительно, Февральскую революцию 1917 года можно считать бескровной. В Петрограде было убито около 300 человек, в Москве, Нижнем Новгороде, Владивостоке и Ташкенте вместе взятых был убит один (!) человек.
По сему поводу петроградский сатирик Аркадий Бухов написал фельетон «Техника». Сюжет: французский король Людовик XVI оказался на Невском проспекте и не мог понять, что в Петрограде революция. Нет ни стрельбы, ни баррикад. Петропавловка, в отличие от Бастилии, цела-целёхонька. «Так это теперь называется революцией? Без трупов на фонарных столбах, без грохота падающих зданий… Как далеко зашла техника!»

Увы, пока Бухов писал сей фельетон, на просторах Российской империи медленно разгоралась гражданская война. Первоначально главными её источниками были зоологический расизм в центре, а на окраинах — ещё и сепаратизм.

У нас сейчас принято забывать, что до февраля 1917 года Россия была средневековой сословной империей. Такие государства давным-давно исчезли в Европе. Да, в Европе были дворяне. Но во Франции дворянин-офицер мог запросто сидеть за столиком в одном кафе или ресторане рядом с солдатами и крестьянами.

А в Российской империи в Петрограде, Кронштадте и Севастополе на многих улицах и бульварах висели таблички: «Собакам и нижним чинам вход воспрещён». Солдаты не имели права ездить на конке, в крайнем случае — наверху.

Да что солдаты? Гимназисты подвергались большей дискриминации, чем негры в Южных Штатах Америки. Гимназист во все времена года обязан был ходить в одной и той же форме и не только в гимназии, но и на улице, в общественных местах — везде, кроме дома.

Гимназист мог посещать театр только с разрешения директора гимназии и сидеть там только в верхних ярусах, а за пребывание в ложе или партере поставили бы «неуд» по поведению или заключили бы на несколько дней в карцер. Кстати, в театрах для гимназистов, мещан, крестьян и прочих были отдельные входы, и они физически не могли соприкасаться с «чистой публикой».

Гимназисту запрещалось посещать рестораны и даже кондитерские, хотя бы и в сопровождении родителей. Гимназист мог ездить в конке только наверху.
Солдаты, рабочие и крестьяне не имели права ездить в вагонах 1-го и 2-го классов.

И вдруг в феврале 1917 года явочным порядком все привилегии «их благородий», «высокоблагородий», «светлостей», «высочеств» и т. д. рухнули. В вагоны 1-го и 2-го классов стали вваливаться солдаты, а потом и крестьяне, толкать «светлостей».

«Чистую публику» бесило равноправие солдат и мещан, а иной раз и откровенное третирование оной публики. «Чистая публика» в глаза не видела лидеров большевиков и никогда не читала их трудов, но позже стала приписывать все бесчинства «быдла» большевикам.

Как изгалялся Иван Бунин в 1917 году, описывая народ: «Полудикари», «чернь», «хамы», «азиатские рожи» и т. д.

Другой классик, Михаил Пришвин, написал 19 мая 1917 года: «Уехал бы с деревьями, рощей и травами, где нет мужиков».

Обратим внимание на дату. За неделю до этого симферопольский меньшевик Н.Л. Кантаров пустил слух, что Ленин едет в Крым. Немедленно Севастопольский совет рабочих, солдатских и матросских депутатов принял резолюцию Ленина в Крым не пускать, а при необходимости арестовать.
«За» проголосовало 342 депутата, против — 20, 47 — воздержались. Подобные резолюции приняли Советы Симферополя, Евпатории и Керчи. Этот эпизод хорошо показывает, какую роль играли большевики в мае 1917 года. А уж постфактум разные там Бунины приписывали все «страсти весны 1917-го» большевикам.

Социальный расизм, который столетиями терпели массы, в феврале 1917 года заставил маятник качнуться в другую сторону. Так, за три дня после отречения императора Николая II в Кронштадте было убито 170 офицеров. Не зря в ХХ веке Кронштадт величали «матросским Сахалином» по названию самой страшной царской каторги. И что любопытно, первые пять большевиков прибыли в мятежный Кронштадт только спустя три недели после побоища.
Гражданскую войну ещё до мятежа чехословаков в июне 1918 года, в 1917 году в Пензенском уезде начала 19-летняя выпускница Смольного института Машенька Лысова. Она собрала отряд из гимназистов и дворянских недорослей и учинила карательные рейды против крестьян, деливших помещичьи земли. В Добровольческой армии Лысова получила прозвище «Бешеная Мария» за расстрелы из «Максима» пленных красноармейцев. В 1927 году Мария Захарченко-Шульц (по второму и третьему мужьям) устроила в Москве взрыв, а затем пыталась бежать в Польшу и была убита в стычке с чекистами.

Взятие Бастилии 14 июля 1789 года определило историю человечества на последующие сто лет. Точно также взятие Зимнего 7 ноября (25 октября) 1917 года определило историю человечества по крайней мере на 80 лет.
Это верный, но глобальный взгляд на историю. Приглядевшись к деталям, мы увидим, что к 7 ноября большая часть помещичьей земли была поделена между крестьянами, и по всей России шла крестьянская война. А на окраинах империи от Финляндии до Крыма и от Крыма до Тифлиса сепаратисты поставили под ружьё около миллиона человек. Весной и летом 1918 года в Россию вторгнутся армии интервентов и внесут свою лепту в Гражданскую войну.