Шагнувшие в вечность (4 фото)

Последний бой «20-го блока». Как советские военнопленные восстали в Маутхаузене

«Мы подхватились, разбуженные пулемётными выстрелами. Сразу погас свет, завыли сирены. Наш блоковой сказал, чтобы мы оставались на своих местах, дабы не дать повода для массового расстрела узников лагеря. Крики и шум доносились со стороны двадцатого блока. Стало ясно: там творится что-то невероятное – массовое уничтожение смертников или восстание...»

Это отрывок из воспоминаний бывшего узника концлагеря «Маутхаузен» Николая Паршина, которыми он поделился спустя много лет после войны. А рассказывал он о самом массовом побеге, который случился за её годы. Его организаторами были советские военнопленные, но совсем немногие из них смогли выжить...

Всего через пять месяцев после аншлюса, в августе 1938 года, в Австрии, недалеко от города Линц, нацисты основали сеть концлагерей. Система получила название Маутхаузен. Когда перед главарями Третьего Рейха встал вопрос о классификации лагерей, все они были разделены на три категории. Маутхаузен стал концлагерем третьей категории для «неисправимых» заключённых, совершивших тяжкие преступления. Его стены никто не должен был покинуть живым.

Во время войны Маутхаузен являлся самым интернациональным лагерем - его узниками были граждане более 30-ти европейских стран, большинство из которых составляли поляки и граждане Советского Союза. Для военнопленных офицеров весной 1944 года создали специальный отдельный барак №20 под названием «Блок смерти». Он был полностью изолирован от остальной территории лагеря каменной стеной высотой 2,5 метра с проволокой под напряжением и двумя пулемётными вышками.

Узники «Блока смерти» не регистрировались поимённо, им не выдавались номера. Единственной отличительной меткой была их причёска - «гитлерштрассе» (как называли её сами смертники) – выбритая полоса ото лба до затылка. Обитатели «Блока смерти» не делали никакой лагерной работы, однако их заставляли выполнять бессмысленные физические упражнения до полного изнеможения.

Питались они солёной баландой один раз в три дня, не имея возможности запивать её водой. При этом размер рациона для узников блока №20 составлял всего четверть скудной пайки узников в других блоках лагеря. Поэтому неудивительно, что каждый день в бараке умирало до тридцати человек - срок жизни здесь исчислялся неделями...
⠀
Испанский фотограф Франсуа Буа, заключённый, помогавший в лагере проявлять фотоплёнки, рассказывал на Нюрнбергском процессе: «Двадцатый барак - это был как бы внутренний лагерь. В нём находились 1800 человек, которые получали менее одной четвёртой того рациона пищи, который получали мы. У них не было ни ложек, ни тарелок. Из котлов им выбрасывали испорченную пищу прямо на снег и выжидали, когда она начинала леденеть. Тогда русским приказывали бросаться на пищу...»
⠀
Сегодня от этого барака почти ничего не осталось - только прямоугольник на земле 50 метров в длину и 7 - в ширину. В центре - две чаши, похожие на мини-фонтаны для умывания. Заключённые должны были добежать до них и плеснуть себе воды на лицо. Кто не успевал - жестоко избивали. Кто чуть задерживался - могли убить. На крючьях, вбитых в стену, узников подвешивали на ремнях, чтобы посчитать, сколько те продержатся без воздуха. Ремни потом оставляли: хотите - вешайтесь сами. Некоторые не выдерживали.
⠀
Две комнаты внутри кажутся большими. Для средней семьи. Но чтобы разместить здесь 1800 человек?! За неимением лишнего места в бараке не было нар, люди спали на полу друг на друге - в три, четыре слоя. Летом в жару форточки заколачивались - и пленные умирали от удушья. Зимой их выгоняли на целый день на мороз, а вечером поливали пол ледяной водой, в которую заключённые ложились спать - отопления не было. От холода умирали быстрее, чем от пыток.
⠀
Хотя именно для пыток летом 1944 года был затеян этот эсэсовский «проект». Особые узники выполняли роль живых манекенов в «школе зверств», где отрабатывались все виды пыток и убийств голыми руками. Эсэсовцы из смежных лагерей приезжали сюда для повышения квалификации. Смотрели с вышек, как умело калечат пленных местные «мастера». Потом шли отрабатывать удары под их чутким руководством.

