Снимая шляпу перед Гением. Иван Петрович Кулибин (9 фото)

Иван Петрович Кулибин родился в семье мелкого торговца мукой из Нижнего Новгорода. Произошло это 21 апреля 1735 года, 275 лет тому назад.

Отец Кулибина не дал сыну школьного образования. Он учил его торговать. Но как только выпадала свободная минута, Иван предавался любимому занятию: мастерил разные диковины- игрушки, флюгера, шестеренки. Отец сетовал на сына, часто повторяя «Наказал меня господь, из мальчонки не будет проку». Кулибин рос замкнутым мечтателем, одержимым идеей изобрести что-нибудь необычное. Всё, что касалось техники, сильно его волновало, особенно интересовали юношу часовые механизмы.

Но образования, полученного Кулибиным у дьячка, было явно недостаточно. На помощь пришли книги. Знания, полученные из книг, Иван всегда проверял на опытах.

Поездка Кулибина в Москву по делам городской ратуши дала ему возможность ознакомиться с часовым делом, приобрести инструменты, токарный станок и резальную машину.

По возвращении из Москвы он открыл часовую мастерскую и стал значительно преуспевать в часовом деле. Постоянно изучая физику и математику, изобретатель усовершенствовал свое мастерство и вскоре убедился, что у него достаточно сил, знаний и уменья, чтобы создать часы собственной конструкции с многочисленными математическими устройствами.

В этом деле ему помог купец Костромин, взявший на себя все расходы по содержанию семьи Кулибина и по приобретению материалов и инструментов

Изготовление таких сложных часов, какими являлись часы «яичной фигуры», было исключительно трудным делом. Детали были настолько мелки, что окончательную обработку их приходилось вести под лупой. К тому же Кулибин был не только часовщиком, но одновременно слесарем, инструментальщиком, токарем по металлу и дереву, столяром-модельщиком и, кроме того, конструктором и технологом. Он был даже композитором, так как часы играли мелодию, им сочиненную.

Когда изготовление часов «яичной фигуры» подходило к концу, Кулибину удалось ознакомиться с микроскопом, электрической машиной, телескопом и подзорной трубой, привезенными из Москвы купцом Извольским.

Эти приборы чрезвычайно заинтересовали Кулибина, и он собственноручно изготовил такие же. 20 мая 1767 года в Нижний Новгород приехала императрица Екатерина. Губернатор Аршеневский и купец Костромин, покровительствовавшие Кулибину, представили его царице. Она осмотрела электрическую машину, телескоп, микроскоп и чудесные часы, на изготовление которых механик потратил больше двух лет.

Часы эти были величиной с гусиное яйцо. Они состояли из тысячи мельчайших деталей, заводились раз в сутки и отбивали положенное время, даже половину и четверти. Царица похвалила талант изобретателя и пообещала вызвать Кулибина в Петербург.

Екатерина II сдержала слово. В марте 1769 года Иван Петрович был вызван в Петербург и определен заведующим механической мастерской Академии наук со званием механика. Поднесенные им Екатерине часы, электрическая машина, микроскоп и телескоп были переданы в кунсткамеру.

Петербургский период жизни И.П.Кулибина (1761-1801 гг.) был периодом расцвета его таланта смелых дерзаний. Провинциальный изобретатель-часовщик приблизился к источнику высшей научной мысли страны, из которого мог теперь черпать знания путем непосредственного общения с крупными учёными. Он получил в свое распоряжение мастерские с многочисленными отделениями (инструментальным, токарным, столярным, барометрическим, оптическим, пуансониым), со штатом квалифицированных мастеров.

Вместе с тем Кулибину, одному из замечательных изобретателей XVIII века, всеми своими помыслами уходившему в решение крупнейших технических вопросов, приходилось жить на побегушках у академического начальства и значительную часть времени тратить на работу, весьма далекую от грандиозных изобретательских планов.

И все же Иван Петрович находил время для разработки своих изобретений. Он спроектировал деревянный одноарочный мост через Неву.

Столица крайне нуждалась в постоянных мостах. Но постройка таких мостов, обычным для тех времен способом, учитывая ширину и глубину Невы была невозможна.Все дело в том, что установить опоры(быки) для пролетов моста было нереальной задачей.

Тогда Кулибин ухитрился сделать мост однопролетным, из одной арки.

