Страх и ненависть в Средиземном море. Два века грабежей киликийских пиратов (5 фото)

Не обошло это явление и Средиземное море — колыбель многих стран и народов, чья культура оказала значительное влияние на современное общество.

Одним из самых древних упоминаний об организованном пиратстве являются истории о так называемых «Народах моря», которые приводятся в египетских хрониках. Эти племена нападали на поселения и торговые корабли в прибрежных районах и даже в дельте Нила. Позже именно они заложат государства на восточном побережье Средиземного моря. Эти поселения на долгое время станут базами множества пиратских кораблей, то сдаваясь под власть сильных правителей региона, то оставаясь фактически сами по себе.

Во II веке до нашей эры произошёл упадок государства Селевкидов, и пиратская вольница расцвела с огромной силой. Основными пристанищами разбойников служили порты в Киликии. Расцвету также способствовало то, что местные правители часто использовали пиратов в своих целях. Их нанимали для грабежа кораблей соперников или в качестве военного флота. Когда же наступало мирное время, то наёмники с удовольствием возвращались к пиратскому ремеслу, ещё больше усиливая влияние разбойников на морскую торговлю.

К примеру, на одном из островов Эгейского моря — Делосе — в те времена была в ходу поговорка «Купец, приставай, выгружай товар, всё продано». Это наглядно говорит о тогдашней распространенности пиратства, ведь даже до современности дошёл посвящённый ему фольклор тех лет. Именно киликийские пираты стали движущей силой работорговли, распространив своё влияние фактически на всё побережье Средиземного моря. По некоторым источникам того времени, один только Делос был способен за день «…принять и продать десятки тысяч рабов…». Некоторые особенно могущественные и авторитетные пираты иногда умудрялись захватить тот или иной прибрежный город, становясь фактически его правителем. История хранит случай, когда было создано даже небольшое пиратское государство, просуществовавшее, впрочем, недолго.

Основной опорой пиратства были многочисленные скрытые на побережье маленькие порты. Плутарх в своих трудах писал, что число их никак не менее 400 по всему Средиземному морю. Он упоминает, что в период своего расцвета киликийские пираты имели более 1000 судов и 30000 моряков. Они были хорошо организованы и благодаря своим огромным доходам отличались просто поразительной роскошью. В текстах сохранились описания пиратских кораблей с позолоченными парусами, пурпурными навесами на верхней палубе и посеребрёнными вёслами кораблей. Пираты не пренебрегали грабежом всего, до чего могли дотянуться. Даже гнев богов не становился для них преградой. Головорезы с большим удовольствием грабили различные храмы. Единственной широко распространённой верой среди них была вера в бога Митру. В его честь разбойники строили свои храмы и проводили там собственные ритуалы, непонятные непосвящённым.

Однако всему приходит конец. Постоянно усиливавший своё влияние Рим понемногу начал подминать под себя царства и города на побережье Средиземноморья. Всё больше и больше государств склонялись перед ним и его легионами. Пираты из полезных наёмников начали превращаться в помеху. К тому же сами морские разбойники и не думали испытывать хоть какой-то пиетет перед античной империей. По описаниям в источниках, пираты похищали в том числе и римских граждан, продавая их в рабство. По римским законам подобное жестоко каралось. Один раз пираты похитили дочь одного из триумфаторов Рима и ограбили двух преторов, откровенно насмехаясь над их статусом. Последней же каплей стало нарушение поставок зерна в Рим. Римское государство разрасталось с большой скоростью и крайне зависело от поставок еды в свою столицу. Подобная угроза ставила под удар саму основу существования империи. Так что судьба пиратской вольницы была предрешена.

Первые попытки Рима расправиться с киликийскими пиратами были предприняты ещё в 102 году до нашей эры. Однако, несмотря на победные реляции и устроенный в Риме триумф из-за разгрома нескольких пиратских флотилий и портов, глобально проблему это не решило. Более того, до современности дошли сведения, что один из проконсулов, отряжённых на это предприятие, вместо борьбы с пиратством сам занялся грабежом прибрежных поселений. Было начато судебное разбирательство, и военачальника отстранили от должности. Примерно через 30 лет Рим предпринял ещё одну попытку. Легионам удалось перейти Тавр, осадить и разрушить множество пиратских крепостей. Но войска не смогли предотвратить побег большого количества пиратов морем. Разбойники осели на греческих островах, в том числе на Крите, и через некоторое время возобновили свои налёты.

Решить проблему удалось только Гнею Помпею Великому. В 67 году до нашей эры он получил экстраординарные полномочия от сената. Помпей имел право затребовать любые средства и отдавать любые приказы всем прибрежным регионам Римской республики на глубину до 75 километров вглубь берега. Набрав солдат и собрав флот сначала из 200, а затем 500 кораблей, Помпей принялся за дело. В нескольких морских столкновениях ему удалось разгромить основные силы пиратов. Примерно через три месяца он почти полностью восстановил порядок на Средиземноморье. После этого Помпей применил иную тактику, чем его предшественники. Разделив флот между своими легатами, он отвёл каждому из них свою зону ответственности. Это поставило пиратов фактически в оборонительное положение. Они были вынуждены постоянно ожидать появления на горизонте римских кораблей. Мало-помалу разбойников удалось оттеснить в их крепости. Следующим шагом Помпея по плану был штурм укреплений, в которых засели пираты. Однако это не понадобилось —  большая их часть попросту сдалась. На сдачу в плен повлияло и то, что Помпей милостиво отнёсся ко многим из пиратских капитанов. Он сохранил им жизнь и даже принял некоторых к себе на службу.

Рим, окончательно утвердившись на большей части побережья Средиземного моря, покончил с пиратской вольницей, существовавшей до этого почти два века. Часть пиратских капитанов и моряков даже поучаствовали в гражданской войне, которая привела к появлению Римской Империи. Однако возврата к разгулу морского разбоя больше не случилось. Империя не зря назвала Средиземное море «Нашим Морем». Она сурово подавляла любые поползновения нарушить порядок на его просторах. Следующий расцвет пиратов пришёлся уже на времена после падения Рима. Сильная центральная власть исчезла, и лихие головорезы на своих кораблях вновь оказались востребованы.

Материал подготовлен волонтёрской редакцией «Мира Кораблей»