Живой камень: снаружи — булыжник, внутри — мясо (11 фото)

С виду это самый обычный морской булыжник, покрытый противным скользким налётом водорослей, песком и тиной. Разницу можно понять, если взять его в руки — при диаметре около 15 сантиметров весит пиура примерно 115 грамм, что вдвое легче вашего смартфона. Обычный камень будет раз в 10 тяжелее.

Часто пиуры образуют скопления-колонии, которые выглядят как самые настоящие подводные скалы. На них, как и на обычных скалах, тоже могут селиться всевозможные актинии, моллюски и растения — ничем не отличаются от не-живых скал. У побережья Чили и Перу даже расположены большие рифы, образованные исключительно пиурами и их соседями. Как отличить их от простых каменных рифов? Присмотритесь: вся поверхность живых скал покрыта розовыми пятнами. Это — рот каждого отдельного камушка.

Чилийцы точно знают, где живут пиуры, как их отличить от несъедобных камней, и периодически ныряют в океан, чтобы добыть на ужин главный ингредиент традиционного блюда. Если разрезать булыжник пополам, то внутри будет нечто, напоминающее кусок говядины. Его-то и употребляют в пищу. «Каменную» оболочку выбрасывают, как скорлупу от фисташек.

То, что чилийцы употребляют в пищу — по факту весь внутренний мир животины. Причём не примитивный, а полноценный, со всеми органами. У них даже позвоночник есть! Точнее, был. Так, давайте-ка разбираться, а то ничего не понятно!

Начнём с начала: пиуры относятся к классу асцидий и подтипу оболочников. Это очень-очень древние создания. Они появились тогда, когда рыбы ещё не вышли на сушу — примерно 400 млн лет назад. Учёные говорят, что на эволюционном древе пиуры стоят ближе к человеку и другим позвоночным созданиям, чем к червям и моллюскам. То есть на заре становления жизни у нас с живыми камушками был общий предок. Как же так получилось, что мы сейчас читаем этот текст с экрана по пути на работу, а пиуру даже от камня отличить сложно? Дело в том, что предки всех нынешних позвоночных пошли по пути усложнения организма: наращивали позвоночник, мышцы, мозги. А предки пиуры решили не париться и потопали в обратном направлении развития! Внутренний мир живого камушка упростился до максимума.

Пиуры — фильтраторы. Они втягивают воду через ротовое отверстие, после чего та попадает в глотку. Тут расположены жабры, через которые проходит газообмен, и специальные клетки, которые выделяют слизь. Эта слизь обволакивает мельчайшие съедобные частички, которые пиура всосала с жидкостью. Переварив питательную взвесь, продукт жизнедеятельности выбрасываются наружу через ещё одно отверстие. Всё, вот такой нехитрый способ добыть себе покушать. Он будет работать даже в условиях апокалипсиса.

С размножением у них тоже всё просто. Пиуры — гермафродиты. Чтобы наделать детишек, оболочники по очереди выбрасывают то женские, то мужские половые клетки в воду — и всё! Обычно пиуры живут колониями, так что искать партнёра им не надо, они всегда рядом. Но если вдруг нет, то животина оплодотворит сама себя и создаст новую колонию.

Очень интересно и то, как живые камушки превратились в, собственно, камушки. Обратите внимание на их твёрдую внешнюю оболочку. Такой брони нет ни у одного из ныне живущих на Земле существ! Дело в составе — она сделана из особого вида целлюлозы под названием туницин. Вообще-то любая целлюлоза является прерогативой растений, а не животных. Панцири и раковины сделаны из кальция и коллагена, жесткие покровы насекомых — из хитина. Животные и насекомые не умеют вырабатывать целлюлозу, потому что это растительный стройматериал. Как же у пиур тогда получилось?

Можно сказать, они украли эту способность у бактерий. Это называется горизонтальный перенос генов — когда ДНК одного вида живых существ скрещивается с другим видом не напрямую, через спаривание видов, а в случае генетической ошибки. По всей видимости, когда-то очень давно гены бактерий, которые умеют синтезировать целлюлозу, попали в половые клетки пиур. ДНК встроилась в гены тогда ещё не-камней, и на свет появились первые оболочники — существа с бронёй из туницина. Эволюционно иметь оболочку из такого твёрдого материала оказалось очень выгодно, вот животины и превратили себя в живые камни.

При этом на личиночной стадии развития пиуры совсем не похожи на камни — они выглядят как маленькие головастики. У пиурят есть зачатки позвоночника, они умеют самостоятельно плавать, различают свет и тень, могут поддерживать равновесие. Но как только малёк найдёт подходящее место на какой-нибудь скале или колонии себе подобных, он прикрепится к субстрату и начнёт деградировать. Постепенно позвоночник и все органы, ответственные за движение растворятся, и он превратится в живой камень.

Несмотря на такой неприглядный вид, у пиур даже есть свои хищники — моллюски, некоторые рыбы и, конечно, люди. Отведать деликатес решается не каждый, ведь вкус у камушков специфический. В процессе фильтрации животины накапливают колоссальное количество ванадия и других тяжёлых металлов. Кто пробовал, говорит, что кушать пиуру — это как прыгнуть в море с открытым ртом. Ощущаешь сразу все вкусы моря — тут тебе и мидии, и гребешки, и морские ежи. Вкусно, но на любителя.