На средства, исходатайствованные ему князем Потемкиным, он приступил к постройке модели. Создание такой модели было крупным событием в строительной технике и привлекло внимание академика Л. Эйлера. Ученый с мировым именем не только ознакомился c чертежами моста, но и проверил расчеты Кулибина по определению грузоподъемности моста и, просчитав эпюры конструкции, пришел в восторг!

27 декабря 1776 года модель одноарочного деревянного моста была испытана в присутствии специальной академической комиссии. На мост было положено три тысячи триста пудов груза. Модель выдержала эту нагрузку, считавшуюся по расчету предельной. Кулибин велел увеличить тяжесть до 3800 пудов. После этого он взошел модель и пригласил не только комиссию Академии наук, но и рабочих, участвовавших в испытании. Все вместе прошлись несколько раз по мосту. Комиссии ничего не оставалось, как поздравить изобретателя с успехом. Комиссия признала, что по его проекту можно построить мост через Неву длиною 298 метров. Царица, «с крайним удовольствием» принявшая донесение о столь важном изобретении отечественного механика, и приказала наградить его деньгами и золотой медалью.

-А как-же мост?-спросит читатель

А вот строить мост никто и не собирался. Модель его приказано было «сделать приятным зрелищем публики, которая ежедневно во множестве стекалась удивляться оной». Вскоре интерес к модели и у правительства, и у публики остыл. В 1793 году был издан указ перенести её в сад Таврического Дворца и там перебросить через канал. Такова была судьба модели деревянного одноарочного моста, о которой знаменитый мостостроитель Д.Н. Жураховский сказал «На ней лежит печать гения»...

Это была смертельная обида для изобретателя...Но Иван Петрович нашел в себе силы продолжить работу над мостами, и через несколько лет представил проект уже трехарочного, железного моста.

Увы, но он тоже не был воплощен в жизнь...

Но Мастер не унывал, надеясь, что потомки оценят его идеи по достоинству...

Кулибин изобретает оригинальный светильник, который можно считать прототипом прожектора. Для этого светильника он применил вогнутое зеркало, состоящее из огромного количества отдельных кусочков зеркальных стекол. В фокусе зеркала был помещен источник света, силу которого зеркало увеличивало в 500 раз.

Кулибин предназначал свой прожектор прежде всего для практических целей. Он изобрел фонари разной величины и силы: одни были удобны для освещения коридоров, больших мастерских, кораблей, были незаменимы для моряков, а другие- меньших размеров- годились для карет. Но петербургскую знать меньше всего интересовала возможность использовать этот фонарь, являвшийся в то время чудом техники, для нужд русского флота, для мануфактур или городского благоустройства. Кулибинские фонари были применены для декоративных и увеселительных целей...

Обреченный на должность придворного пиротехника, устроителя иллюминаций и бутафора, он продолжал и в этой сфере создавать изобретения, которые могли иметь огромное значение в народном хозяйстве и в военном деле, если бы только его «покровители» этому не препятствовали. Таким изобретением было, например, его машинное водоходное судно.

По замыслу Кулибина, Устройство «водоходного судна» было следующим. Один конец каната привязывается к неподвижному предмету на берегу (или якорю, заносимому вперед), другой обвивается вокруг гребного вала на судне. Течение давит на лопасти колес, они приходят во вращение, и канат наматывается на гребной вал. Судно начинает двигаться против течения.

Испытания проводились на Неве особой правительственной комиссией. «Множество народа собралось на берегах Невы, желая посмотреть, как пойдет судно без парусов и весел, против ветра и течения, единой силой той же текущей воды». Когда оно пошло так быстро, что двухвесельный ялик едва мог держаться с ним наравне, громкое «ура» грянуло в привет русскому самоучке, который, стоя на своем судне, сам управлял машиной.

За построенное судно Кулибин был награжден пятью тысячами рублей, но в действие его судно так и не было введено. В социально-экономических условиях того времени суда с бурлацкой тягой были выгоднее машинных судов. 28 сентября 2024 года исполнилось 220 лет испытаниям «водохода»

Но и это не обескуражило изобретателя. Он по–прежнему устремляет «все свои мысли на изобретение казне и обществу полезных машин». В 1791 году Кулибин создал самокатку- трехколесный экипаж, приводившийся в движение педалями, связанными остроумным передаточным механизмом с ведущими колесами машины.

