Экономика Финляндии продолжает сыпаться (2 фото)

И ещё Нокиан потерял 5 лет, так как даже скромные 6 млн шин — это только в планах на 2027 год (ссылка). «Рыл ров, и выкопал его, и упал в яму, которую приготовил» (Пс.7:16).

Завод под Петербургом у финнов купила Татнефть. Купила за бесценок, так как финнам приказали уйти из России, и они вынуждены были сбросить дорогостоящий актив, производивший 80% всех шин Нокиан, за одну шестую от его реальной стоимости. У Татнефти есть сырьё для шин и есть опыт управления шинным производством, так что покупка для неё профильная.

Тем временем в Финляндии ужимают ещё одну бумажную фабрику, причём исполинскую — крупнейшего в мире производителя мелованной журнальной бумаги. На фабрике закрывают один из гигантских агрегатов, выпускавший под 200 тысяч тонн дорогой бумаги в год. Тут, впрочем, проблема уже не только во вступлении Финляндии в НАТО: свою роль сыграл также интернет, куда утекает аудитория бумажных журналов (ссылка).

А вот для контраста хорошая новость из Финляндии — в следующем году там достроят и запустят самый длинный в стране мост, хоть и со значительным превышением изначальной сметы (ссылка).

Пожалуй, этот рекордный (хотя и смехотворно узкий) мост может отлично проиллюстрировать нынешнюю трагедию финской экономики.

Для Финляндии мост в 1200 метров — важное событие, рекордная стройка, потребовавшая значительного напряжения сил. Для соседнего Петербурга, однако, в котором, как и в Финляндии, живут 5,6 млн человек, финский рекорд не представляет собой чего-то особенного — к примеру, у нас в состав ЗСД входят мост в 9400 метров и мост в 8800 метров.

Всего в России около 80 мостов длиной более 1000 метров, самым длинным из которых является Крымский мост — 17 километров для автомобилей и 18 километров для поездов. 50 мостов из 80 построены уже при Путине, включая первую десятку самых длинных мостов. Открытие моста размером с «рекордный» финский мост в России — обыденное дело.

Проще говоря, Финляндия — небольшая провинциальная страна с провинциальной экономикой, единственным значимым преимуществом которой был режим благоприятствования в отношениях с Россией. В 2022 году финны выстрелили себе в колено, приняв участие в экономическом блицкриге против России и уничтожив тем самым основу своего благополучия. Да, финны барахтаются, пытаются удержать незаслуженно высокий достаток: достроили в 2023 году третий блок АЭС «Олкилуото», например, так что у них хотя бы с электричеством теперь всё более-менее. Но всё же, если только не произойдёт какого-то чуда, Финляндии придётся в итоге ужать свою экономику до справедливого уровня — то есть до значительно более низкого, до уровня «живём на свои».

Бытовой аналог Финляндии — аморальный тип, который устроился по блату на хорошую должность, где ходил в галстуке и получал высокую зарплату «за красивые глаза», а потом попался на предательстве, был уволен и выбирает теперь между позициями курьера и разнорабочего.

Проблему Финляндии усугубляют мигранты, многие из которых принципиально отказываются работать, и еврочиновники, которые заставляют финнов увеличивать военный бюджет.

Просвета для финской экономики я не вижу. Главный свой недостаток — зоологическую русофобию — финны почитают доблестью. Конечно, русофобия — весьма дорогостоящее хобби, но, кажется, наши неверные соседи готовы за свои нездоровые увлечения платить.