Против русских поднимут Милли орды?Что скрывает Алиев о своей армии (3 фото)

О боевом духе азербайджанцев Царьграду честно и откровенно рассказал русский боец самых боеспособных азербайджанских спецназов первой карабахской войны – "777" и "Одноглазая сова". Позывной "Штрафбат" в 1992 году участвовал в создании Мили орды (так называется национальная азербайджанская армия). А в 2014-м уехал добровольцем в Донбасс и воевал в Славянске.

Пропорция между трусами и смельчаками

ЦАРЬГРАД: Как бы ты оценил боеспособность азербайджанских военных?

"Штрафбат": В начале 1990-х у них было лишь несколько реально боевых частей. И они на 80% состояли из приехавших к ним русских, из русских бакинцев и очень обрусевших бакинцев-азербайджанцев, окончивших советские военные училища.

Баку 1992 года был особенным городом, как Одесса на Украине или Питер в России. Хотя национализм уже тогда начинали в нём культивировать. И у турок огромное влияние было уже тогда. Они Азербайджан спонсировали и вооружали.

Когда мы с приятелем Димой вышли с вокзала в Баку, увидели на улице парня в 12-цветном тропическом камуфляже, а в России у нас в то время "афганка" песочного цвета – это уже считалось круто. Подошли к нему. Он оказался студентом – будущим учителем русского языка. Добровольцем отряда, созданного их профессором. Парня звали Султан. Благодаря ему мы попали в 811-й Лачинский полк. Таких, как он, добровольцев были единицы. Султан говорил нам: "Азербайджанцы – как японские женщины. Те или очень красивые, или очень страшные – середины не бывает".

Я помню, как в Баку набирали личный состав воевать в Карабах – устраивали облавы на рынках. Мужики прятались под прилавки, а когда их оттуда вытаскивали, многие плакали. Ими набивали автобусы и везли на войну. Они там по гражданке с боекомплектом бегали в окопах. Им не разрешали позвонить домой ни с рынка, ни с Карабаха, потому что после разговора с близкими они обязательно сбегали. Мотивации – ноль. То есть люди уходили на рынок и пропадали, а родственники не знали, что они уже на войне. Мобильников же тогда не было.
Конечно, не все убегали. Но тем духовитым азербайджанцам, которые вместе с нами воевали, было стыдно за таких дезертиров. Помню добровольца Намика. Он остался с пулемётом прикрывать наш отряд, сам вызвался и погиб. Он тоже был обрусевший бакинец, которого от русского не отличить. Но тут всё дело в пропорции между смельчаками и трусами.

– И какая она была, на твой взгляд?

– Три к семи. Причём три – это максимум. В основной своей массе азербайджанцы не воины. Не вывозят стрелкотню и долгие бодания с противником, отступают, бегут.

– Часто они не выдерживали контактного боя?

– Всегда. И для того, чтобы сбежать, им было даже необязательно попадать в бой. Например, армяне летом 1992 года взяли в кольцо Агдам. Он в низине, вокруг – горы. Армяне расставили на этих горах подбитую технику, подожгли её. Это только усиливало ощущение, что вы в кольце, и очень давило на психику. Да ещё армянские лазутчики подходили поближе и выли как шакалы. У азербайджанцев всё это вызывало настоящую панику. Когда начинался бой или сильный обстрел, они моментально откатывались.

Хотя в этой войне они были лучше оснащены. В отличие от армян, у них даже была боевая авиация: её предоставила Украина вместе с украинскими лётчиками.

Всё у них было. Не было только боевого духа. Но при этом они отличались жестокостью. Люто издевались над пленными.

К русским отношение тогда было хорошее, я в свой адрес слова плохого не слышал. Но у меня в голове не укладывалось, как они могли с армянами такое творить.

Не воины, а торговцы и начальники

– Мне доводилось видеть кадры первого боя азербайджанского подразделения. Молодые солдаты были настолько напуганы, что не могли двигаться, у них были замедленные движения, они лежали и не могли подняться. Их медики собирали в окопах. Приходилось наблюдать такое?