С утра до ночи обитатели соседних бараков слышали душераздирающие крики. А по утрам телеги увозили в крематорий такие растерзанные тела, что на них даже «печники» боялись смотреть.
⠀
К январю 1945 года в «Блоке смерти» находились в основном советские офицеры, по большей части лётчики. «Сюда привозили советских пленных, в основном офицеров, политруков, которые были признаны неисправимыми. За каждым - по несколько побегов, саботаж, диверсии. Дотошные эсэсовцы даже не регистрировали их при поступлении. Зачем? Расходный материал, ходячие мертвецы... Рейх считал их особо опасными. И не ошибся...», - вспоминал бывший заключённый концлагеря Иван Смоляков. За 1944 год в 20-м бараке были зверски убиты около 6000 советских офицеров. По всем законам у тех, кто ещё был жив, не должно было остаться ни разума, ни воли. Но именно эти «живые мертвецы» совершили то, что больше не удалось никому в кровавой истории Маутхаузена...

⠀
Одним из организаторов побега стал Герой Советского Союза подполковник Николай Власов, лётчик, красавец-богатырь, который ещё при жизни стал легендой. В 1941-м он протаранил вражеский самолёт - и выжил. В 1942 году ночью под шквальным огнём сел в тылу врага и забрал раненого товарища-лётчика. 220 боевых вылетов, звание Героя Советского Союза. Его ценили даже немцы, и когда в 1943-м его всё же сбили и раненым взяли в плен, разрешили носить Звезду Героя. Гитлеровцы надеялись склонить аса на переход к однофамильцу - генералу Власову, и когда убедились, что не получится, отправили сначала в один лагерь, затем - в другой. И в каждом из них Власов готовил побег. Наконец, как неисправимый, попал в Маутхаузен и взялся за своё: организацию сопротивления.

⠀
Ему помогали знаменитый командир 306-й Краснознаменной штурмовой авиационной дивизии Александр Исупов, за голову которого была когда-то назначена награда, полковник Кирилл Чубченков, командир авиационной дивизии, и капитан Геннадий Мордовцев, о чьих лётных подвигах ходили легенды. В команде организаторов побега были и капитан Жариков, и старшие лейтенанты Усманов и Володин, и лейтенант Богданов, и младшие лейтенанты Писарев и Фурцев. Никто из них, к сожалению, не выжил.

Тогда, в конце января 1945-го, они понимали: ждать больше нельзя - Красная Армия уже вступила в Польшу и Венгрию, американцы скоро могли подойти к Линцу. Поэтому обитателей «блока смерти» эсэсовцы должны были ликвидировать первыми.
⠀
Совещались о побеге они во время игры в «печку»: после издевательств на морозе охранники разрешали узникам погреться. Кто-то один кричал: «Ко мне!», и его плотно обступали, согревая друг друга. Через несколько минут другой кричал: «Ко мне!» И печка собиралась снова... Так, в этих «играх» и обсуждали: что и когда нужно сделать для побега.
⠀
Сначала предполагалось прорыть под бараком и северной сторожевой вышкой подкоп. Но вскоре эта затея была отброшена из-за недостатка сил, времени и средств. Поэтому было решено идти на фронтальное наступление, используя как оружие выдранные из пола барака доски, камни, уголь и два огнетушителя. Восстание узники запланировали на ночь с 28 на 29 января. Однако за день до этого их кто-то предал. В барак ворвались эсэсовцы и увели 25 наиболее здоровых человек. Власов, Урусов и Чубченков оказались среди них. После жесточайших пыток нацистам так ничего и не удалось из них вытянуть. Офицеры были расстреляны, а по другой информации – заживо сожжены в крематории. Но несмотря на то, что эсэсовцы истребили часть организаторов, уничтожить их идею они не смогли. Восстание было перенесено на 2 февраля, 0:50 ночи.
⠀
Ночь с 1 на 2 февраля была холодной. Мороз достигал 8-ми градусов. За пределами лагеря лёг довольно глубокий снег... Дождавшись назначенного времени, узники начали действовать: сначала были задушены старосты барака и старшие по штубам, затем кто-то из офицеров произнёс перед узниками небольшую речь. После этого заключённые стали организованно выбираться из барака через обе двери во внутренний двор. Они делали вид, что выходят на ночное построение. Обманув охрану, смогли насколько возможно близко подойти к вышкам и начать атаку. По три человека с огнетушителем в руках направили струи пены в эсэсовцев на вышках. Так они лишили их возможности использовать оружие. А другие в это время с помощью мокрых одеял и одежды устроили короткое замыкание на токопроводящих участках проволоки.