«Слуга становился на запятки в приделанные туфли, подымал и опускал ноги попеременно без всякого почти усилия, и одноколка катилась довольно быстро». Она могла везти «одного или двух праздных людей».

В том же году Кулибин сконструировал механические ноги (протез). Первый протез он сделал артиллерийскому офицеру Непейцину. Результат изумил самого Кулибина. Когда изготовленный протез был привязан к ноге Непейцина, то он, обувшись в сапог, «на первый случай с тростью пошел, садился и вставал, не прикасаясь до неё руками и без всякой посторонней помощи».

Военные хирурги признали изобретенный Кулибиным протез самым совершенным из всех тогда существовавших и вполне пригодным к употреблению. Но и это изобретение не принесло Кулибину ничего. Кроме расхода. Пока судили да рядили, собираясь испытать протез на опыте. Применяя его к раненым, некий пронырливый француз выкрал это изобретение и, продал его Наполеону, получив изрядный куш...

Разработка указанных изобретений требовало от Кулибина не только времени, но и денег, нужных на приобретение материалов.Не имея собственных средств и не получая никаких сумм из казны, Кулибин был вынужден занимать деньги. Путь профессионального изобретателя с каждым годом становился всё более тернистым. Отказавшись от руководства мастерскими, Иван Петрович стал получать всего 300 рублей в год. А им владела уже новая идея о создании модели оптического телеграфа. Кулибин разработал и телеграф оригинальной конструкции, и секретный телеграфный код. Но государственное и общественное значение этого изобретения не было оценено теми, от кого зависела возможность сооружения телеграфа. Первый телеграф в России был установлен только в 1835 году французом Шато, которому русское правительство уплатило 120 тысяч рублей за «секрет» устройства его оптического телеграфа... Мало кого интересовало, что в России, задолго до этого был уже разработанный Кулибиным куда более совершенный телеграф...

Уже с 1791 года Кулибин добивался у правительства средств для внедрения в волжское судоходство машинных судов. Канцелярская волокита с рассмотрением его прошений тянулась бесконечно... Скончавшуюся Екатерину сменил на престоле Павел, после Павла стал царствовать Александр I. Он познакомился с предложением Кулибина, «каким образом удобнее и без отягощения казны ввести во употребление на реке Волге машинные суда, для пользы государства».

Кулибин просил немного: выдать ему вперед за два года его жалованье на постройку судна. В случае неудачи все расходы он принимал на себя. Царь удовлетворил просьбу изобретателя. В 1891 году Кулибин с семьей выехал из Петербурга в Нижний Новгород, чтобы приступить к постройке водоходного судна.

Еще до приезда в Нижний Новгород он наметил программу, и методы производства своих опытов и тотчас начал проектировать и строить пробное судно.

По словам сына Ивана Петровича «...в сем упражнении он провел 1802 — 1803 — 1804 годы, трудился, не жалея ни сил, ни здоровья, претерпевая жестокие ветры, сырость и морозы, усердствуя ускорить исполнение пламенного желания своего».

Ивану Петровичу было уже 70 лет, и он «едва мог превозмочь сие не малотрудное дело».

Официальное испытание правительственной комиссией пробного машинного судна состоялось 28 сентября. Результаты его были вполне благоприятны. С грузом в восемь тысяч пятьсот пудов судно шло против течения со скоростью 409 сажень в час.

Нижегородский губернатор А.М.Руновский, отметив «oтличное усердие и рвение И.П.Кулибина», сообщил правительству, что применение этого судна на Волге «было бы для навигации не бесполезно».

Но охотников применить машинное судно. Кулибин так и не нашел. Оно стояло у берега и гнило, а на Волге, как и встарь, бечевою тянули суда и раздавалась бурлацкая песня, «подобная стону».

В 1807 году по распоряжению губернатора Кулибин передал судно на хранение городской думе под расписку, а чертежи послал в министерство внутренних дел.

И опять проект Кулибина отклонен, а судно за 200 рублей продано на дрова...

Но старик не отчаялся после очередной неудачи, и в конце жизни увлекся созданием вечного двигателя...

****

И пусть, потратив все свои сбережения на несбыточную мечту, он умер в бедности, окруженный чертежами и работая до последнего вздоха, но Иван Петрович Кулибин навсегда останется для любого технаря-изобретателя образцом стойкости, трудолюбия и беззаветной преданности своему делу...