– Сплошь и рядом. Только так и было. Они не воины, а торговцы. У них очень распространённое слово "алвер" – по-нашему, "купи-продай". Многие территории их большие чины сами армянам и продали.

Войска ещё стоят и вдруг видят, что прикрытия нет: куда-то ушло. Очень часто отступали в ситуациях, когда ещё можно было обороняться.

Наши позиции находились в селе Чухурмахлы. Дима – наводчик-оператор, а я механик-водитель на БМП. Выехали вперёд, отстрелялись, возвращаемся, а на наших позициях уже никого! Заехали в следующее село, Ахмедавар, а там армяне. Я гнал как мог. Но нашу бэху всё же подбили. Мы выпрыгнули из неё и быстро поковыляли по улице. Видим, в каком-то дворе машину вроде "буханки". В неё азербайджанский военный тащит швейную машинку. Я ему: "Да бросай ты её – армяне повсюду!" Он бросил. Мы сели в машину и, как-то пропетляв, вырвались из этого Ахмедавара.

Потом мы с Димой перешли в спецназ "777", дальше – в "Одноглазую сову". И вот там уже была другая публика – русскоязычная, и офицеры очень серьёзные. Там я находился в составе кочующей миномётной батареи. Помню наших командиров. Бакинского татарина по имени Альтаф, у него была своя школа каратэ, и ещё он выпускал журнал комиксов в Турции. У нас был первый и единственный на всю армию взвод снайперов, который создал и возглавлял дядя Юра – хозяин мебельной фабрики. Это были люди не только храбрые, но и образованные, небедные.

– Сегодня азербайджанские политики оскорбляют русскую армию. Заявляют, что в ней воюют бывшие заключённые, а у них самих армия – профессиональная, и если Россия высадит в Азербайджане десант, от него останутся одни ошмётки. Такие заявления, по-твоему, чем продиктованы – недавней лёгкой победой над Арменией?

– Конечно. Тщеславие – наверное, их главный грех. Чем больше у тебя шапка-аэродром, тем ты важнее. Я в жизни не мог себе представить, что можно в костюме-тройке пасти баранов. Но в Азербайджане доводилось видеть и такое.
Мы приехали как-то за техникой в Ленкорань (туда в это время, кстати, прилетели и два самолёта из Афганистана – привезли душманов воевать за Азербайджан). И вот там в воинской части я увидел начальника крана. Даже не башенного, а водопроводного. В казарме перед туалетом был умывальник, и все "барашки" на кранах скручены. Имелся только один вентиль у специального человека. Если кому-то нужно было умыться, он подходил к нему и просил. И этот начальник крана с важным видом выдавал вентиль, да ещё и контролировал процесс умывания.

Конечно, военного столкновения с Россией Азербайджан не вывезет. Но всё же нельзя по тому, что было тогда, судить о том, что сейчас. В любом случае что-то изменилось. Их турки учат, к тому же они видят наши проблемы – это тоже их мотивирует быть с нами дерзкими. Понятно, что потом они очень сильно обломаются. Но шапкозакидательство с любым врагом неуместно. Особенно после Чечни и Украины. И особенно с учётом того, что у нас сегодня тоже сплошной "алвер" и хватает предателей наверху.

У России есть много вариантов нанести Азербайджану очень серьёзный урон. Но мы ведь и на Украине не делаем многого из того, что могли бы. Всё выдавливаем да перемалываем. Выдавливают прыщи, а противника уничтожают. На войне надо идти до конца.

Когда мы в 2014 году обороняли Славянск и к нам переходили украинские солдаты вместе с техникой, когда в Харькове и Одессе происходили такие пророссийские митинги, которые даже Крыму не снились, миллионы украинцев были на нашей стороне. Если бы Россия тогда пошла до конца и помогла им хоть чем-то, никакая СВО вообще не понадобилась бы. А сегодня с одной стороны мы бомбим этих людей, а с другой стороны режим Зеленского их хватает на улицах и на нас же кидает. Русские убивают русских, а Россию в это время заселяют мигранты – те же азербайджанцы.

Владлен Чертинов