По лагерю поднялась тревога. К этому времени восставшим 20-го блока удалось захватить восточную наблюдательную вышку и с помощью пулемёта на ней расстрелять охрану вышки западной. Уже на этом этапе побега многие узники погибли. Однако для остальных дорога была расчищена, и они устремились за территорию Маутхаузена. Около семидесяти человек остались в самом бараке, потому как уже не были способны передвигаться. Их сразу же расстреляли поднятые по тревоге эсэсовцы. Ещё более сотни человек были убиты в непосредственной близости от лагеря. Потратив все свои силы на преодоления преград, они могли теперь только ползти по снегу... Оставалось ещё примерно 400 уцелевших, и многие из них направились в сторону бывшей чешской границы, на север.
⠀
Самая большая группа вырвавшихся на свободу бежала в сторону леса, чтобы хоть как-то затеряться. Но в спины им стреляли, эсэсовцы с собаками бросились в погоню. Тогда от товарищей отделился небольшой отряд и, запев «Интернационал», пошёл назад на фашистов, чтобы дать время уйти остальным... Группа полковника Григория Заболотняка и вовсе наткнулась на зенитную батарею и голыми руками расправилась с артиллеристским расчётом, захватив оружие, пушки, и погрузив на грузовик всех раненых. А когда была окружена, дала последний яростный бой (из всей группы чудом выжил лишь паренёк по прозвищу Лисичка).

⠀
Нацисты были взбудоражены таким неожиданным побегом. Они тут же начали проводить операцию по поимке узников - в историю она войдёт под циничным названием «Мюльфиртельская охота на зайцев». Начальство лагеря связалось со всеми отделениями местной жандармерии, и в близлежащих землях преследование продолжалось в течение трёх недель. Его организовали совместными силами СС, фольксштурма, членов НСДАП (гитлерюгенда) и местного населения.
⠀
Донесение начальника нацистской жандармерии говорит о том, что беглецы по отношению к местному населению вели себя очень прилично: «…Не происходило актов насилия или поджогов. Они стремились только к тому, чтобы достичь крова, насытить свой голод и получить гражданскую одежду для облегчения дальнейшего продвижения».

Однако так как местным жителям было объявлено: бежали опасные преступники, их надо уничтожать на месте, и за каждого убитого - премия, то население с энтузиазмом вышло на охоту. «Все были в большом азарте, - записал потом жандармский майор. - Везде, где находили беглецов: в домах, телегах, скотных дворах, сенниках и подвалах, - их убивали...» Если верить немецким донесениям, то из 419 убежавших было поймано 300 человек, причём живыми только 57. Те, кто вернулся в лагерь, были зверски замучены.
⠀
По неточным данным, из приблизительно 570 узников «Блока смерти» после побега в живых осталось от 17 до 19 человек. И только об 11-ти из них оказалось хоть что-то известно. Девятерых из них разыскал через 20 лет после войны писатель С. Смирнов, и вот их имена: Иван Бакланов, Владимир Шепетя, Иван Битюков, Владимир Соседко, Виктор Украинцев, Николай Цемкало, Михаил Рыбчинский, Александр Михеенков и Иван Сердюк. Иван Битюков и Виктор Украинцев были спрятаны остарбайтерами и поляком, работавшими на местного бургомистра. Сам он принимал активное участие в поимке узников Маутхаузена. Бургомистр и представить не мог, что двое беглецов скрывались у него прямо под носом, в подвале его собственного дома. Украинцев и Битюков пробыли здесь две недели, затем первый был пойман, но назвался поляком и в Маутхаузен уже не попал, а второй дошёл до советских войск, вступивших на территорию Чехословакии. Владимир Соседко и Иван Бакланов скрывались от нацистов в лесах вплоть до мая 1945-го. Владимир Шепетя попал в лагерь для военнопленных под чужим именем.
⠀
В 1994 году режиссёр Андреас Грубер снимет об этих событиях художественный фильм «Охота на зайцев», который побьёт все рекорды по количеству просмотров. А милая добрая Австрия замрёт в потрясении - она не ожидала увидеть себя такой. Хотя Андреас пощадил чувства соотечественников, не показав и крохотной доли творимых зверств.

Бывший узник Маутхаузена Николай Паршин после войны написал: «Помните! Не все они пропали без вести. Среди тех, кого не дождались с фронта, были и узники «блока смерти», те самые, которые истерзанные, голодные, голые и босые, но не покорённые врагом, морозной февральской ночью 1945 года поднялись против своих палачей и вырвались из ада, устроенного фашистами на земле. Они погибли со славой, как и подобает воинам. И это не без вести пропавшие, а вечно живые герои. Память о них навсегда останется в наших сердцах».
⠀
В день восстания погибли 20 эсэсовцев. Но по степени самопожертвования и личного бесстрашия этот бой был беспрецедентен. Нацисты действительно собрали в «блок смерти» самых лучших - цвет советского офицерства, доказавший: не только у зверства нет дна. Но и у мужества...